Города Израиля. Вифсаида

Города Израиля. Вифсаида

Александр Аит

Я проезжал рядом с Вифсаидой. В этот раз знакомство с ней ограничилось дорогой, и рассказ о ней приходится начинать с вопроса: что скрывается за именем, которое столько раз встречалось в Евангелии?
У Вифсаиды особенная судьба. Её помнят по именам людей, вышедших отсюда, по словам Христа, по чудесам, о которых рассказывают евангелисты. При этом точное положение древнего города продолжает вызывать споры. Название известно миллионам, а археологи всё ещё сопоставляют стены, монеты, древние свидетельства и береговую линию, пытаясь определить, где проходили его улицы.
Так возникает необычное путешествие: сначала проезжаешь рядом, потом возвращаешься к месту через чтение. И обнаруживаешь, что за коротким названием помещаются рыбацкое селение, царские замыслы, византийская церковь и почти детективная история поисков.
Дом рыбаков
Вифсаиду ищут у северо-восточной части озера Кинерет, близ впадения Иордана. В евангельском мире это Галилейское море, хотя перед нами пресноводное озеро. Вокруг него складывалась жизнь поселений, связанных водными путями, торговлей и рыболовством.
Название Вифсаиды обычно передают как «дом рыбаков» или «дом рыбной ловли». Слово «дом» здесь позволяет почувствовать целое сообщество: место, где работа у воды переходила от одного поколения к другому. Такое толкование имени приводит и экспедиция, исследующая эт-Телль.
Рыбацкое поселение легко представить слишком простым. Лодка, сеть, несколько хижин. Но промысел требует целого хозяйства. Сети надо изготовлять и чинить, лодки поддерживать на плаву, улов доставлять покупателям. За коротким словом «рыбак» стоят умение, расходы, риск и сотрудничество. Это общая сторона ремесла, которую полезно помнить, читая о людях евангельской Галилеи.
Археологические находки возвращают этому миру вес и форму. На эт-Телле обнаружены крючки, якоря, грузила для сетей; материалы из жилых построек включают также винные сосуды и инструменты для ухода за лозой. Местное хозяйство не сводилось к одному занятию. Эти материалы, как и древние укрепления, описаны Школой библейской археологии имени Нельсона Глюка.
Три имени
Евангелие от Иоанна сообщает о Филиппе: «Филипп же был из Вифсаиды, из одного города с Андреем и Петром» (Ин. 1:44). Для маленького места это удивительное соседство имён. Трое апостолов, чья проповедь вошла в историю христианства, связаны с одним городом у озера.
При этом евангельская фраза не представляет собой запись о рождении и не указывает адресов. Она говорит о происхождении и принадлежности к месту. Популярное выражение «родина трёх апостолов» передаёт эту связь, но не даёт оснований объявлять любой найденный дом жилищем кого-то из них.
С Петром и Андреем связан также Капернаум. Противоречия здесь не требуется: человек может происходить из одного поселения, а жить и работать в другом. География человеческой жизни редко укладывается в единственную точку на карте.
В Вифсаиде прежде всего интересно это начало пути. В евангельском рассказе будущие апостолы принадлежат вполне земному миру. У них есть родные места, занятия, знакомые люди. Позднейшее величие их служения не отменяет обыкновенной человеческой биографии.
Когда селение стало Юлиадой
У Вифсаиды было и другое имя: Юлиада, или Julias в латинской передаче. Иосиф Флавий в «Иудейских древностях» сообщает, что тетрарх Филипп возвысил поселение у Геннисаретского озера до положения города и дал ему имя, связанное с императорским домом.
Этот Филипп, сын Ирода Великого, был правителем области. Его важно не путать с апостолом Филиппом. Один распоряжался городским статусом и названиями; другой вошёл в евангельскую историю как ученик Христа.
За переименованием угадывается знакомая политическая логика: показать связь с Римом, придать поселению вес, вписать его в систему власти. Однако точная дата преобразования и вопрос, какую именно Юлию чествовало новое имя, обсуждаются исследователями. В тексте Иосифа сказано о дочери кесаря; распространено и толкование в пользу Ливии, носившей после смерти Августа имя Юлия Августа. Поэтому часто встречающуюся дату около 30 года нашей эры разумно воспринимать как принятую в части литературы реконструкцию.
Старое название пережило торжественное переименование. В христианской памяти город остался Вифсаидой. История сохранила обе стороны его жизни: отношения с империей и связь с людьми, ставшими апостолами.
Два места на одной карте
Главные участники современного спора о местоположении Вифсаиды — эт-Телль и эль-Арадж. Это разные археологические площадки. Их находки нельзя соединять в один воображаемый раскоп.
Эт-Телль расположен на возвышенности, примерно в полутора-двух километрах от нынешнего берега. Раскопки под руководством Рами Арава начались здесь в 1987 году. Найдены остатки поселения эллинистического и римского времени, а под ними открылась гораздо более древняя история.
Мощные укрепления железного века, монументальные ворота и большое здание, интерпретируемое как дворец, позволили исследователям предположить, что здесь находился важнейший центр, возможно столица, арамейского царства Гешур. Это самостоятельная и значительная гипотеза. Даже убедительная связь с Гешуром ещё не решает вопрос о Вифсаиде евангельской эпохи: между рассматриваемыми слоями лежат многие столетия.
Среди находок эт-Телля особенно необычна базальтовая стела с рогатой фигурой, связанная с культовыми сооружениями у ворот. Интерпретации божества различаются, но сам памятник открывает мир древних местных верований. Под позднейшими поселениями здесь лежит история, начавшаяся задолго до христианства.
