Скорпоидолы. Безумный день или Валеркина женитьба

Валера вырос красивым юношей. В опочивальне Урсулы Ермолаевны висели три портретных фотографии: отца и сыновей. Каждый из них был одет в специальную форму той силовой структуры, каким они на тот момент принадлежали. Дядя Каша (как я его называл) в милицейском обмундировании. Валерий и Александр в форме лейтенанта после окончания высшей школы милиции. Особенно поражало сходство младшего сына и отца. Гордый вид, лица с высокими скулами, стройность и строгая форма, которая, как известно, украшает мужчин - женщинам такой типаж очень нравился.
В детстве Валерий испытавал комплекс по поводу своих глаз.
 - Мама, они у меня, как у жабы, - с досадой жаловался мальчик, смотрясь в зеркало.
Действительно, глаза к него были большими, немного выпуклыми, что не портило внешности, однако, мальчишке казалось, что такие глаза обезображивают его миловидное лицо.
Тогда Урсула Ермолаевна задумала сотворить аферу. Она позвала к себе в гости сотрудницу прокуратуры Валентину, красотку с фигурой, словно вырезанной из благородного мрамора, с пышными каштановыми волосами и длинными ресницами как у Джины Лоллобриджиды, из под сумрака которых проглядывала зелень глаз.
Валя как бы невзначай пришла к коллеге и в ходе беседы неожиданно обратила внимание на поглядывающего на неё с интересом скромного мальчика. Она тряхнула каштановой копной волос, отчего по комнате разошлась тонкая волна её духов, глянула омутом глаз и сказала:
 - Валерик, какой же ты красивый мальчик, но особенно мне нравятся твои большие глаза!
Розовый румянец залил лицо Валеры. Конечно, он прислушался к словам потрясающей женщины, знавшей толк в мужской красоте.
И она оказалась права. Юноша, взрослея, наливался силой и красотой, и начал бередить не только сердца девочек, но и дам бальзаковского возраста. Они всегда приглашали его на белый танец и ощупывали стройную фигуру своего визави.
Однажды он встретил девушку по имени Ирэна, показал её родителям, и они благословили детей. Вскоре состоялась пышная свадьба, которую долго вспоминало всё село.
В это время чета Соколовых проживала в большом доме на улице, упирающейся краем в светлую берёзовую рощу. Просторная территория позволила развести сад и цветник. Прямо во дворе и за околицей, а также со стороны огорода росли берёзы. Под ними прятались грибы. Иногда тётушка выходила за ворота и набирала целую корзину подберёзовиков.
На свадьбу пригласили множество гостей, и продолжалась она два дня.
От этих дней у меня почти не осталось воспоминаний, но почему-то хорошо запомнился берёзовый чурбан, нашпигованный медными монетками. Жених их должен был добыть для невесты с помощью топора, показав силу, хозяйственность и молодецкую удаль. Впрочем, их родители в своё время развлекались так же. На следующий день я перебирал и разглядывал эту мелочь - одни монеты были разрублены, а другие просто погнуты.
Через некоторое время Соколовы, поддавшись на уговоры старшего сына, подарили ему дом у берёзовой рощи, а сами переехали в крохотную избушку, где воспитывался когда-то Аркадий Николаевич, и где семейная пара провела первые годы совместной жизни.