Одинёшенька

     Лара крутилась перед зеркалом уже часа два. Она никак не могла решить, что ей надеть на свадьбу к подруге. Лара любила быть красивой, ухоженной, яркой, и чтобы все вокруг ею восхищались.
     Солнечные лучи выгодно оттеняли её белоснежную матовую кожу. Она провела рукой по щеке, заправила прядь за ухо. Её осенила идея, и она проворно собрала руками непослушные тёмные волосы. Она накрутит локоны и соберёт их в пучок. Вот так! Украсит шпильками со стразами, получится как будто корона.
     Кошка, путаясь в огромном ворохе платьев, сваленных прямо на пол, играла с солнечным зайчиком, прыгающим от движений зеркала, которое Лара постоянно двигала.
     Сергей, приехавший на побывку из армии, ленился на диване, изредка посматривая на любимую, увлечённо играясь в телефоне. Он активно принимал участие в примерке, не отрывая глаз от экрана, проговорив семь раз «да, красиво», пять — «мне нравится» и даже пару платьев назад веское — «все рухнут». По его мнению, именно такие ответы удовлетворят придирчивую Лару. Он с удовольствием ушёл бы от ответственности высказывать своё мнение, если бы было куда.
     Их маленькая студия, которую они снимали вскладчину, не способствовала уединению. Хорошо хоть, Лара прекрасная хозяйка, квартирка содержится в идеальной чистоте. Они уже год жили вместе, и совсем неприспособленная к кухне Лара даже научилась сносно готовить. Правда, она практически всегда сидела на диете и питалась сплошной зеленью и фруктами. Порции были настолько мизерными, что Сергей часто подшучивал над любимой: каких гномиков она кормит на сей раз. Для своего мужчины Лара готовила его любимые свиные отбивные, грибы и картоху в разных видах: жареную, запечённую, отварную. Как раз сейчас должен быть готов обед. Он сглотнул и с тоской взглянул на две кучи платьев. Они были примерно одинаковыми: та, которую уже примерили, и та, которую ещё не примеряли.
     А Лара грозилась сегодня перемерить весь гардероб. И зачем женщинам столько шмотья? Он нахмурил брови. Лоб его изрезали мелкие морщинки. Вот у него всё просто: пара джинсов, пяток футболок, три пары кроссовок и две куртки. И нет проблем!
     Взгляд его заблуждал по комнате и наткнулся на тёмные негодующие глаза Лары. Лара застыла посреди комнаты в обтягивающем фигуру чёрном платье с разрезом до самого неприличия, вскинув бровь и уперев руки в бока. Сергей напрягся, похоже, он что-то пропустил.
     — Серый, я тебя пять раз спросила уже! — Лара любила преувеличивать.
     — Да, любимая? — заморгал несчастный, вскочив с дивана и спешно пытаясь придумать весомый аргумент в свою пользу, — я никак не могу тебе помочь определиться. Ты мне во всех платьях нравишься! Ты такая соблазнительная! Особенно в этом, но на свадьбу оно не годится, ты же понимаешь? Позвони девчонкам, пригласи их в гости, вместе выберете.
     Он развёл руки в разные стороны, пытаясь обнять девушку, но та с прытью пантеры увернулась и нацелила когти на святое. Серёгино лицо! Он отпрыгнул.
     — О, я поняла, ты просто пытаешься сбежать к друзьям! Ну уж нетушки! — Лара грозно топнула ногой.
     Вернее она хотела, чтобы это получилось грозно, но так как она была босая, вышло это очень даже мило. Нога попала на скользкую ткань платья, Лара поскользнулась и шмякнулась прямо в груду вещей. Сергей ринулся её спасать, но она утянула его со смехом на пол. Лара крепко прижалась к его груди и жалобно попросила, чуть ли не со слезами на глазах:
     — Ты приехал всего на два дня, побудь со мной! Мне так одиноко тут одной, а тебя ещё три месяца не будет!
     Сергей не смог отказать. Когда он смотрел в эти тёмные бездонные глаза, которые блестели уже готовыми вылиться слезами, его внутренний мужик робко прятался где-то внизу живота, оставляя Сергея разгребать ситуацию в одиночку. Сергей сдался. Победительница милостиво обещала его сейчас же покормить:
     — Сначала накормлю тебя, мой серый волк, а потом наберу девчонкам, — Лара снисходительно чмокнула Сергея в нос.

