Четыре мушкетёра Восхождение часть 63

СЦЕНА 27

(Комната Королевы Генриетты Английской. Присутствует Королева, де Шатильон и де Фламаран. Входят Атос и Арамис)

ГЕНРИЕТТА

Граф де Ла Фер! Шевалье д’Эрбле! Как удачно, что вы также прибыли к нам сегодня и сейчас! И хотя вы будете не первыми вестниками счастливых новостей, но я убеждена, что вы расскажите нам какие-то подробности, которые составляют для нас величайший интерес!

АТОС

(С поклоном, вместе с ним кланяется Арамис)

Мы счастливы засвидетельствовать своё почтение Вашему Величеству. Вероятно, мы упустили что-то из произошедших событий, если Ваше Величество находит какие-то счастливые новости в том потоке печальных известий, которые, увы, ещё свежи в нашей памяти и не позволяют нам по достоинству оценить какие-либо иные новости.

ГЕНРИЕТТА

Для меня самые важные новости – это сведения о моём супруге, и коль скоро он жив и спасён, всё прочее для меня не имеет значения! Если вы печалитесь о том, что трон Англии навсегда потерян для него, меня это не печалит, так как я слишком долго думала об этом и уже свыклась с этой мыслью.

АТОС

Совершенно разделяю ваши взгляды на то, что жизнь вашего августейшего супруга значит много больше, чем всё прочее, и поэтому моё сердце разрывается при мысли о той вести, которую мы вам привезли.

ГЕНРИЕТТА

(Растерянно)

По-видимому, здесь какая-то ошибка? Господа, которые присутствуют здесь, уверили меня, что мой супруг спасён, благодаря деятельной помощи кардинала Мазарини! Я должна признаться, что была несправедлива в оценке его расположения к нашему семейству. Хотя он и отказался помочь нам войсками или деньгами, он, как сообщили господа де Шатильон и де Фламаран, отправил группу отчаянно храбрых дворян, которые спасли моего супруга, разве не так? Кажется, он укрылся в Кентербери? Количество его сторонников растёт, и он в полной безопасности, поскольку даже если его войска будут недостаточно сильны, чтобы одолеть армию парламента, он всегда сможет отплыть во Францию или в Голландию!

АТОС

(Холодно)

Если господа де Шатильон и де Фламаран сообщили вам эти сведения, то я полагаю, что они, по-видимому, почерпнули их из недостаточно надёжного источника, который ввёл их в заблуждение.

АРАМИС

Мы убеждены, что они заблуждаются не преднамеренно.

ГЕНРИЕТТА

Но ведь они сказали, что сами являлись не только свидетелями, но и участниками этого замечательного освобождения моего супруга! Я бы с радостью вознаградила их каким-нибудь подарком, но у меня, как вы знаете, уже ничего не осталось.

АРАМИС

Не могли бы любезные господа де Шатильон и де Фламаран сообщить в какой именно день они последний раз видели Короля Карла, как именно они его освободили из-под стражи, и куда именно препроводили? Быть может, речь идёт о каких-то событиях трёхмесячной давности? Что-нибудь похожее, возможно, происходило в конце прошлого года, но это вряд ли можно назвать добрыми известиями сегодня.

ГЕНРИЕТТА

Что вы! Эти новости самые свежие, всё это произошло совсем перед их отъездом из Англии, то есть всего несколько дней назад.

АТОС

Я было подумал, что эти господа говорят о каких-то давних событиях. Лишь такое предположение могло бы объяснить столь нарочитую неточность в сведениях, которые они вам сообщили. Теперь же мне остаётся лишь предположить, что, вероятно, эти господа больны, либо настолько утомились, что не отличают сон от яви. Настаивают ли эти господа на той информации, которую они вам сообщили?

ФЛАМАРАН

Мы сказали Её Величеству истинную правду.

АТОС

В таком случае я вынужден обвинить вас во лжи. И если это обвинение кажется вам безосновательным, мы найдём, разумеется, время, место и аргументы для окончательного выяснения истины.

ГЕНРИЕТТА

Какой ужас! Граф де Ла Фер не может ошибаться. Если он отрицает, что Король спасён, значит…

АТОС

Он оставил этот мир, чтобы переселиться в лучший. Ваше Величество, королевские особы наделены чрезвычайным мужеством, поскольку лишь ступенька отделяет их от Господа. Мужайтесь же. Мы не смогли выполнить высочайшую миссию, которой вы нас почтили, хотя сделали для этого всё возможное и даже, кажется, невозможное. Сама Судьба ополчилась против вашего августейшего супруга.  Его последние слова были о том, что он меняет земную корону на небесную и крайне сожалеет, что так мало времени уделил своей семье, вам, Ваше Величество, и вашим детям.

ГЕНРИЕТТА

Боже!

