Глава 30

В этом году весна не капризничала. К облегчению земледельцев озимые не помёрзли и дружно пошли в рост. Ну а горожане в свободное время копались в небольших садиках и огородах, радуясь теплу солнечных лучей, пению птиц, отважным первоцветам и быстро набухающим почкам на деревьях и кустарниках, где обилие цвета обещало завидный урожай фруктов и ягод.
 Вот и сегодня ярко светило солнце, но пополам с дождиком, чьи крупные капли оставляли радужные пузыри на лужах. Впрочем, дождик был несерьёзный, и тучки, что его принесли, скоро рассеялись, отчего небо вновь засияло невинной синевой, свойственной южным широтам.
Тем не менее дорога, не успевшая просохнуть после ночного ливня, снова основательно раскисла, и колёса двух господских экипажей постоянно застревали в выбоинах. Наконец североводский князь не выдержал такой издевательской езды. Оставив детей с нянькой, он пересел на коня и поскакал вдоль обочины, вспугивая стайки белых и лимонно-жёлтых капустниц, роящихся над гладью грязевых луж.
— Нужно подождать, когда дорога подсохнет, — сказал он, поравнявшись с командиром сопровождавшего его отряда.
— Господин, здесь неподалёку есть трактир. Парни говорили, что там чисто и хорошо готовят. Вот только трактирщик с придурью, он не всегда пускает к себе путников.
— Странный тип, я о нём слышал, — князь усмехнулся. — Ничего, нас он пустит в любом случае. Иначе я сожгу его трактир, а самого отправлю в каменоломни. Народ идёт туда неохотно, даже за хорошее вознаграждение, а камень постоянно нужен. В княжестве с дорогами просто беда. Глина есть глина, сколько щебня ни сыплют, толку всё мало.
— Ну так, сыпать нужно с умом, а не топить ценный материал в грязи, — заметил мужской голос, в котором отчётливо прозвучали властные нотки.             
Князь развернул коня и, посмотрев на незнакомца, понял, что с его трудоустройством в каменоломни ничего не выйдет — хотя бы потому, что чистопородный гнедой скакун, на котором он восседал, был очень редок в их краях и стоил бешенных денег.
— Вы хозяин трактира? — вежливо спросил он.
— Он самый.
Трактирщик слегка прищурил глаза, беззастенчиво разглядывая его, а затем улыбнулся.
— А вы, я так понимаю, североводский князь. Что ж, тогда я должен проявить гостеприимство. Но учтите, сегодня у меня нет настроения возиться с гостями. Не беспокойтесь, голодать вам не придётся, моя кухня и продукты в распоряжении ваших людей. Готовьте сами, если хотите есть. Лошади тоже на ваших людях. Если вас устраивают мои условия, тогда прошу за мной.
Не дожидаясь ответа, трактирщик пришпорил гнедого, и тот плавной рысью поскакал в направлении развилки на дороге, видимой впереди как просвет в лесной чаще.
— Наглец! — процедил командир отряда и взялся за лук.
Князь отрицательно качнул головой.
— Не нужно. Это его трактир, а мы всего лишь гости. Едем за ним.
При виде дороги, ведущей к трактиру, князь присвистнул и спрыгнул с коня. Поверхность из мелкой гальки, смешанной с песком, была ровной, твёрдой и сухой, благодаря небольшой выпуклости дорожного полотна и канавам, вырытым по обочинам.
— Хороший хозяин, — нехотя признал командир отряда, когда коляски с лёгкостью покатились по гладкой дороге, и воины, которым практически приходилось тащить их на себе, вздохнули с облегчением. Плавный ход экипажей привёл к тому, что у детей начали слипаться глаза, для малышей долгая дорога была серьёзным испытанием. Зато пассажирки второй коляски заметно оживились. Одна из них была девушка лет восемнадцати, другая — женщина лет пятидесяти на вид.
— Мамочка, тебя не слишком растрясло? — спросила девушка и мать, протянув руку, одобряюще потрепала её по щеке.
— Всё хорошо, дорогая. Ты же знаешь, я здоровей любой простолюдинки. Что мне сделается? — сказала она и озабоченно посмотрела на дочь, которая, в отличие от неё, была хрупкого телосложения и, как она знала, плохо переносила качку. — А ты, Тесса? С тобой всё хорошо?
Девушка вымученно улыбнулась.
— Не очень. Думаю, мой желудок скоро не выдержит.
Госпожа Таден встревоженно посмотрела на её бледное лицо.
— Детка, что-то ты совсем неважно выглядишь. Давай пройдёмся пешком.
Тесса украдкой выглянула из-за занавески на окне.
— Князь совсем близко, не хочу позориться перед ним. Вдруг меня вырвет?
— Переживёт, — хладнокровно отозвалась госпожа Таден и, повернувшись, постучала возницу по спине. — Любезный, останови! Нам нужно выйти.
