Шаг второй. Ялта. Маяк - часть вторая

  Маяк зажёг огни.
  Это было не постепенно возгорание, а резкий холодный свет, будто кто-то щёлкнул выключателем в тёмной комнате.
  И в этот самый миг у меня опять заложило уши и так сильно, что весь мир стал глухим и ватным, будто я резко нырнул на глубину.
  Я прижал ладони к вискам и хрипло охнул, когда это наваждение рассеялось по телу и сознанию, оставив за собой только звенящую пустоту, ясную и оттого ещё более пугающую.
  Мир стал вспыхивать, но даже через эти вспышки я видел, что моя собственная тень как будто стала плотнее, словно расползаясь по песку.
  И впервые я ощутил, что такое Тень... не мысль, а реальное физическое давление. Как пронзительный холод, что был не снаружи, а шёл изнутри.
  Реальность дробилась на осколки, что резали, оставляя глубокие порезы и каждая волна напряжения прокатывалась по телу, как электрический разряд.
  Я хотел сделать шаг, хотел крикнуть. Хотел сделать хоть что-то, но мир качнулся. Горизонт поплыл и сдавлено охнув, я упал на песок, не успев даже выставить руки. Удар сотряс тело, но ощущалось это не так, как когда я упал на холме над городом.
  Ощущения были тоже приглушены, как будто эта пустота и холод высасывали меня изнутри, иссушали, лишали воли.
  А потом, по губе потекла тёплая струйка.
  Отдалённо подумалось, что носом пошла кровь от напряжения.
  Просто и страшно.
  Не от удара, как обычно, не от пореза, а от того, что тело не справлялось под давлением реальности, что прибивала меня к песку.
  Внутри маяка Глиф ощутил этот момент, когда Граница между Мирами расползлась и Тени обрели вес.
  Искра была здесь. Она пульсировала в самом сердце башни, сплетаясь с холодом Теней, но рассеивая их.
  Он схватил её лапами и зарычав, усилил Искру своей собственной Энергией, отправляя прямо в разлом, запечатывая его.
  И в этот момент Тени, что уже начали сгущаться над набережной – стали рассыпаться, теряя плотность, обращаясь в дым, который тут же развеял морской ветер.
  Глиф вылетел из дверей маяка быстрее, чем казалось для его тела. Он увидел парня на песке – бледного, с тёмной струйкой крови на лице и что-то в нём оборвалось.
  Он ощутил, что есть что-то важнее, чем приказ или долг – чистая острая необходимость защитить того, кто ему поверил.
  Глиф опустился к парню и схватив его за руку когтями, унёс прочь от набережной, что ещё хранила отголосок Теней.
  Уложив Саргаса на узкую кровать в доме, где пахло пылью и сухими травами, Глиф вглядывался в бледное лицо и не знал, что ещё сделать, как помочь.
  Пелена внезапно рассеялась, и я сделал хриплый надрывный вдох.
  Я провёл пальцами по губам и увидев капли крови, вздрогнул, осознавая, что всё это было реальностью.
  Тяжёлой и вязкой.
  Повернув голову, я увидел Глифа и вспомнив его слова про Тени, сжал зубы, всё понимая.
  До этого Тени были просто словом, просто безликой опасностью. Теперь я знал их на вкус, на запах, что ложится свинцом на грудь.
  Теперь я понимал, что эти самые Тени ломают реальность и как они ломают человека.
  «Теперь ты понимаешь, - тихо сказал Глиф, будто читая мысли парня. - Они не просто стирают мир. Они стирают и тех, кто в нём живёт. Не физически, а их личность, мечты, волю. Всё, что делает личность личностью».
  Я молча кивнул. Слова были слишком лёгкими, чтобы объяснить всё, что я пережил. Но я кивнул, чтобы Глиф знал, что я теперь всё понимаю. Что я знаю, в чём заключается его миссия и почему она так важна.
  «Я должен был найти другой путь».
  Хрипло выдохнув, я посмотрел на грифона и увидел, как прерывисто вспыхивают янтарные искры в его глазах. Слышал в его голосе не приказ, не каменную твёрдость, а что-то новое.
  - Нет... - слабо улыбнулся я. - Ты сделал то, что должен был. И если б ты остался со мной, то Тени стали бы сильнее. А я... я выдержу.
  Глиф посмотрел на Саргаса. Он видел, что парень до сих пор бледный, но в его глазах ярко вспыхивали чёрные искры и опять ощутил, что внутри что-то надломилось. Будто вновь по каменному телу прошла дрожь, как когда кровь парня пробудила его от векового забытья.
  Я вздохнул и откинулся на стену.
  - Теперь я знаю, что это такое, - тихо сказал я, чувствуя в теле странное покалывание. - И я не позволю им стереть меня...
  Глиф посмотрел на парня, но тот уже потерял сознание от шока и слабости. Резко, как гаснет лампочка.
  Миг погас, утягивая на глубину, где лишь чёрная тишина и это было паузой, передышкой.
  Но когда я вынырнул – то уже не из обморока, а из обычного сна, что, как обычно был наполнен криками, кровью и болью.
  Я резко сел и прижав руку к груди, жадно хватал ртом воздух, пытаясь прийти в себя, пока в ушах гремели мои крики.
  Реальность дробилась и первое время я не мог понять, где нахожусь, а после... как обычно, пелена рассеялась, и я вспомнил что произошло до отключки... какой-то старый дом, что пал сухими травами... и Глиф.
  Глиф сидел рядом с кроватью, неподвижно, будто если он шевельнётся, то тишина рассыплется.
