Искусство в большом долгу

Смотрела тут кино, как наши играют забугорную жизнь. Утром к столу дамы с четко очерченными скулами выходят в причёсках "волосок к волоску". Из еды - рюмочка бренди. Бродят, бледные, по поместью, в темных одеждах; изящные, как мадригал. Никаких щек, перетягивающих лицо в стороны при попытке потрясти головой, ни выражения глаз "огосподибожемойчтотамеще?!!", ни посуду им мыть не надо. Ходят медленно, путаются в длинных юбках,томно поправляют завиток у виска. Рукою придерживают что-то невесомое, белое и пушистое, элегантно сползающее с плеч. И тут появляется дочь лорда. Морда наша, рабоче-крестьянская, по циркулю, платье какое-то зелёное. Ресницы торчат над распахнутыми наивно глазами. Кто ее туда взял? Наверное, эта вопиюще не подходящая по типажу актриса чья-то племянница. Или любовница режиссера. Такие, как она, (мы), бегают по дому, бестолково потряхивая гулькой на макушке, суетясь, сталкиваются локтями с домочадцами на кухне. Пьют чай, сёрбая, с хрустом закусывают сухариком. А крошки разлетаются в радиусе 25 километров, посыпая все вокруг. И о скулах никто ваще не слышал никогда под ровным слоем щек. Бездарный фильм!