При помощи слуги она выбралась наружу и протянула дочери руку, но подоспевший князь взял девушку за талию и сам спустил её на землю. Покрасневшая до слёз, она чуть слышно поблагодарила его и устремилась к матери.
Пряча улыбку, князь снова сел на коня и во весь опор понёсся к показавшемуся трактиру. Это была случайная встреча, но Тесса Таден очень ему нравилась. Корабельщик Тори Таден, узнав, что он собирается в Красноземельное княжество, чтобы навестить родителей, набрался смелости и испросил у него дозволения сопровождать его своей жене и дочери, которым было по пути с княжеским кортежем. Дорога была длинная, места глухие, и он боялся, что беззащитные женщины станут добычей разбойников. Настоящих бандитов было мало, их постоянно отлавливала княжеская дружина, но зачастую в роли лиходеев выступали малоимущие крестьяне, оголодавшие за зиму, найти которых было проблемой, поскольку грабёж не был их основным занятием.
Трактир удивил князя не меньше дороги, ведущей к нему. Все постройки были новые и под черепичными крышами, что было роскошью даже для состоятельных людей. Большой квадратный двор, вымощенный серыми каменными плитами, блистал чистотой, впрочем, как и всё остальное здесь. Он подвёл коня к коновязи и, захлестнув вожжи, направился к трактиру. У входа на просторную террасу, увитую ползучими растениями с фиолетовыми листьями, стояло деревянное корыто, снабжённое водой и скребком, которое намекало, что нужно почистить обувь. Неизвестно почему, но это его рассердило, и он, не задержавшись, поднялся по ступенькам и распахнул тяжёлую дубовую дверь, которая была вдоль и поперёк обита массивными железными полосами. «Что ж, хозяин предусмотрителен. Скорей всего, такую дверь ничто не возьмёт, кроме тарана, — подумалось ему, и он со вздохом посмотрел на сапоги, заляпанные грязью до самого верха. — Спрашивается, и кто из нас невежа? Представляю, какими глазами треклятый трактирщик посмотрит на меня…»
— Снимайте сапоги, — потребовал зеленоглазый парень, внезапно возникший перед ним.
— Не сниму! — заупрямился князь. — Прочь с дороги!
В следующее мгновение он обнаружил, что лежит на полу, причём босиком. «Быстро он меня уложил. Главное, я даже не заметил, когда он успел снять с меня сапоги. Не иначе это воровской притон. То-то я смотрю, здесь странные порядки», — промелькнуло у него в мыслях. Резкий удар в основание шеи, из-за которого он отключился, он не помнил.
Увидев, что над ним склонился сам хозяин трактира, князь стиснул зубы и потянулся к мечу.
— Это лишнее. Всего-то нужно было почистить обувь. У меня не так много слуг, чтобы убирать за каждым посетителем, — произнёс он и небрежным жестом швырнул на пол сапоги князя, начищенные до зеркального блеска. — Надевайте и будем считать, что инцидент исчерпан.
«Да ни за что!» — выведенный из себя князь взметнулся на ноги и без предупреждения напал на трактирщика. Меч он оставил в ножнах, рассчитывая лишь на свои кулаки. Конечно, с простолюдином не стоило церемониться, и всё же он считал нечестным нападать с оружием на безоружного. Вот только противник попался ему слишком вёрткий, как он ни метил в него, все удары проходили мимо.
— Хлуд! Да ты человек или призрак? — наконец не выдержал князь и похромал к скамье. Будучи босым, он подвернул лодыжку во время безрезультатного боя. — Принеси мне сапоги. Пожалуйста! — попросил он, пересилив себя.
Трактирщик как-то странно посмотрел на него, будто ему не верилось, что кто-то смеет просить его о таком. Сапоги он всё-таки принёс, точней, бросил их на пол, причём с таким выражением, что князю снова захотелось ему врезать.
— Эй! В этом заведении хоть воду подают? — спросил он, видя, что трактирщик уходит.
— Сказано, всё что нужно, берите сами, — последовал раздражённый ответ и саркастическое добавление: — И да, к вашему сведению, воды в колодце хоть залейся.
— Пожалуйста, извините меня, я был неправ, — собравшись с духом, сказал князь, и у него сразу же полегчало на душе.
Трактирщик обернулся к нему.
— Мне не послышалось?
«Если бы!» — пригорюнился князь.
— Думаю, нет. Сколько я вам должен за беспокойство? Я заплачу любую сумму.
— Вам не хватит денег, — холодно проговорил трактирщик. Вернувшись, он присел на корточки и, взяв его за лодыжку, вправил вывих. — Ну, как самочувствие? — спросил он.
В выражении лица трактирщика было нечто такое, что князь неожиданно смутился. «Хлуд! Наверняка щёки горят как у нашкодившего мальчишки», — расстроился он.