                * * *
     Через два дня Лара проводила Сергея в армию, пригласила подруг в гости на девичник. Она закупила вкусненькое с надеждой, что им будет весело втроём.
Олеся и Соня приехали одновременно.
     Они втроём крепко сдружились ещё в колледже и часто проводили время вместе. А сейчас, спустя пять лет, когда настала взрослая жизнь и раскидала их по работам и учёбам, виделись редко, но метко. Хорошо, что есть телеграм! Они создали свою группу и там переписывались почти каждый день. Но живое общение это не заменит. Ларе их очень не хватало. Девчонки стали её семьёй, практически сёстрами. Она привыкла советоваться с ними по любому поводу.
     Олеся, высокая тоненькая брюнетка в очках, была всегда серьёзной и сдержанной, но в их компании чувствовала себя расслаблено. Соня, фигуристая блондинка с пышной грудью (в этом Лара ей тихо завидовала), являла собой этакую снегурочку с обычно невозмутимым лицом, но Лара-то знала её доброе сердце и весёлый нрав. Из них троих только Лара не умела сдерживать эмоции. Чувства всё время брали верх над её рассудительностью.
     Девичник удался. Девчонки хохотали до упаду. Лара, примеряя платья, их так смешила своими образами, которые она шутливо обыгрывала. Но они так и не смогли определиться, какой образ подобрать Ларе. Решили проголосовать. Но тут заметили, как кошка нагло разлеглась на зелёном шифоновом сарафане. Девчонки решили, что это оно!
     — Девчонки, давайте, я пока уберу всё в шкаф, а вы организуйте стол. Я там всё порезала, надо только разложить. Тарелки наверху, — Лара указала на кухонный шкафчик, — а оставайтесь-ка вы ночевать, а?
     Лара с надеждой взглянула на подруг.
     Олеся сняла очки и потёрла переносицу:
     — В принципе я могу, мой только завтра от родителей вернётся.
     Соня подскочила и схватилась за телефон.
     — Я маму предупрежу. Надеюсь, она не будет против, завтра же выходной. Я сейчас, — она отошла к окну, набирая номер.
     Лара закатила глаза. Соня жила с родителями и ей приходилось ставить их в известность.
     Девочки остались у Лары с ночёвкой, их веселье только начиналось.
Наутро, часов в десять, первая проснулась Соня. Ей было очень неудобно спать на полу, и она замёрзла. Рядом, полностью завернувшись в их одеяло, беззаботно дрыхла Олеська. У Сони болела голова после бурного веселья накануне. Она зашуршала таблетками и разбудила Лару. Та вскочила с кровати вся взъерошенная.
Лара налила стакан воды и поставила перед подругой. Та с благодарностью запила обезболивающее и попросила:
     — Ларик, сваришь кофейку?
     Лара кивнула, включила кофеварку и попыталась обуздать лохматые кудри и соорудить нечто приличное на голове.
     — Ты чего такая? Как будто всю ночь ворочалась, — спросила Соня.
     Лара задумалась, потёрла лоб, пытаясь вспомнить.
     — Знаешь, мне в последнее время часто снится один и тот же сон. Кошмар. Словно я осталась одна, и людей вокруг нет. Пустынные улицы, пустые магазины, всё серое и мрачное, становится так тоскливо и жутко…
     — Ужастиков насмотрелась? — невесело усмехнулась Соня.
     — Ты же знаешь, я их не смотрю, тем более, когда одна. Серый в армии, мне тут одной… неуютно… Если бы не кошка, я тут долго не выдержала бы.
     Глаза Лары внезапно расширились.
     — Сонь, а вдруг он меня бросит? Что я буду делать? — в её голосе зазвучал неподдельный страх, — я же останусь совсем одна!
     — Ну-ну, успокойся, — Соня обняла подругу, — это тебя сон растревожил. Во-первых, Серый не собирается тебя бросать. А во-вторых, у тебя есть мы. Мы всегда с тобой, слышишь?
     Но Лару уже душили подступившие непрошеные рыдания. Крупные слёзы покатились ровными дорожками по щекам, она вытирала их ладонью и неловко улыбалась.
