Скорпоидолы. Как Урся чужой дом заняла

 Связавшись с мужем через прокуратуру, Урсула Соколова оповестила, что возвращается домой. Аркадий пообещал, что её ждёт серьёзный разговор. Когда она отворила дверь избушки, то услышала резкий крик.
– Стоять на пороге! – гаркнул муж. – Войдёшь, когда разрешу.
– Аркаша, я устала с дороги,– начала было Урсула, но тут же замолчала под испепеляющим взглядом супруга. В это время Валерка протягивал ручки к отцу.
– Ты создала для меня неудобства, – объяснил Аркадий. – Порядочная жена должна готовить, стирать, содержать порядок, чтобы муж возвращался в натопленный дом и мог отдохнуть. Хорошая же ты жена!
Тут он внезапно переключился на насупившегося сына, который подавал голос и уже собирался плакать, недовольный, что ему не дают раздеться.
– Иди ка сюда, мой сыночек.
Он осторожно взял ребёнка из рук жены и отнёс в комнату.
– Ведь может так случиться, что ты останешься и без мужа, и без детей. Мать заберёт их у тебя, никчёмная женщина, а ты пойдёшь своей дорогой. Ты уехала с маленьким ребёнком на длительное время. Меня это не устраивает.
– А я не могла с тобой его оставить, – потому что ты пьёшь, спишь у других женщин, а Агриппина Сысоевна уже пожилая. Ей Саши хватило.
На секунду свет потемнел в её глазах от удара по голове. Она опёрлась о дверной косяк. В этот момент муж схватил женщину за шиворот и посадил на лавку.
– У меня есть условие. Выполнишь его – будешь дальше жить в этом доме! – угрожающе сказал Аркадий.
– Какое условие? – онемевшими губами прошептала Урся. В её голове всплывали неясные ужасы.
– Ты будешь отдавать мне всю свою зарплату!
– Зарплату? – переспросила супруга.
Это требование показалось ей странным и смешным, лишь через некоторое время она поняла, что тот, кто владеет средствами семьи, имеет больше свободы и возможностей и вместе с тем контролирует вторую половину. Но тогда  ультиматум Соколова ей показался несущественным условием, и она согласилась. Безусловно, движущей силой её терпения была любовь. Физическая страсть и восхищение сильным человеком. Так начал складываться культ личности Аркадия Соколова.
Настроившись на дальнейшую семейную жизнь, Урсулья начала задумываться об улучшении жилищных условий. Домик, в котором, обитала семья, очень уж был холодным. Вода во фляге застывала ледяным полумесяцем, а иней поблёскивал искорками на стенах в полумраке неяркого освещения. Однажды возвращаясь с работы, она приметила дом на две квартиры, который ей показался лучше их белой мазанки. Там никто не жил, что легко угадывалось по безучастным чёрным окнам. Урсула насмелилась, сбила замок, вошла в дом, истопила печь и повесила на окна старые тюлевые занавески, в результате чего люди увидели, что жильё заняли. Позднее выяснилось, что эту квартиру отдали одной бабёнке, проживающей с родителями и братом. Поскольку она начала работать в комхозе и стала девочкой ходовой, то есть общественно значимой, руководство позаботилось и предложило ей как молодому специалисту эту квартиру. Но она почему-то медлила с переселением, и целый месяц жильё пустовало. Этим обстоятельством и воспользовалась моя добрая тётушка. Быстро собрала пожитки и перебралась на другую сторону улицы. А работница спохватилась, увидев розовые занавески и дымок из трубы в наречённом ей доме. Она побежала в комхоз с криками:
– Кто-то занял моё гнёздышко!
Начальник комхоза позвонил прокурору, где работала Урся, и попросил, чтобы сотрудница освободила незаконно захваченное помещение, но прокурор строго ответил:
– Я её выселять не буду. Ваша работница месяц не заезжала в дом, значит, не так уж она нуждается в жилье, а наша замерзала в своей землянке. Квартира государственная, поэтому я настаиваю, чтобы она осталась за нашей честной труженицей.
Однако на поверку новое прибежище оказалось не лучше прежнего. Ночами, лёжа в постели, Урсула слышала, как трещит маточная балка на крыше. Об этом она сообщила мужу.
– Знаешь что, дорогой? Вот ты ходишь ночевать к своей любовнице, удовольствие с ней справляешь. Однажды придёшь утром, а твои жена и дети будут мёртвыми, потому что балка обрушится и их раздавит.
Аркадий призадумался, нашёл во дворе крепкое полено, подложил его под балку и зафиксировал огромными гвоздями. В эту же ночь матка осела. Если бы не полено, которое её поддерживало, она бы упала на жильцов. Тогда хлопотливая хозяйка пригласила жилищную комиссию, которая осмотрела домишко и приняла решение, что людей надо переселять. В это же время в Вознесенком начали строить двухэтажный дом, в одну из квартир которого мечтала заселиться до умственного помрачения Урсулина Соколова.