Казик

Евгений Константинович Бобрович по кличке «Геша», прозванный в народе психанутым и помешанным, проходил по улицам родного города, наблюдая за каждым встречным и записывая в блокнот их внешность.

Вокруг цвели вишни, витали приятные ароматы и искрила жизнь, проливаясь всеми цветами радуги и всеми тембрами аудиоспектра. Но Геша был занят совершенно другим — он записывал информацию о каждом встречном в блокнот, как не то шпион, не то госслужащий, но он не был ни тем, ни другим.

Пройдя уже несколько кварталов, Евгений заметил интересную ситуацию — у него исписалась ручка. Решение казалось простым — купить в магазине новую, но у него не осталось денег.

Вариантов получения кровных есть множество, но для Геши важнее всего было получить их быстро. Поэтому он поставил на Сборную Крыжополя против Реал-Мадрида… за Сборную Крыжополя. И победил.

В казике все смотрели на него, как на жулика и шулера, так как это первый случай такого расклада за последние сто пятнадцать лет, а то и больше.

Крупье предложил ему сделку: Бобрович ставит все свои деньги на Сборную Крыжополя против Сборной Шотландии, и если он выиграет, то получит вдвое больше.

— Позвольте-позвольте, — сказал Евгений, — а не опасна ли такая сделка?
— О, братец, нет! — Отвечал крупье. — Если тебе удалось так удачно поставить на крыжопольцев, — крупье сделал акцент на этом смешноватом слове — все боги уже на твой стороне и выиграть тебе удастся на любой сделке.
— Что ж, правду молвишь, — подумал Евгений, — я сделку подпишу.

Зная, как Гешу легко уговорить, крупье не стал даже удивляться и сразу заключил контракт.
— Вот здесь распишись и поставь свой отпечаток пальца. — Сказал крупье.

Подписав все документы, Евгений Константинович стал ждать долгожданного выигрыша Сборной Крыжополя против Сборной Шотландии на кресле в казике.

Подождав продолжительное время, Евгений подошёл к монитору в казике, где представлялись всеобщему обозрению исходы пари. Геша протёр очки, поморгал глазами, но понял, что ему не мерещится.

Евгений Константинович посмотрел на табло ещё раз. Всё сходилось, всё было правильно и ему ничего не мерещилось: он выиграл ещё раз. Это даже для него самого было удивительно. Не зря же говорят, что шанс так выиграть, как выиграть в лотерее.

Геша подошёл ко крупье. Он осторожно поправил шляпу, ухмыльнулся и показал указательным пальцем вытянутой руки на табло.

Крупье был в ужасе. Он, прямо как Бобрович, протёр очки, поморгал глазами, но понял, что ему также не мерещится. Для него такой исход пари был ещё неизведанно страшнее и, — уж, стоит ли говорить, насколько страннее? — он, осмотревшись, пояснил Евгению за ситуацию:

— Слушай, Геш. У нас тут серьёзная, очень серьёзная ситуация.
— Насколько серьёзная?
— Очень-преочень. Вот смотри: тебя обвинят в шулерстве, теперь уже не понарошку, мол, с тобой Шотландская сборная и Реал-Мадрид сговорились. Оно тебе надо?
— Ты намекаешь, что мне денег не выплатишь?
— Нет-нет, я могу, конечно, их начислить…
— И что, в таком случае, мешает?
— Ну, знаешь ли, администрация казика…

Тут Евгений понял, что сумма, которую он получит просто неподъёмна для этого мелкого питерского казика.

— И как же мне получить свои «честно заработанные» деньги? — сказал Евгений.
— Шанс есть. Довольно небольшой, но есть.
— И что мне стоит сделать?
— Пойдём-ка…

Тут крупье повёл Гешу в какую-то подсобку под казиком, который итак находится в полуподвальном помещении. Кругом валялись отходы и бегали тараканы, мыши и крысы.

— Здесь нас никто не заметит и не услышит. — Сказал крупье — Я кратко и ясно объясню список действий, и следуя им ты сможешь получить свой выигрыш.

Евгений, нехотя, согласился.

— Тебе нужно будет позвонить по номеру, который я тебе отдам на бумажке. Как туда позвонишь, сразу представься полным ФИО. Затем, скажи, что тебе нужна помощь Федотыча. Этого хватит. Нужные тебе люди всё поймут. Всё, бывай.

Крупье протянул Евгению листочек с номером, помахал на прощание со слезами на глазах и смылся, пока Геша понятия не имел, что произошло.

Евгений огляделся, нашёл выход из подвала, и хотел было уже уйти. Тут он понял, что крупье запер вход в казино и оставил только путь на выход. Это был явный знак того, что Евгению ничего не остаётся, кроме как следовать инструкциям, пока он не получит выигрыш. Он был заинтригован.

Выйдя из вонючего подвала через другой вход, Евгений осторожно прошёл по улицам и подворотням, пока не пришёл домой.

Зайдя внутрь, снявши верхнюю одежду и помыв руки, он набрал на диске телефона номер с бумажки. Эмоции переполняли его и чуть было не сбивали с мысли, как вдруг гудки закончились.

— Евгений Константинович Бобрович.
— По какому поводу?
— Зовите Федотыча.

В этот момент трубка на том конце резко была сброшена. Евгений не понимал, что он сотворил, но было уже поздно.

На следующий день из телеги вышел смугловатый крепко сбитый, но по виду мускулистый молодой человек:

— Кто тут Федотыча звал?
— Я… Евгений Константинович Бобрович.
— Ну, давай, валяй. Какую проблемку надо зарешать? Кто на тебя наехал?
— Казик не хочет выплачивать честно выигранную ставку, так как денег у них на неё нет.
— Ясно… Жди.

Федотыч повернулся и ушёл. Евгений не понял, что произошло. Цепочка событий привела его в ещё большее недоумение. Он оглядывался по сторонам ещё долгое время, думая, что Федотыч скоро вернётся, но этого так и не происходило.

Спустя час, Федотыч всё же вернулся:

— Только не говори, что тебя дилер на меня вывел.
— П-п-почему?…
— Да потому, что его уже другие зарешают тогда. Держи свои ставки и проваливай, я уже в международном розыске за кражу и продажу Янтарной комнаты.

Евгений даже не знал, как реагировать, ведь он не знал, что такое «Янтарная комната». Но, не желая разозлить столь мощного спортика, Геша пожал ему руку и вернулся домой.

Открыв тяжеленнейший сундук, переданный Федотычем, у Евгения отвисла челюсть от изумления и ужаса.

В золотом сундуке, обитом бархатом в нежной аолото-жёлтой палитре находились килограммы слитков золота, платины и ценнейших алмазов, а также набитые рейхсмарками мешки из шёлка с изящными орнаментами.

Евгений взял из одного из мешков один пятак, пошёл в магазин и купил себе ручку. Спрятав сундук с огромным количеством ценностей в диван, он ушёл на улицу и стал снова описывать внешность каждого прохожего мимо него.

— А мне многого-то было особо и не надо. — Сказал Евгений на допросе у Иосифа Виссарионовича Сталина.

Конец.