     — Прости, накипело наверно, — Лара достала чашки и налила кофе, — что будешь на завтрак? Может, яичницу?
     Соня покачала головой, грея руки об чашку с горячим кофе.
     — Не могу сейчас есть. Лучше расскажи, что тебя тревожит?
     — Сама не знаю, что на меня нашло. Вроде работаю. Всё время среди людей. Днём всё нормально, но ночами снится этот сон, и я просыпаюсь в панике, а потом начинаю задыхаться.
     — Может, тебе к психологу сходить? Выговориться. Постороннему рассказывать о сокровенном проще. Он задаст правильные вопросы, и ты во всём разберёшься. Мне кажется, это твои страхи, в которых ты даже сама себе признаться не можешь.
     Лара усмехнулась.
     — Ну вот зачем мне психолог, когда у меня есть ты?
     Соня, допив кофе, гордо задрала подбородок.
     — Я любитель-самоучка, а вам, дамочка, к профессионалу надо!
Лара было рассмеялась, но, оглянувшись на спящую Олесю, прикрыла рот рукой. Внезапно посерьёзнев, внимательно посмотрела на Соню, но как-то замялась, не решаясь говорить. Соня великодушно повела рукой:
     — Спрашивай, не стесняйся.
     — Это очень личный вопрос. Не обижайся, — предупредила Лара, Соня кивнула, — почему ты до сих пор живёшь с родителями? Неужели тебе не хочется найти парня и съехаться с ним? Жить вместе, чтоб не чувствовать себя одинокой.
     Соня задумалась, пытаясь подобрать правильные слова.
     — Понимаешь, я не чувствую себя одинокой. Быть одной и быть одинокой — это разные вещи. Мой выбор — сейчас мне никто не нужен. У меня куча дел, сама знаешь. Я учусь, работаю, хобби там всякие. С мамой много времени вместе проводим, путешествуем.
     Лара кивнула, она всегда завидовала их дружеским отношениям. У неё с мамой отношения были напряжённые. Соня продолжила:
     — Родители, они ж не вечные. Когда-нибудь их не станет, и вот тогда мы повзрослеем, только близких уже не будет. Жизнь короткая штука. Моя только начинается, у меня всё впереди. А у родителей приближается закат, и они торопятся жить, каждый день им хочется быть со мной. Участвовать, так или иначе, в моей жизни. Мама всё время работала на двух-трёх работах, чтобы у меня было всё лучшее. А сейчас у неё есть возможность проводить со мной больше времени. Она часто говорит, что выбрала бы меня, а не карьеру, будь у неё тогда сегодняшний опыт. Папа тоже только сейчас начал со мной разговаривать как со взрослой. Пытается беседы вести умные. Ну, нравится им, а мне не жалко. Я ещё успею свою семейную жизнь построить. Мне только двадцать два. А мужчина…
     Соня сделала паузу. Лара подалась вперёд. Соня понимающе улыбнулась. Этот вопрос подруг интересовал больше всего, в личную жизнь Соня даже их не посвящала. Девчонки знали только, что она ходила на свидания, но, чем всё заканчивалось и по какой причине, Соня не озвучивала. Поэтому пока она разоткровенничалась, Лара не прерывала и слушала во все уши.
     — Я считаю, мужчина достойный найдётся сам, — Соня поучительно воздела палец кверху, — для меня главное не циклиться на этом. Ведь жизнь здесь и сейчас. Это мгновения. Чем мы их наполняем, вот вопрос. Живёшь ли ты в страхе остаться одной или выбираешь быть одной, чтобы наслаждаться каждой минутой, наполнять её тем, что тебе самой нравится.
     — И в кого ты такая умная? — пробурчала Лара.
     — Вот и мама всё время удивляется, — расхохоталась Соня.
     — И кому это не спится в такую рань? — раздался сонный голос Олеси.
     Лара рассмеялась.
     — Не ту девочку Соней назвали!
     Девчонки кинулись к подруге и начали её тормошить. Олеся вяло отбивалась.
     — Просыпайся, Олеська, сейчас позавтракаем и в парк пойдём. Лето наступило, а мы ещё нигде с вами не были.
