Милая

Милая

Эрни зажёг свечу и поставил чайник на керосинку.
Электричества давно уже не было. Даже свеча была роскошью. Обычно он обходился масляной лампадкой.
В доме было холодно. Дрова для печурки закончились ещё на прошлой неделе, да и керосин подходил к концу. А до получки еще далеко.
Придется опять идти на ту сторону, ползти на брюхе через границу, чтобы там поменять медные пластины на сигареты. Хорошо, что у него есть что менять.
В сарае под поленьями у Эрни было спрятано целое состояние, настоящее богатство, без дураков.
Когда разбомбили конденсаторный завод, все боялись туда даже сунуться. Над развалинами несколько дней стоял густой ядовитый туман.
У Эрни было несколько противогазов, припасённых заранее, еще до войны. Так на всякий случай. Он был хозяйственный мужик, так что, пока все прятались по домам с закрытыми окнами и дверями,   он пошёл посмотреть, что осталось, и не напрасно.
От самого завода почти ничего не осталось, а вот один склад задело не сильно.
Эрни заглянул в полуразрушенное здание и увидел, что там везде валяются медные пластины.
Чуть дальше, почти в порядке, лежали слегка поврежденные мотки медных проводов и стопка слюдяных пластин.
- Может и это пригодится где-нибудь, - решил Эрни и пошел домой за тачкой.
А теперь все это стало настоящим богатством.
Только тратить его надо было осторожно.
 Если вдруг на рынке всплывет слишком много медных пластин, кто-нибудь обязательно заинтересуется, откуда они взялись. Тогда его вычислят, пластины отберут, а самого могут посадить на тюремную баланду и работу по 12 часов в день.
Все материалы, которые остались после разрушения заводов полагалось сдавать государству. Взамен полагалась небольшая компенсации. Эрни решил не отдавать найденное.  Лучше рискнуть, чем сдохнуть от холода и голода.
Поэтому он был осторожен и менял медь понемногу. Обычно он менял пластины на сигареты.
Сигареты теперь стали прочной валютой.  Их можно было обменять на что-то необходимое или продать , а на деньги купить то, что было нужно. Их можно было обменять на еду, керосин, масло для светильника…Да мало ли на что их можно было обменять.

В то утро Эрни встал ещё до рассвета. Хотелось спокойно позавтракать и собраться на работу.
В доме было тихо и зябко. Он повёл плечами и вышел умываться во двор.
На улице стоял дубак. Холодно, сыро. Эрни заставил себя снять ковбойку и брюки, опрокинул на голову ведро воды, растёрся грубым полотенцем, быстро оделся и побежал обратно.
Вот теперь дома показалось тепло. Настроение улучшилось. Если сегодня мастер заплатит за сигареты, то вечером можно будет сходить в клуб и шикануть. Немного роскошной жизни ему не повредит, и может быть, там он встретит девушку.

Целый день, пока Эрни чинил автомобиль богатого клиента и почти не вылезал из ремонтной ямы, он думал о том, как пойдет в клуб, как там будет тепло и хорошо.
 Под конец смены мастер подошёл и сунул ему в руку десятку.
Спасибо, старина, - заулыбался Эрни.
 Все-таки наш мастер человек и понимает, что и другим надо давать жить, не то, что хозяин мастерской, который готов удавиться за каждую гайку.
Десятка по нынешним временам, это хорошие деньги.
Значит, вечером он пойдёт в клуб. Там будет тепло и светло. Можно взять двойную водку, послушать музыку. Может быть, даже потанцевать, а может быть…может быть, познакомиться с хорошей девушкой.

Эрни давно мечтал о женщине, с которой можно разделить и радости, и беды. Он мечтал о семье, о жене милой, спокойной и доброй. О детях он даже не мечтал, не смел представить, что когда-нибудь у него может быть ребёнок. Дети это для избранных, для богатых, они стоят таких денег, которых у него никогда не будет.
А жена совсем другое дело. Вдвоём жить веселее и гораздо экономнее.
Почему бы девушке не выйти за него замуж?  Парень он видный, высокий, сильный.
 Ремесло в руках есть. Он механик. Работа есть. А если хозяин вдруг уволит, он сумеет перебиться на время, пока не найдет другую работу.
Сейчас эти медные листы были дороже золота. Что золото?
А на что вообще годится золото? Зачем оно теперь нужно? Ну, на контакты для схем разве что.
А медь нужна всем. Из неё делают провода, конденсаторы и многое другое для электротехники.
 Кое-где ещё теплится производство электроприборов.
На земле ещё остались богатые люди, а у них есть и электричество, и электроприборы. Где-то там, в их домах, светятся лампы, там тепло, есть еда и красивая одежда , там водятся даже крепкие спиртные напитки.
Но всё это не для таких как он людей, потерявших все во время прошедшей войны.
Зато сегодня вечером он тоже войдёт в тепло и свет.