— С-спасибо. Больше нигде не болит, — неуверенно пробормотал он и внутренне застонал, мечтая провалиться сквозь землю.
«Было бы странно, если бы у тебя что-нибудь болело, после того как я закачал в тебя энтериум», — с иронией подумал Аден Роу.
— Тогда вставайте и идите за мной. В качестве ответного жеста доброй воли сделаю для вас исключение, предоставлю вам и детям покои на своей половине, — сказал он и глянул на Змея Горыныча. Поняв его без слов, тот ответил согласным кивком и направился к выходу.
Князь проводил Змея Горыныча возмущённым взглядом, но не стал поднимать шум. Наглец, посмевший поднять на него руку, слишком уж походил на девушку в мужском платье, причём очень красивую девушку. Правда, несмотря на тонкие черты лица и девичью стройность, движения у этого недоразумения были чисто мужскими, а в теле чувствовалась недюжинная сила.
— Я хочу подождать детей. Ведь вы за ними послали своего помощника, не так ли? — полувопросительно сказал князь.
— Хорошо, я не спешу, — согласился Аден Роу и сел на соседнюю лавку.
Он искоса глянул на гостя. «Везунчик, в отличие от меня», — подумал он с некоторой долей зависти. Действительно, судьба берегла князя, ему не довелось испытать ни горечь потери родителей, ни друзей детства. Минуя его бродяжничество в качестве наёмника и трактирную стадию, он захватил Североводское княжество с помощью своего птичьего войска и негласной поддержки отца и его друга князя Микеса Лесногорского.
Первым появился Змей Горыныч, с детьми на руках, позади него с причитаниями семенила нянька, следом за ней шли мать и дочь Тадены, замыкал шествие командир княжеского отряда.
Спущенные на пол дети с весёлым щебетом бросились к отцу, затем мальчик слез с его коленей и, делая вид, что это случайно, начал всё ближе подбираться к Адену Роу.
В результате манёвры княжича привели к тому, что он уселся рядом с трактирщиком, а затем и вовсе перебрался к нему на колени — к неприятному удивлению князя. Обычно его сын сторонился чужаков и поднимал рёв даже тогда, когда его брал на руки дед князь Ратмир, но он не издал ни звука, когда на руки его взял трактирщик. Более того княжич обнял его за шею, что было особенно обидно князю, ведь так он делал только с ним. Тут его взгляд упал на Тессу Таден, и он понял, что его предал не только собственный сын. Девушка смотрела на треклятого трактирщика так, будто она встретила суженного, посланного ей самой судьбой. Впрочем, он не мог отрицать, что трактирщик и впрямь этого заслуживает. Ведь его отличала не только внешность, но также непоколебимая уверенность в себе и аура беспредельной власти, которые, как он знал по собственному опыту, были очень притягательны для женщин. «Что ж, если даже я подпал под его влияние, то что уж говорить о ребёнке и бесхитростной девушке? Люди тянутся к сильным, как трава к солнцу», — философски заключил он и едва не налетел на внезапно остановившегося трактирщика.
— В чём дело? — поинтересовался он.
— В количестве гостей.
Обернувшись, Аден Роу с сожалеющей улыбкой посмотрел на женщин.
— Примите мои извинения, госпожа Таден, и вы, барышня. Я не хотел бы показаться грубым, но моё приглашение распространяется только на князя и его семью. Мой помощник проводит вас на второй этаж постоялого двора. Уверяю вас, там есть всё, что нужно. Ещё раз, примите мои самые искренние извинения. Князь, прошу вас. Не переживайте, ваши спутницы получат всё, что захотят, естественно, в пределах разумного, — сказал он и спокойно закрыл дверь перед остолбеневшими женщинами. 
Увиденное в хозяйских хоромах не слишком удивило князя, подспудно он уже знал, что они с трактирщиком равны по происхождению.
— Не боитесь, что они что-нибудь разобьют или испортят? — спросил он, видя, что хозяин не препятствует любопытству детей, и они носятся по комнатам.
— Это всего лишь вещи. Разве они стоят нашего страха? — сказал Аден Роу и указал на дверь, ведущую в ванную комнату. — Здесь можно справить нужду и помыться, если хотите. Идёмте, я покажу, как пользоваться ванной, душем и уборной.
— Спасибо, уж с этим я как-нибудь сам разберусь.
— Это вряд ли, — усмехнулся Аден Роу. — Не капризничайте, князь. По части пользования моей ванной комнатой вы ничем не отличаетесь от дикаря… извините, своих детей. За них не беспокойтесь, служанка вымоет их и переоденет. Кстати, вы тоже можете переодеться в чистое, я покажу, где находится гардеробная. Смело берите всё, что вам приглянется.