     Они весело провели время: катались на качелях, гуляли, болтали. Вечером девчонки уехали и Лара вновь осталась одна. Но что-то изменилось у неё внутри. Слова Сони всё ещё звучали у неё в ушах. Впервые в своей жизни она подумала о маме без обиды и ревности: «Как было бы хорошо увидеться с семьёй!»

                * * *
     Лара работала в ночную смену, когда внезапно позвонила мама. Речь её была сумбурной, перемежающейся всхлипами. Сначала Лара испугалась. Потом, поняв, в чём дело, успокоилась и пообещала помочь. Как обычно мама звонила, только когда нужны были деньги. К родителям Лара собралась на следующий день, решив, что выспится в электричке. Благо ехать три часа.
     Но выспаться ей не удалось. Лето душило жарой. Электричка была битком. Народ потел и шумел. У Лары от всего этого безобразия разболелась голова. А ещё она нервничала перед встречей с мамой. Сколько они не виделись? Пару лет? Больше? Отец с братом то и дело выбирались к ней в гости, мама ссылалась на занятость на работе и часто игнорировала даже звонки дочери.
     Выйдя на своей станции, Лара никак не могла надышаться свежим загородным воздухом. От станции она дошла пешком, купив по дороге торт.
Дверь открыл отец. Похоже, не только у неё была бессонная ночь. Он выглядел встревоженным, с осунувшимся лицом сероватого цвета. Тёмные волосы всклокочены, борода торчит в разные стороны. И это муж парикмахера-универсала! Поцеловав отца в заросшую щёку, Лариса неловко пошутила:
     — Что-то мама совсем тебя запустила!
     — Только не говори это при ней, побреет налысо! — так же неловко отшутился папа, притворно схватившись за голову.
     Лара привезла подарки. Папе она вручила новую модель самолёта, он их собирал. Младшему брату Стёпе, который нехотя вылез из-за компьютера, она привезла крутую игровую клавиатуру. Он, брякнув «спасибо», тут же пошёл её подключать. Коробку с дорогими духами, о которых мечтала мама, но не могла себе позволить, Лара вертела в руках. Она никак не решалась войти на кухню. Из-за закрытой двери доносился резкий визгливый голос матери. Она ругалась с коллегой из-за какого-то клиента. Лара вздохнула и вошла.
     Крупная фигура матери возвышалась посреди кухни. Она нещадно курила. Лара поморщилась и закашлялась. Она ненавидела эту привычку матери курить как паровоз. Мать резко обернулась. Глаза прищурились, лицо насупилось. Лара решила не провоцировать конфликт, поэтому улыбнувшись как можно искреннее, протянула коробку.
     — Привет, мам. Это тебе, подарок! Я знаю, ты о них мечтала.
     Мать молча посмотрела на коробку, что-то в её внешности неуловимо изменилось: слегка сдвинулись куцые брови, верхняя губа приподнялась и скривилась. Всё вместе придало ей вид оскорблённой и обиженной.
     — Нам, нищете, такие духи ни к селу ни к городу! — она чеканила каждое слово, умудряясь при этом брезгливо морщиться.
     Лара растерялась, она не ожидала такой агрессии. Конечно, их отношения были непростыми. Но чтобы вот так реагировать на подарок дочери? Лара залепетала, почувствовав себя пятилетним нашкодившим ребёнком:
     — Но, мам, я целый год копила… А потом искала их, чтоб тебе… тебя порадовать…
     — О-оо, ты меня уже один раз порадовала! Спасибо! — мать с досадой швырнула телефон на стол.
     Лара закусила губу, машинально отметила треснутый экран, похоже, он уже не жилец. Лишь бы не разреветься.
     Мать тяжело присела на жалостливо скрипнувший табурет, вновь закурила.
     — Боже, как я устала! — трагическим тоном возвестила она, возведя глаза к грязному потолку. — Что стоишь столбом. Сядь. Деньги привезла?
     Лара стиснула зубы, кивнула. Лицо её окаменело. Она достала из сумочки пачку наличных и протянула их самому родному человеку на земле, который не желал её знать. Мать схватила деньги и спрятала в карман.
     — Отцу не говори! Незачем. Перекручусь, отдам. Клиент хороший пошёл. Вон, Стёпке за колледж заплатить надо, а ещё кредит… Эх…
     Через пятнадцать минут Лара уже бежала в сторону станции. Её душили слёзы. Ничего, приедет домой, поплачет вволю.