Наскоро поужинав хлебом с сыром, о, это была уже роскошь, и выпив травяного чая, Эрнст стал собираться. Надел новую ковбойку, хорошие, почти новые брюки, которые берёг именно для таких случаев, натянул бушлат и вышел в темноту.
Сначала он шёл по улице, где не светилось ни одного огонька. Потом стали попадаться чуть освещённые окна. А потом впереди появилось зарево, словно загорелась звезда.
Это был Клуб, ярко освещённое здание посреди тёмного города.
Перед входом стояла большая очередь. Эрнст пристроился в хвост и стал разглядывать счастливчиков, которым скоро предстояло попасть в этот рай.
Впереди стояли две молодые женщины. Время от времени они хлопали себя по бокам и постукивали ногой об ногу, пытаясь согреться.
На одной было красное пальто и чёрные сапожки.
«Шикарная», - подумал Эрни.
Из-под шапки выбивались каштановые кудри. Лица он не видел, но почему-то решил, что она должна быть милой, а может быть и красоткой.
Девушка обернулась и Эрни убедился, что она очень привлекательная.
Да, она милая и даже больше того, красивая.
Эрни всегда думал, что его жена не должна быть красоткой. Она должна быть именно милой. Хорошая и с добрым и понимающим сердцем. А красавицей ей быть совсем не обязательно.
Девушки уже вошли, а он ещё долго топтался на холоде. Очередь двигалась черепашьими шагами. Наконец дверь открылась и для него. Эрни шагнул внутрь и зажмурился.

Свет ослепил, пахнуло теплом и еще чем-то давно забытым.
Он сдал бушлат в гардероб и вошёл в зал.
Гремела музыка. Люди смеялись. Воздух был пропитан терпким духом винных паров и сигаретным дымом.
И главное, здесь было тепло.
Минуту Эрни просто стоял и наслаждался всем этим великолепием. Потом подошёл к бару и заказал двойную водку.
Водка обожгла горло, провалилась в желудок, и тепло быстро разлилось по всему телу.
Стало легко и весело. Захотелось танцевать. А танцевал Эрни хорошо.
В плотной толпе на танцполе он увидел девушек из очереди. Красотка сняла пальто, и теперь на ней было красное платье.
- Какая она яркая и заметная, - удивился Эрни.
Он пробрался через толпу танцующих и стал танцевать с этими девушками…
Когда музыка закончилась, девушки пошли к своему столику. Он двинулся следом, а они пригласили его сесть с ними.
Глаза у обеих сияли. Было видно, что им здесь очень нравится.

Стали знакомиться.
Красотку звали Таней, а имя подружки Эрни тут же забыл. Он смотрел только на Таню.
- Какое необычное имя! Это же русское имя, ты русская? Из России?
- Нет. Я немка. Мои родители приехали в Германию из Казахстана. Мое полное имя Татьяна. Нравится?
- Нравится, - улыбнулся Эрни, - А это где, Казахстан? Я даже никогда не слышал, что есть такая страна.
-  На границе с Китаем, западнее Китая.
- А что там сейчас происходит знаешь? Казахстан сильно разрушен?
- Я не знаю. Я никогда там не была. Только родители рассказывали. Говорили, там было хорошо. Там очень красиво  - горы, степи, пастбища для животных. А весной вся степь покрывалась тюльпанами. Представляешь? До самого горизонта – красные тюльпаны.
- Почему они уехали, если там было так хорошо?
- Климат суровый. Зимы очень холодные, лето короткое и жаркое. Ну, раньше так было. Родители думали, что в Германии просто рай.
А Германия оказался не рай? — засмеялся Эрни.
В Германии оказался не рай, - подтвердила с улыбкой Таня.
Пока они разговаривали, зал будто отодвинулся куда-то далеко. Эрни почти перестал слышать музыку, разговоры людей вокруг, как будто они остались вдвоем наедине.
- Где ты работаешь? - спросил Эрни.
-  На спичечной фабрике.
- На спичечной фабрике хорошо платят? Тебе работа нравится?
- Нам нравится. Мы с подругой четыре месяца сидели без работы, и тут такая удача, подвернулась эта фабрика. Платят как везде, но продукция хорошая. Иногда спичка может завалится за подкладку, - засмеялась Таня, - А спички, сам знаешь, сколько сейчас стоят.
-Да, спички всем нужны, это как валюта в прошлой жизни, но лучше не рисковать. А ты рисковая девушка! - восхитился Эрни.
- Я тоже думаю, что лучше не рисковать, - улыбнулась девушка. Ей понравилось, что парень как будто озаботился ее безопасностью. Хороший знак.
И они снова пошли танцевать, а потом подошли к бару.