(Королева на грани обморока. Атос наливает из графина воду и подаёт Королеве, она делает глоток и лишь слегка успокаивается)

ГЕНРИЕТТА

(Складывает молитвенно руки и шопотом молится. Закончив молитву, говорит)

Говорите же, как это случилось.

АТОС

Король вёл себя достойно и ни словом, ни жестом не уронил своего достоинства. Мы присутствовали при позорном судилище, устроенном парламентом. Этот парламент навсегда запятнал себя позором, поскольку пренебрёг всеми мыслимыми законами и традициями суда. Приговор был жесток, но Его Величество не дрогнул, когда его оглашали.

(Передаёт Королеве платок, обручальное кольцо, крестсбриллиантами и орден, который передал Король)

Это платок хранит на себе его кровь, пролитую на плахе. Это обручальное кольцо и ваш крест с бриллиантами он просил передать вам, а этот орден принадлежит по праву вашему сыну, Карлу Второму. Также Король просил передать его сыну, что он сожалеет о сказанных им словах в отношении поражения под Оксфордом, он считает его храбрым и умелым полководцем, несмотря на молодые годы. Он твёрдо верит, что справедливость в отношении вашего семейства будет восстановлена, ваш сын вернёт себе отцовский трон.

ГЕНРИЕТТА

Я верю вам! Я верю вам всегда, граф де Ла Фер, но эти слова мог сказать только он, и я не могу сомневаться в том, что вы услышали их от него.

(Атос снова кланяется)

ГЕНРИЕТТА

Господа! Ваше присутствие здесь тяготит меня. Прошу вас больше никогда не посещать меня. Я вас не задерживаю.

(Шатильон и Фламаран злобно смотрят на Атоса и Арамиса и молча выходят)

ГЕНРИЕТТА

Граф де Ла Фер, шевалье д’Эрбле, я прошу вас подождать меня. Мне необходимо несколько минут, чтобы успокоиться и прийти в себя после ужасной вести. Но я хотела бы услышать от вас подробный рассказ о том, что же всё-таки произошло, а также я буду благодарна, если вы передадите каждое его слово, которое, надеюсь, ещё хранится в вашей памяти. Скажите мне только, почему с вами нет лорда Винтера?

АРАМИС

Лорд Винтер погиб, защищая Короля.

АТОС

К несчастью, нам не выпало подобной чести. Его Величество запретил мне выполнить тот план, который я ему предложил в самом отчаянном положении и наложил на меня обязательство, которое было тому причиной. Я признаю за ним право распоряжаться нашими жизнями так, как он этого захотел. Он предпочёл нас сделать своими посланниками к вам.

ГЕНРИЕТТА

Благодарю, граф. Я сейчас вернусь, не уходите.

(Арамис открывает дверь в приёмную и видит там Шатильона и Фламарана)

АРАМИС

Господа, раз уж вы ещё не ушли, мы с графом де Ла Фер надеемся встретиться с вами в самое ближайшее время. Между нами остался один невыясненный вопрос, который лучше всего будет выяснить, например, сегодня вечером у Шарантонских ворот.

ШАТИЛЬОН

Как вам будет угодно.

ФЛАМАРАН

Герцог, вы забываете, что у нас есть ещё несколько неотложных дел, так что мы не принадлежим себе, пока их не выполним. Господа, наша беседа состоится послезавтра в семь часов вечера у Шарантонских ворот.

ШАТИЛЬОН

Ну, значит, завтра. Вас устроит, господа?

АТОС

В семь часов вечера у Шарантонских ворот. Мы непременно будем.

(Атос и Арамис закрывают двери в приёмную, оставшись в комнате Королевы. Возвращается Королева)

ГЕНРИЕТТА

Я вижу, вы хотели что-то ещё сказать мне наедине?

АТОС

Ваш супруг, Король Карл, просил передать его сыну, чтобы он простил своих подданных за то, что они сделали с ним, и никогда не мстил своему народу за смерть своего отца. Ещё одно устное послание он просил передать Дофину перед   тем, как он соберётся возвратиться на родину в Англию, если такое случится. В случае моей смерти до этого события мои душеприказчики передадут ему это письмо. Я не хотел бы, чтобы о существовании этого письма знал кто бы то ещё, особенно, эти господа и тот, кому они служат.

ГЕНРИЕТТА

Благодарю вас, граф де Ла Фер и шевалье д’Эрбле. Я верю, что если бы была хотя бы малейшая возможность спости моего супруга, вы бы ей воспользовались. А теперь прошу извинить меня. Мне нужно собраться с силами, чтобы поговорить с детьми.

АРАМИС

Да укрепит Господь ваш дух, Ваше Величество.

АТОС

Вы всегда можете расчитывать на нас, Ваше Величество. Мы крайне сожалеем, что ваш августейший супруг не пожелал воспользоваться единственной возможностью спастись, поскольку это, по его мнению, не соответствовало его нравственным принципам.

ГЕНРИЕТТА

Я верю, что он сделал правильный выбор.

(Атос и Арамис с поклоном уходят)