Майонез по-флотски

Майонез мы в тот рейс набирали вёдрами. Не помню точного их числа, но угол провизионной кладовой ими был заставлен (и раскреплён по-штормовому, конечно!) полностью.

— Ну, чего — чего, а майонеза-то точно хватит, — авторитетно кивал я ведающему продуктами второму штурману — дружбану своему.

Блажен, кто верует!

Мой друг удовлетворённо кивал в ответ.

Наивные, мы ещё не знали, какие разудалые матросы явятся в салон команды!

Нет, ребята отнюдь не были с Голодного Мыса! Напротив — гурманы, разве что своего рода. Ибо майонез они потребляли уж в таких количествах! А главное, с какими манерами, так эстетично — это надо было видеть!..

На порезанный кусочек хлеба пытались уместить — намазать слой майонеза почти такой же толщины! Естественно, жидкий начинал течь со всех сторон, так что зрелище обжоры, из всех сил успевающего не пролить на палубу ни капли драгоценного продукта, ворожило взор: я балдел, каждый раз этот аттракцион из камбузной своей амбразуры, как из будки киномеханика, наблюдая!

— Хлеб вкусный печёшь! — только и мог констатировать второй штурман, у которого головная боль по поводу катастрофически убывающего продукта усиливалась ещё и хаем очаровательной посудомойки, действительно замучившейся перед каждым приёмом пищи экипажа заново наполнять опустевшие стеклянные баночки. Орудуя одной только столовой ложкой, конечно, не могла она за десятками ртов поспеть!

— Да они только что в чай его не льют! — искренне сетовал под руку и повар второй категории.

Совершенно естественно при таком раскладе, что наши удовольствия — кому-то хлеба, а кому-то зрелищ! — закончилось быстро. Уже в конце второго месяца рыбного промысла в открытом море запасы майонеза, что казались не то что щедрыми, но и неистощимыми, иссякли почти полностью: только и успел я последнее худое ведро отнять у посудомойки. На салаты, значит — чтоб для запаха…

И что вы думаете: никто, вопреки нашим поварским опасениям, не умер! Честно — по-чесноку (зуб даю — чеснока того самого, в провизионке завалящего). Дожили до конца рейса все благополучно, доработали, не было случаев голодных обмороков или истощения. Только что давились теперь кетчупом, его на хлебную горбушку обильно поливая.