Скорпоидолы. Поездка к бабе Кее

Чтобы отпроситься в гости к своей тётке по материнской линии и моей двоюродной бабушке Лукерье Васильевне, Урсула Ермолаевна сказала дяде Каше, что по просьбе старшего сына она приобретёт там партию детской одежды, стоившей, по его сведениям, дешевле чем у нас, а он, начинающий челнок, продаст её с прибылью.
В это небольшое путешествие тётка решила взять и меня, чтобы я познакомился со старшей сестрой моей бабушки. Чтобы добраться до Бакушей, следовало на автобусе доехать до города Искрима и затем купить билет в другой район, а вернее, в его административный центр - село Бакуши.
В ожидании пересадки мы зашли в кафе, где тётка заказала нам по порции пельменей. Пока снедь готовилась, она подошла к продавщице, и о чём-то с ней негромко переговаривалась, поглядывая на меня одним глазом. В этот момент ко мне за стол подсела молодая женщина с трёхлетним мальчишкой, похожим на ангелка в обрамлении золотых волос. Надо заметить, что за одним столом могло поместиться до двадцати человек. Видимо, это было задумано специально, чтобы подружить между собой путешественников, отправляющихся из города по разным направлениям.
Перебросившись со мной словами, женщина взяла на руки ребёнка и села за соседний стол, затем пришла тётушка и принесла пельмени.
 - Знаешь, почему та женщина от нас отсела? - спросила у меня зачинщица нашей поездки.
 - Нет, - честно признался я.
 - Дело в том, что ты начал бешено вращать глазами, когда заговорил с ней. Вот так!
И она показала мне, как это выглядело со стороны.
 - Клянусь, она в ужасе на тебя посмотрела, взяла в охапку мелкого и убралась подальше.
 - Мне надо было ещё запеть! Взвейтесь кострами сини-и ночи! - засмеялся я.
 - Тогда бы она вообще под стол упала! - сделала вывод Урсула Ермолаевна.
На автобусе мы добрались до Бакушей без происшествий. Жилище бабы Кеи располагалось на тихой, укрытой зеленью улице. Помнится, всё время, пока мы у неё гостили, где-то на краю неба стояла лиловая туча, иногда ворчал гром, и часто шёл сильный дождь.
Лукерья Васильевна проживала в однокомнатной квартире двухэтажного довольно старого кирпичного дома. Она нас радостно встретила и повела на кухоньку обедать. На столе уже стояла бутылка рябины на коньяке.
Оглядевшись вокруг, я определил, что моя двоюродная бабушка живёт крайне бедно. Её квартирка хотя и была благоустроенной, но состояла всего-то из маленькой кухни и зала, в котором, как говорили в нашей местности, было шаром покати. В зале стояла железная кровать, где почивала баба Кея. С противоположной стороны доживал свой век видавший виды диван, где расположились мы с тётей Урсей. Из мебели запомнился большой железный сундук, где старуха хранила небогатые пожитки.
О родственнице я знал совсем немного. Лукерья была старше моей бабушки, а всего в их гнезде выросло десять сестёр. На момент нашего очного знакомства ей исполнилось 85 лет. По характеру в молодости она была самой бойкой и разбойной да и в старости ей палец в рот класть не стоило. В девичестве баба Кея сделала аборт и навеки осталась бесплодной, видимо, поэтому её личная жизнь не сложилась, и свои старческие дни она доживала в одиночестве. Из родственников в Бакушах у неё были племянник Василий с сожительницей Любкой, которую наша старушка, похоже, не любила.
 - После ужина из варёного картофеля и фрикаделек, скрашенного гостинцами тёти Урси, состоявшими из отличного копчёного сырка, колбасы и сыра, баба Кея воскликнула:
 - Я сразу посуду вымою, а то двухвостка придёт и удивится!
Я знал, что есть такие противные насекомые, которые называются двухвостками. Хозяйки их крайне не любили, потому что двухвостки могли запросто погубить рассаду помидоров и перцев.
 - Надо же, какие умные двухвостки здесь живут, - подумал я, догадываясь, что речь идёт не о насекомом.
Потом я поинтересовался у тётушки, кого бабушка имеет в виду, и она предположила, что речь идёт о сожительнице племянника.
Одним словом, я остался не в восторге от поездки к бабе Кее. Каких-то сильных чувств она во мне не вызвала. Радость от смены обстановки быстро погасла, уступив место смертной скуке, поскольку ум не находил для себя занятий. У неё даже телевизора не было. Сейчас я не включаю зомбоящик, чтобы не видеть эпилептические припадки пропагандистов, а в то время без телевизора невозможно было прожить и дня. Надо отдать должное телевидению того времени. Более свободное от цензуры чем сегодня, более независимое и честное, оно казалось глотком свежего воздуха среди серых будней моего существования.
Единственный интерес составляли прогулки с тётушкой по Бакушам. Во время таких походов мы отыскали рынок, и Урсула Ермолаевна закупила партию детских вещей, которые затем Саня перепродал.
Перед нашим отъездом Лукерья Васильевна начала тосковать и как-то за ужином призналась, что она здесь чувствует себя одиноко. Может ли племянница принять её на проживание?
Тетя пообещала переговорить с супругом, но ответ у неё был готов заранее. Взять старушку к себе она не пожелала, поскольку баба Кея любила заложить за воротник, и вместе с Аркадием Николаевичем они бы могли составить такой знатный тандем, что пьяный шалман в доме Соколовых не прекращался бы сутками.