     По дороге домой Лара вновь не смогла уснуть, сказались застарелые обиды и страхи. Нахлынули воспоминания детства.
     Лара всегда чувствовала себя нежеланным ребёнком. Да и мать не уставала об этом напоминать.
     Вот Ларе шесть лет и мать привозит её в деревню к бабушке. Лара крепко держится за мамину руку, боится отлепиться от матери. Мама садится на лавку, закуривает и жалуется:
     — Мама, эта несносная девчонка губит мою карьеру. За ней глаз да глаз нужен! Дома одну не оставишь. Присмотри за ней, я через месяц заберу, — она жёсткими пальцами вцепляется в плечо Лары и подталкивает девочку к бабушке.
     Ларе больно, но она не плачет. Боится, вдруг ей опять достанется.
     Бабушка притягивает к себе Лару и ласково гладит её по напряжённым плечам. Девочка вздрагивает от каждого прикосновения. Бабушка отводит девочку во внутренний двор деревенского дома, показывает курочек, цыплят. Девочка встала посреди двора, насупилась, смотрит и молчит. Бабушка вздыхает и возвращается на крыльцо.
     — Представляю, как тебе тяжело за ребёнком смотреть. Ну надо же, какая несправедливость. А ещё детей нужно просто любить, — бабушка усмехается, а потом жёстко выговаривает дочери, — в кого ты такая жестокая, не пойму. Тебя любили, баловали.
     — Ах, мама, оставь свои нотации! Я взрослая женщина. Мужа люблю. А она только портит всё! Он её балует, играется все выходные, гуляет… А я? А мне внимание когда? Когда я стану старухой, как ты? Тогда мне уже не надо будет!
Бабушка вздыхает, появляются горькие складки у рта. Ничего не отвечая, она уходит в дом, задёргивает занавеску на двери. «Взрослая женщина» равнодушно пожимает плечами и уходит, даже не обернувшись.
     Вечером, напившись чаю с пирогами, бабушка пообещала рассказать сказку. Лара смотрела исподлобья, словно зверёныш дикий, и молчала, но в глазах промелькнул интерес.
     Что такое сказки, Лара не знала. Дома спать её укладывали в темноте, и только изредка папа, поздно приходя с работы, заглядывал в комнату и тихонечко целовал Лару в лоб. Бабушка посмотрела на девочку ясными голубыми, как небо, глазами, усадила рядом с собой и гладила короткие тёмные кудри, торчащие в разные стороны, неровно обрезанные тупыми ножницами:
     — Эх, одинёшенька ты моя, кровинушка ненаглядная, — сухая рука смахивала слезинки, закатывавшиеся в морщины у глаз, — а кудри-то зачем порезала?
     Лара, насупившись, глядя на бабушкины руки, ответила:
     — Это не я, это мама…
     Бабушка учила Лару всему: и читать, и писать, и за цыплятами ухаживать, и природу любить. Лара постепенно оттаяла, перестала вздрагивать от прикосновений, перестала плакать во сне. Ей всегда оставляли свет включённым, и понемногу страхи отступали, скрываясь в дальних углах комнаты. Прошёл месяц, два. Лето закончилось, а мама так ни разу и не приехала. Бабушка, сама учительница, записала Лару в школу. Потом поехала к дочери и забрала вещи внучки.
Когда Лара заканчивала девятый класс, бабушка посоветовала ей поступить в колледж, чтобы получить профессию. Лара бабушку обожала и последовала её совету. Девочка оттаяла от безмерной любви и ласки. Словно пустынный иссушенный цветок, внезапно оказавшийся в оазисе, ожил от обильного полива, Лара открылась навстречу любви и ласке.
     Лара наконец-то вернулась домой. Кошка ластилась, обнимая её ногу хвостом. Лара съехала спиной по стене и, обняв кошку, заплакала навзрыд. Бабушки нет уже два года. Не к кому ей идти, не с кем поделиться своим горем. Совсем она одна-одинёшенька.