— Спасибо, чужого мне не нужно, — отказался князь, оскорблённый тем, что трактирщик предлагает ему одежду со своего плеча.
«Не хватало ещё донашивать чужие обноски», — сердито подумал он, при этом тщетно пытаясь понять, что такое «душем» и «дикаря». Шагнув в ванную комнату, он позабыл о непонятных словах. Громадная комната, облицованная полированными полудрагоценными камнями и залитая ярким светом, поразила его чудесной мелодией, которую исполняли невидимые музыканты.
Из всех устройств в ванной комнате Аден Роу пояснил гостю только как пользоваться туалетом, душем и ванной, а затем выдал ему необходимые принадлежности и показал, как попасть в гардеробную.
Князю очень понравились туалетная бумага, душ и пена для снятия бороды и усов, отросших за время путешествия. Он всё же согласился поменять одежду, когда ему было сказано, что к отъезду его собственную постирают и погладят.
— Хорошо выглядите, — сказал Аден Роу, когда он вышел из ванной комнаты.
Действительно, без бороды и усов князь заметно помолодел. Впрочем, он был совсем ещё не стар, хотя тридцать четыре года уже считались солидным возрастом, да и ранняя седина на висках свидетельствовала о нелёгкой жизни правителя Североводского княжества.
— Благодарю… — князь замялся. — Скажите, как вас называть?
— Клермон Ястреб, — ответил Аден Роу.
— Надо же, в некотором смысле мы с вами тёзки. Одежда…
— Если она вам по душе, можете её оставить.
— Я заплачу.
— Хорошо. Я включу в счёт.
— Спасибо. Нужно заметить, у вас очень качественные ткани и хороший портной. Пошито ничуть не хуже, чем в моих мастерских, — князь выжидательно посмотрел на хозяина трактира.
Аден Роу улыбнулся.
— Ткани — это контрабанда, одежду шьёт мой помощник, он у меня мастер на все руки. Надеюсь, как владетель, вы будете не слишком строги ко мне. Конечно, идиотанцы те ещё разбойники, тем не менее они хорошие мореходы и торговцы, в свободное от грабежей время. Итак, если вы прямо сейчас не собираетесь обвинить меня в сговоре с ними, я предлагаю пройти в столовую и пообедать.
— С удовольствием… но где же дети? Что-то их совсем не слышно, — спохватился князь.
— Служанке велено их накормить, а затем уложить спать.
— Признателен вам за заботу о них. В таком случае, может, вы скажете, как там мои люди и госпожа Таден с дочерью?
— Ваши люди уже приготовили себе кашу и основательно заправили её маслом. Хлеб свежий, только сегодня испекли, ну а зелень с грядки и того свежей. Из мяса у них колбасы и свиные окорока, найденные в погребе. В общем, голодным ваше воинство точно не останется. Что касается ваших спутниц, то помощник отнёс им еду с моего стола. Думаю, они тоже не в претензии. Что именно сегодня подают на обед и качество готовки я предлагаю оценить вам самому. Прошу, проходите и присаживайтесь.
— Вы очень любезны.
— Куда же без этого? Привычка — вторая натура.
— Это заметно, — усмехнулся князь, расправляя салфетку. — Ведь вы не простолюдин, вы княжеских кровей, но по каким-то причинам не хотите называть свой род. Я прав?
— Да.
— Извините мою грубость, но что заставило вас опуститься до трактирщика? Почему вы не занялись, например, торговлей? Это же куда более почётное занятие. Богатые купцы вхожи в княжеские поместья, а их дочерей обедневшие княжичи даже берут замуж. Только не говорите, что вы нажили своё богатство нечестным путём.
Пригубив аперитив, Аден Роу смерил гостя оценивающим взглядом, при этом раздумывая, что следует ему говорить, а что нет.
— Если вы думаете, что моя семья отказалась от меня из-за бесчестного поведения, то вы ошибаетесь. Я наследник своего рода. Что касается трактирных дел, так это ностальгия по прошлому. В юности я сбежал из дома и, лишившись верных друзей, сильно бедствовал. Вышло так, что я был вынужден жениться, но невеста умерла и вместе с ней мой будущий наследник. Отец невесты не держал на меня зла и даже больше, он пожалел обнищавшего княжича и дал мне немного денег. На них-то я и приобрел свой первый трактир и, надо сказать, сейчас я об этом нисколько не жалею. Впрочем, это долгая история. Давайте сначала поедим, а потом, если у вас останется желание её послушать, я расскажу, как я оказался в ваших землях. Только заранее предупреждаю, история невероятная, возможно, вам она покажется сказкой, но я могу поклясться Господином Солнце, что в ней нет ни единого слова лжи.
— Хорошо, я подожду, — сказал князь, хотя он, как и мастер до него, умирал от желания узнать, в чём загадка этого человека, столь властного и надменного даже для отпрыска богатейшего княжеского рода.