Эль-Арадж находится ближе к современному озеру. Его исследует экспедиция Мордехая Авиама и Стивена Нотли. Здесь открыты римские жилые остатки и сооружение, интерпретируемое как баня: с мозаикой, кирпичами и керамическими деталями отопления. Находки укрепили позицию сторонников этой площадки, поскольку показали существование поселения в нужную эпоху. Их значение и вопрос древнего уровня воды разобраны в отчёте экспедиции за 2017 год.
Берег, который нельзя считать неподвижным
Расстояние до воды стало одним из ключей к спору. Как мог рыбацкий город находиться далеко от озера? Ответ зависит от того, где именно проходил берег две тысячи лет назад.
Устье реки постепенно меняется. Иордан приносит наносы, вода прокладывает новые пути, образуются и исчезают заболоченные участки. В реконструкции исследователей эт-Телля существенную роль играют древние заливы или лагуны и последующее накопление осадков. Такая модель объясняла бы связь возвышенности с рыбным промыслом.
Исследователи эль-Араджа обращают внимание на римские постройки, обнаруженные на отметках, которые при некоторых прежних оценках уровня озера должны были находиться под водой. Эти находки требуют пересмотра слишком простых схем древнего берега.
Можно уверенно сказать, что современную карту нельзя механически переносить в I век. Гораздо осторожнее следует говорить о точной последовательности изменений и их датировке. Археологический спор здесь касается одновременно человеческой истории и истории ландшафта. Даже река оказывается участником расследования.
Надпись о Петре
Особое внимание к эль-Араджу привлекла византийская базилика, которую её исследователи называют церковью Апостолов. В сообщении от 10 августа 2022 года экспедиция рассказала о греческой мозаичной надписи с именем жертвователя Константина и обращением за заступничеством к «главе и предводителю небесных апостолов». Исследователи связывают этот титул с апостолом Петром.
Здесь возникает перекличка с рассказом паломника Виллибальда VIII века. Он упоминал церковь в Вифсаиде на месте, которое почитали как дом Петра и Андрея. Обнаруженная базилика и надпись делают такое сопоставление серьёзным направлением исследования.
Но предел вывода тоже важен. Мозаика свидетельствует о почитании апостола в византийское время. Она не служит документом о владельце дома I века. Между жизнью Петра и созданием церковного пола прошло несколько столетий.
Для истории христианства сама память общины уже имеет большое значение. Люди строили храм, украшали его, жертвовали средства, обращались к святому с молитвой. Перед нами свидетельство живой церковной жизни, даже пока отдельные вопросы о самом раннем слое остаются открытыми.
Под позднейшими стенами
Исследование продолжается в буквальном смысле: археологи идут глубже. В отчёте за 2024 год команда эль-Араджа описала стены комплекса, предшествовавшего базилике. По керамике их предварительно связывают с концом IV — началом V века. Авторы допускают, что здесь существовало более раннее христианское священное место, и прямо называют это гипотезой.
Летний отчёт 2026 года добавил подробности повседневной жизни римского поселения. Экспедиция сообщила о хорошо сохранившейся печи, светильниках, монетах, фрагментах каменной посуды и многочисленных рыболовных грузилах. В одном из участков найдена половина дорической капители, возможно украшавшей общественное здание.
Такие предметы особенно полезны для понимания масштаба поселения. Рыболовство могло соседствовать с благоустроенными постройками и красивой домашней утварью. В то же время находки отдельных обеспеченных домов не позволяют представить одинаково благополучными всех жителей.
Пока это сообщения экспедиции, важные для дальнейшего обсуждения. Их значение будет уточняться при обработке материалов и научной публикации. Сохранение мозаик, кладок и связи каждой вещи с её слоем составляет такую же необходимую работу, как новые открытия. Возможность посещения действующих раскопок следует проверять отдельно.
Человек, который начал видеть
В Евангелии от Марка с Вифсаидой связан необычный рассказ об исцелении слепого (Мк. 8:22–26). Христос берёт его за руку и выводит за селение. После первого прикосновения человек различает людей ещё смутно, затем начинает видеть ясно.
Этот эпизод рассказан удивительно внимательно к самому человеку: его ведут за руку, спрашивают, что он видит, возвращают ему ясность зрения. В нескольких строках есть движение от беспомощности к возможности узнавать окружающий мир.
Лука связывает окрестности Вифсаиды с насыщением множества людей пятью хлебами и двумя рыбами (Лк. 9:10–17). Матфей сохраняет обращённый к ней укор за отсутствие покаяния (Мф. 11:20–24). Так один город оказывается связан с милостью, заботой и ответственностью за полученное.
Археология помогает понять материальную среду этих рассказов. Духовный смысл раскрывается при чтении самого Евангелия. Приведённые евангельские эпизоды можно перечитать в Синодальном переводе Евангелия. Вопросы о стенах и берегах остаются важными, но рядом с ними возникает другой: что человек делает с тем, что ему открылось?
Я проезжал рядом с Вифсаидой. Теперь это короткое признание вмещает больше содержания. За названием проступают люди за повседневной работой, город с двумя именами, молитва, сложенная из маленьких камней мозаики, и труд исследователей, продолжающих искать.
Пока я могу рассказать об этом месте именно так: через сохранившиеся свидетельства, не приписывая себе прогулок по его древним улицам. Для начала знакомства этого достаточно. Вифсаида оставляет вопрос, к которому хочется возвращаться: как много истории может быть рядом с нами, пока мы просто проезжаем мимо.