                * * *
     Спустя месяц Лара поехала в часть навестить своего любимого солдата, прихватив с собой вкусняшки и букет невесты, который ей всё-таки удалось поймать вчера на свадьбе Олеси. Лара усмехнулась. Такой тонкий намёк на толстые обстоятельства. Ну теперь-то Серый не отвертится.
     Перед армией Сергей хотел расстаться. Лара отвергла эти инсинуации. Она уже распланировала их будущую семейную жизнь. Горячо пообещала ждать и скучать, Сергей пожал плечами и уехал, чмокнув Лару в лоб. А спустя год, то ли по счастливому случаю, то ли по папиной протекции, он оказался в воинской части рядом с домом. Лара стала навещать его чаще. Он сначала противился, но потом смирился. Её переубеждать — себе дороже. Хочет, пусть ездит. Только одевается пусть приличнее. Не ко всем пацанам девушки в армию приезжают. Лара никогда не прислушивалась к его советам одеваться скромнее. Это его изрядно бесило. Ведь если ты с парнем уже живёшь, зачем эти вызывающие наряды?
Лара гордо вплыла на КПП. На ней было облегающее платье камуфляжной расцветки и «военные» ботинки на высоченных каблуках. Она ехидно улыбнулась, увидев, какими взглядами её провожали солдатики на посту.
     Сергей, войдя в комнатку для свиданий, как раз застал Лару в воодушевлении от молчаливого обожания юных вояк. Среди казарменного антуража она в своём наряде выглядела как женщина с низкой социальной ответственностью. Он с недоумением оглядел девушку с ног до головы. Волна гнева внезапно окатила его жаром, аж уши запылали.
     — Привет, любимый! — Лара обвила руками его шею и нежно поцеловала в губы. — Я соскучилась!
     — Ларис, ты совсем? — рявкнул он и оттолкнул её.
     Лара от неожиданности остолбенела, но тут же надула губки, изобразив обиду.
     — В чём дело? По телефону ты говорил нормально…
     — Сколько раз тебе объяснять: когда едешь ко мне в часть, не одевайся так вульгарно! Здесь пацаны целый год без секса! Не ко всем невесты приезжают.
     — О-о-о, так я всё-таки невеста? — Лара уселась на деревянный стол и вызывающе закинула ногу на ногу, поигрывая букетом невесты.
     Сергей прикрыл ладонью глаза. Он только что отдежурил сутки в стойке смирно и жутко устал. Он надеялся, они просто поболтают, попьют чай и он рухнет отсыпаться. А Лара опять его бесит, будто специально. Вот как она так умеет: слышит только то, что ей интересно, а всё остальное пропускает мимо ушей? Но он решил сегодня не давать слабину и на провокации не поддаваться.
     — Судя по твоему виду, ты эскорт! А я-то иду и думаю, чего парни опять ржут надо мной! Ты мне, что ли, цветы привезла? Я их не возьму.
     — Олеся вышла замуж вчера. А это букет невесты, если понимаешь, о чём я, —  Лара многозначительно посмотрела на любимого.
     До Сергея доходило медленно. Он повернулся к Ларе спиной и мучительно размышлял. Чего она добивается? Предложения руки и сердца? Он об этом даже не задумывался. Ему было просто удобно жить с ней. Несмотря на эмоциональные качели, которые она ему устраивала, она всё-таки хорошая хозяйка. Деньги умеет зарабатывать. Секс классный. Да и просто с ней не соскучишься. А если что, всегда можно и к запасной Алёне свалить. По сути, Сергей ничего не теряет, если они поженятся. Но внутренний мужик робко выглядывал и умолял не делать резких движений, может само рассосётся. Сергей повернулся к Ларе, и тут здравый смысл ему отказал.
     Букет торчал в урне. Лара, глядя Сергею в глаза и ухмыляясь, медленно расстёгивала молнию на платье.

                * * *
     Лара ехала в метро, листая сайты ювелирных магазинов. С лица у неё не сходила победная улыбка. Уж она-то знала, как добиться от мужчины того, чего она хочет. Конечно, Сергей предложил обсудить всё ещё раз, когда он вернётся из армии. Но Лара знала, что он — хозяин своего слова, даже если оно было вырвано под пытками страсти. Ведь она достойна быть с тем, кого выбрала она. По крайней мере, теперь её планы претворятся в жизнь, и она забудет это ненавистное слово — «одинёшенька»!