У барной стойки было многолюдно.  Там сидел солидный джентельмен с сигарой, а в руках он держал стакан с дорогим алкоголем.  Через промежуток от него стояла пара.
Между толстяком и парой у стойки оставалось место. Эрни хотел встать там вместе с Таней, но когда они приблизились, толстяк широко расставил локти.
Пара с другой стороны немного потеснилась, и они всё-таки протиснулись в пространство у стойки.
Таня оказалась рядом с толстым господином.
Тот сразу убрал локоть, полуразвернулся к ней, выпустил изо рта сигаретный дым и улыбнулся.
- Прошу располагайтесь, леди. Эй, бармен коктейль девушке, - опередил он Эрни.
Эрни стало досадно, что его опередили, но он бросил на стойку монеты и сказал внушительно:
- Это за коктейль для моей девушки.
Толстяк тут же бросил крупную купюру рядом с монетами Эрни и небрежно произнес:
- Сдачи не надо. Пошевеливайся.
Это был вызов и Эрнст принял его.
- Это моя девушка и я за неё плачу, - сказал он твердо. В голосе Эрни появился металл.
Толстяк всё так же улыбался и как будто не заметил слов соперника.
Потом он небрежно смахнул монеты Эрни со стойки и повернул Таню к себе.
Убери руки от моей девушки, - произнес Эрни уже с угрозой в голосе.
- А то, что будет? Ты рассердишься? Что ты можешь? - толстяк ухмыльнулся и выдохнул дым сигары прямо в лицо парня.
Этого оказалось достаточно.
У Эрни от ярости все потемнело перед глазами, и дальше он действовал автоматически.
Его увесистый кулак направился прямо в ухмыляющуюся физиономию.
Толстяк охнул и стал оседать. Зазвенели бьющиеся бокалы, янтарный напиток из бокала разлился по стойке, запахло дорогим алкоголем. Какие-то девушки завизжали.
 Подбежали охранники, заломили Эрни руки за спину и вышвырнули его за дверь.
Эрни упал на промерзший асфальт, следом полетела его куртка.
Очередь, мёрзшая перед дверями рая,  засмеялась.
Эрни поднялся, надел бушлат и остался стоять, глядя на дверь.
Он ждал Таню.
- Эй, чувак, она не выйдет, - сказал кто-то из очереди.
Эрни не ответил.
- Она выйдет. Не может быть, чтобы она не вышла. В своих мыслях он уже успел увидеть Таню своей девушкой, своей будущей женой.

Прошло какое-то время, Эрни не заметил сколько. Он стоял и упорно смотрел на дверь.
И действительно, дверь открылась, из света выскользнула лёгкая женская фигурка и направилась к нему.
Но это была не Таня, это была подруга.
-Не жди, она не выйдет, - тихо сказала девушка.
- Почему? - удивился Эрни, - все же было хорошо. Почему она не выйдет?
- Не осуждай её. Мы голодали, пока не устроились на фабрику. Да и сейчас перебиваемся с воды на хлеб.
- Она что, осталась с толстым? - опять удивился Эрни
- Но он же богач. Разве ты не заметил?
- Заметил. Но она ему не нужна. Она ему нужна на одну ночь.
- Кто знает, - покачала головой девушка, - в жизни всякое бывает.
И тут Эрни впервые внимательно взглянул на девушку.

