Без усилия над собою трудно избежать греха

Рассуждая о необходимости для решения выбора поступков, которые требуют усилия человеку для избежания греха, я привёл стих из Библии: "Закон и пророки до Иоанна; с сего времени Царствие Божие благовествуется, и всякий усилием входит в него." Лука 16:16 Однако, мне привели другой стих, в котором говорится, что он относится к прошедшему времени до Голгофы. Вот этот стих: "От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берётся..." Привожу ниже свой ответ:

Однако, второе высказывание является продолжением первого. Слово ДОНЫНЕ не всегда обозначает, что действие не будет совершаться и позже, так как для этого должна произноситься оговорка. Так я могу сказать кому-то, что доныне я пью чай зелёный, но это совершенно не обозначает, что я не буду его пить завтра и в последующие дни. И вот примеры из Библии:
1) Иоанна, 5:17 "Иисус же говорил им: Отец Мой доныне делает, и Я делаю." Здесь совершенно слово ДОНЫНЕ не обозначает, что Отец больше это делать не будет. 2) Римл. 8:22 "Ибо знаем, что вся тварь совокупно стенает и мучится доныне".
3) Кор.3:15 "Доныне, когда они читают Моисея, покрывало лежит на сердце их"

Все искушения христианин и доныне преодолевает усилием над желаниями человеческого тела, подавляя эти желания. Например: Как бы телу не хотелось совершить блуд или, найдя кошелёк с деньгами и адресом хозяина внутри его, отказаться от счастья овладеть всем этим, надо подавить свои желания. Слова: подавить, давить по своим понятиям есть действия СИЛОЙ. Если же человек будет руководствоваться СЛОВОМ БОЖЬИМ, то он не совершит греха. Руководство же СЛОВОМ не обозначает то, что для выбора решения отказа от желаний плоти не требуется усилий. К тому же Бог не отменял ПРАВО ВЫБОРА для христиан. Если на улице будет мороз, а Вы не оденьте шапку и скажете, что Бог спасёт меня, то это есть искушение Бога, Ваш грех, так как Вам Бог дал разум и право выбора, а также наставления родителей с детства. То что должен совершать человек- это нельзя перекладывать на Бога.­

"Кто виновник войн, мятежей и битв, как не тело и его страсти?», – говорит Платон в своем диалоге «Федон». Человеческое тело само по себе для Платона – оковы души, которые мешают ей приобщиться к небесному миру вечных идей. Знакомые с христианским учением сектанты-гностики также считали, что тело может быть лишь неким наказанием, темницей для человека, в которой он страдает и от которой «освобождается» со смертью".