  Он уже понял, что когда парень потерял сознание, то кошмаров не было, а потом, когда обморок перешёл в сон, то, что его терзает, вновь накинулось на него. Этот момент перехода даже отразился на его лице, лёгкой тенью судороги. Так что Глиф знал, что Саргас вновь проснётся от кошмаров прошлого.
  Он не стал спрашивать про его состояние, не стал спрашивать, что ему снилось, а просто был рядом.
  - Прости... - пробормотал я, проводя ладонью по лицу, стирая остатки сна. - Я... не хотел.
  «Не надо, - тихо сказал Глиф. - Ты не должен извиняться за то, что тебе страшно».
  Вздрогнув, я посмотрел на Глифа и впервые за долгое время не знал, что сказать, что ответить.
  В этой его тихой фразе я не уловил жалости и это отозвалось чем-то новым в груди, что кольнуло сердце.
  Я слегка кивнул, благодаря его за поддержку.
  Это был по-прежнему оживший каменный грифон, но этот грифон был рядом. Молча.
  И это его тихое молчание говорило мне больше, чем обычные слова.
  Прикрыв на миг глаза, я облизал пересохшие губы.
  Вспомнив про сумку, я сжал зубы, понимая, что она осталась на набережной.
  Грифон повернулся и куда-то пошёл и когда он вернулся, таща в когтях мою сумку, я помимо воли слегка улыбнулся.
  - Спасибо, - прошептал я.
  Глиф кивнул и сел рядом на кровать.
  Он не торопил меня, как было прежде, а давал время прийти в себя и был ему за это чертовски сильно благодарен.
  Выпив пепси, я почувствовал себя немного лучше.
  Крики уже затихли в сознании, тело вновь возвращало силы, что я потерял из-за Теней.
  Я посмотрел на Глифа... но не стал спрашивать почему эти Тени так сильно на меня повлияли. Но я уже понял, что остальные люди не заметили этого так же ярко, как я.
  Не спрашивал, потому что боялся узнать ответ, что со мной что-то не так. Потому что был не готов к ответам.
  Вспомнив, что эти строчки я зачеркнул в блокноте, я невесело усмехнулся.
  Я посмотрел в окно, где был следующий день.
  Я видел солнечные лучи и чувствовал их тепло, а не ту давящую звенящую пустоту, что отзывалась привкусом пепла во рту.
  «Нам нужно двигаться дальше».
  Взглянув на Глифа, я кивнул.
  В его словах не была приказа. Скорее осторожное напоминание, что миссия не ждёт.
  Я медленно сел, опуская ноги на пол. Голова слегка кружилась, но я уже не боялся, что упаду.
  Сжав руками кровать, я хрипло выдохнул.
  - Перенеси нас обратно, - тихо попросил я. - На набережную. Туда, где всё это произошло.
  Глиф нахмурился.
  «Там небезопасно, - подумав, сказал он. - Тени могли оставить след».
  - Пожалуйста, - прошептал я и посмотрел на грифона.
  Я не хотел показать свою силу, что мне всё равно. Я хотел вернуться туда, где почувствовал страх и взглянуть ему в лицо.
  Глиф долго смотрел на парня и молча кивнул.
  Не потому что одобрял это решение. А потому что понял, что иногда самое важное – не увести человека подальше от боли, а позволить ему снова встать на то место, где она его настигла, чтобы он сказал сам себе: «Я знаю, что это. Но я снова здесь».
  Я слабо улыбнулся и подхватив сумку, протянул руку.
  Когти грифона сомкнулись на руке и мир на миг потемнел, но я уже был готов к этому.
  Открыв глаза, я понял, что мы вновь на том самом берегу. Где Тени стали слишком реальны. Там, где вчера горели огни маяка.
  Всё выглядело обыденно – песок, чайки, волны, шум набережной и жизни вдали. Почти обыденно.
  Теперь я знал чуть больше, чем вчера.
  Посмотрев на маяк, я прижал руку к груди и прикрыл глаза.
  Я неуловимо чувствовал, что незримая Граница ещё вибрирует и это отзывалось лёгкой рябью по краю сознания или подсознания. Я чувствовал, что эта самая рябь проходит под ногами. Чувствовал, как воздух в одном месте чуть плотнее, а в другом – будто тоньше бумаги.
  Я понял, что значит, когда реальность действительно трещит по швам и когда Тени становятся Пустотой – не абстракцией, я реальным холодом, который иссушает и лишает тебя воли.
  Я сделал глубокий вдох и... выдохнув, открыл глаза. И снова посмотрел на маяк. Не как на ловушку, а как на точку невозврата, где я понял что-то глубинное.
  Глиф стоял рядом. Он ждал.
  И когда Саргас повернулся к нему, в его глазах не было слепого доверия новичка. В чёрных искрах, что вспыхивали в его глазах было понимание – горькое, но настоящее.
  «Теперь ты знаешь, что это такое, - тихо сказал Глиф. - Ты понимаешь, что будет, когда Тени станут плотнее и сильнее. И ты понимаешь, какой ценой даётся шаг к закрытию трещины».
  Я молча кивнул.
  «Зная то, что ты знаешь... - сказал Глиф. - Ты готов и дальше идти со мной?»
  Я не стал говорить длинных речей. Не стал обещать, что больше не упаду, что не буду бояться.
  Я посмотрел на Глифа, на этого ожившего каменного грифона.
  Накинув ремень сумки на плечо, я тихо, но твёрдо сказал.
  - Да.
  Глиф молча кивнул и поднял лапу.
  Я так же молча протянул руку, и набережная Ялты осталась позади.
  Не как место поражение. А как место, где я впервые, по-настоящему выбрал свой путь.