Из-под шапочки выбивались светлые, рыжеватые пряди.   
«Рыженькая», - внутренне улыбнулся Эрни, - а глаза орехового цвета, теплые.  Редкое сочетания.
Голос такой не громкий, нежный, как и вся она.
- Как тебя зовут?
- Не запомнил? – засмеялась подружка, - Я тебе уже говорила. Я Эльза.
- У тебя немецкое имя, а ты не похожа на немку.
-  Я немка. Только моя семья тоже приехала из Казахстана, вместе с семьёй Тани. Мы с ней с детства дружим.
- Удивительно, что все симпатичные девчонки приехали из Казахстана. Казахстан что, был немецкой колонией?
Эльза опять засмеялась, как будто зазвонил маленький колокольчик.
- Да нет. Просто немцев из России высылали в Казахстан.
- Как это высылали из России? За что их высылали?
-  Не знаю. Мама так говорила.
- Что же они  в России такого ужасного натворили, эти немцы?
- Ну, что-то да натворили. Ты вот тоже кое-что натворил и тебя тоже послали в Казахстан, - пошутила Эльза.
Эрни засмеялся, - Да, точно, меня тоже выслали, только не из России, а из бара.
- Хорошо хоть полицию не вызвали, — сказала Эльза с сочувствием в голосе.
- Да ладно! Какую полицию? Все видели, что он мои деньги сбросил. Это противозаконно. Он виноват.
Виноват, не виноват, а ты здорово ему заехал!
- Да, неплохо, - развеселился Эрни и ему стало смешно, смешинка в рот попала, как когда-то говорила его мама в далеком и благополучном детстве.
Эрни вдруг расхохотался,а Эльза, глядя на него, тоже стала засмеяться. 
Они  так хохотали, что у Эльзы от смеха даже слезы на глазах выступили.

- Какая она  милая, - подумал Эрни, -и веселая, и все понимает.
Отсмеявшись, он вдруг спросил:
 - А ты пойдёшь со мной?
Эльза вскинула на него ореховые глаза, посмотрела внимательно, потом смутилась и взмахнув ресницами потупилась. Немного помолчала, потом решившись ответила:
-Да, я пойду с тобой, если позовешь.
И сказано это было с такой искренностью и достоинством, что Эрни перехватило дыхание.
А еще он почувствовал себя кем-то настоящим.
- А я что, тебе понравился? – спросил он, хотя ответ был понятен, но хотелось еще раз услышать это.
 - Сразу тебе понравился?
- Да. С первой минуты. Ты красивый, видный и так здорово двигаешься в танце. И самое главное, что я заметила, ты хороший, - с улыбкой отвечала Эльза.
- А почему ты мне сразу не сказала? Я же мог уйти с этой Таней.
-  Потому и не сказала.
Эльза опустила глаза. И тут Эрни заметил, что ресницы у неё совсем светлые. Золотые.
- Да она же вообще не накрашенная, - изумился он.
- Надо же. Девушка пошла в клуб не накрашенная, значит, она вся настоящая, не такая как все.
Он с умилением заметил, что на носу и на щеках Эльзы были разбросаны маленькие золотые пятнышки -веснушки.
- Ты счастливчик, Эрни! - крикнул кто-то из очереди.
- Да, я счастливчик, - внутренне согласился Эрни.

Эльза взяла его под руку, а он приобнял её за плечи, немного прижал к себе и почувствовал, какая она тёплая под этим легким пальто, подбитым ветром.
-Такая теплая в этом легком пальто. Надо же… Надо раздобыть для нее что-нибудь теплее, чтобы не простудилась, - отметил про себя Эрни.  Он был готов ползти на брюхе через границу, чтобы этой женщине было тепло и она не простудилась…Странно.

Они пошли вместе по тёмной улице.
И стало как будто не так уж темно и не так уж холодно.
- И зачем этот господин вообще пришёл в наше кафе? - продолжала рассуждать Эльза.  - Если он такой богатый, шел бы в свой клуб.  У них же есть всё своё.  Свои магазины, школы, врачи, поликлиники. И клубы, наверное, покруче наших. И их девушки, наверное, красивее наших.
- А может, и не красивее, -возразил Эрни.
- Ты правда так думаешь? - зазвенел смех его подружки.
- Не может быть. У них всё самое лучшее, - возражала она.
- А вот и не всё, - улыбнулся Эрни.
Впервые за эти три года Эрни почувствовал себя таким каким он был прежде, сильным и уверенным.   Впервые ему стало легко и радостно. Он все может, у него все получится. Он же чемпион.
- Как я мог не заметить такую девушку, просто пройти мимо погнавшись за тем, что бросается в глаза?  - думал он, - вот она моя милая, не красотка из журнала, а именно милая. Такая, как мне нужно, такая которую я ждал все это время...