Том 5. Глава 17. Место, где никто не просил связи

Они сидели на берегу долго.

Настолько долго, что Сергей несколько раз успел подумать, что, возможно, никакой главы не будет.

Перед ними была река.

На одном берегу — несколько человек.

На другом — тоже несколько.

Они видели друг друга.

Иногда кто-то поднимал голову.

Иногда кто-то отворачивался.

Но никто не махал рукой.

Никто не звал.

Никто не просил построить мост.

Робот Которому Грустно нарушил тишину первым.

— Неудобно.

— Что именно?

— Ничего не делать.

Сергей улыбнулся.

— Очень.

Достоевский лежал на траве, закинув руки за голову.

— А Вы думали, свобода другого человека всегда выглядит красиво?

Сергей посмотрел на него.

— Нет.

— Иногда она выглядит как человек, который не хочет Вашей помощи.

— Уже проходили.

— Тогда почему снова нервничаете?

Сергей не ответил.

На другом берегу стояла женщина.

Одна.

Потом к ней подошёл мужчина.

Они поговорили несколько минут.

Мужчина ушёл.

Женщина осталась.

Сергей сразу почувствовал желание спросить:

«Что случилось?»

Не спросил.

Робот посмотрел на него.

— Хотите узнать?

— Да.

— Почему не спрашиваете?

— Потому что она не обращалась.

— Но, возможно, ей тяжело.

— Возможно.

— Тогда?

— Тогда это пока её «возможно», а не моё разрешение вмешаться.

Достоевский приподнялся.

— Уже лучше.

Сергей посмотрел через реку.

Там появился ещё один человек.

Он сел недалеко от женщины.

Не рядом.

Просто недалеко.

Они не разговаривали.

Прошло минут десять.

Потом женщина сама пересела ближе.

Сергей улыбнулся.

— Вот.

Робот:

— Что?

— Она сама выбрала расстояние.

На земле рядом появилась фраза:

**«РАССТОЯНИЕ МОЖЕТ БЫТЬ НЕ РАЗРЫВОМ, А ФОРМОЙ СВЯЗИ».**

Робот записал.

— Это хорошо.

— Оставляем.

Через некоторое время к Сергею подошёл молодой человек.

— Вы мосты строите?

Сергей насторожился.

— Иногда.

— Мне сказали, Вы людей знакомите.

— Иногда.

— Тогда мне надо.

Сергей почти обрадовался.

Наконец-то.

— С кем?

Молодой человек указал на противоположный берег.

— Вон с тем автором.

— Почему?

— Он пишет о том же, что и я.

— Вы его читали?

— Немного.

— Он Вас?

— Не знаю.

— Вы ему писали?

— Нет.

— А почему не напишете сами?

Молодой человек удивился.

— А Вы тогда зачем?

Сергей замолчал.

Робот повернулся, но ничего не сказал.

Достоевский закрыл лицо ладонью.

Сергей спросил:

— Что Вы хотите от знакомства?

— Чтобы он меня прочитал.

— А если не захочет?

— Ну Вы же можете попросить.

— Могу.

— Тогда попросите.

— А сами?

— Мне неудобно.

Сергей понял.

Вот ещё одна ловушка.

Иногда посредник нужен.

А иногда его используют, чтобы не переживать риск прямого обращения.

— Давайте так, — сказал Сергей. — Я могу помочь сформулировать первое письмо.

Молодой человек нахмурился.

— А отправить?

— Вы сами.

— Почему?

— Потому что это Ваша связь.

— Но Вам проще.

— Именно поэтому лучше, если начнёте Вы.

— А если он не ответит?

— Тогда это тоже будет ответ.

Молодой человек помолчал.

— Неприятный.

— Возможно.

— А если Вы напишете, шанс выше.

— Возможно.

— Тогда почему не помочь?

Сергей задумался.

И действительно.

Где проходит граница между помощью и подменой?

Он спросил:

— Если я напишу за Вас, что Вы получите?

— Знакомство.

— А чему научитесь?

Молодой человек молчал.

Робот тихо сказал:

— Возможно, ничему.

Достоевский:

— Или научится искать следующего посредника.

Сергей кивнул.

— Вот.

Молодой человек посмотрел на противоположный берег.

— Хорошо. Помогите написать.

Они сели.

Сергей сказал:

— Начните просто.

— Как?

— Почему Вы хотите ему написать.

Молодой человек подумал.

— «Я прочитал Ваш рассказ…»

— Хорошо.

— «У меня есть текст на похожую тему…»

— Хорошо.

— «Если Вам будет интересно, буду рад, если посмотрите».

— Уже достаточно.

— И всё?

— Почти.

— А надо сказать, что Вы меня рекомендовали?

Сергей улыбнулся.

— Не надо.

— Почему?

— Потому что сегодня мост должны построить Вы.

Молодой человек кивнул.

Через несколько минут ушёл.

Робот спросил:

— Вы всё-таки помогли.

— Да.

— Но не сделали за него.

— Да.

На земле появилась ещё одна надпись:

**«ПОМОЩЬ МОЖЕТ УМЕНЬШАТЬ ТРУДНОСТЬ ПЕРВОГО ШАГА, НЕ ОТНИМАЯ У ЧЕЛОВЕКА САМ ШАГ».**

Сергей прочитал.

— Хорошо.

Достоевский:

— Сегодня вы удивительно воспитаны.

— Спасибо.

— Не расслабляйтесь.

Через реку вдруг донёсся крик.

— Эй!

Все подняли головы.

Молодой человек махал рукой.

Автор на другом берегу тоже поднял руку.

Потом оба пошли вдоль берега навстречу к старой лодочной переправе, которая стояла чуть ниже по течению.

Сергей удивился.

— Там уже была переправа?

Робот:

— Похоже.

Достоевский:

— Конечно.

— Тогда зачем мы здесь обсуждали мост?

— Потому что Вы увидели реку и сразу решили, что перехода нет.

Сергей замер.

Очень неприятно.

И очень точно.

Они спустились ниже.

Между берегами действительно ходила маленькая лодка.

Старенькая.

Медленная.

Но ходила.

На ней стоял лодочник.

Он перевозил по два-три человека.

Без вывески.

Без рекламы.

Без торжественного открытия.

Сергей подошёл.

— Давно работаете?

— Лет двадцать.

— И всех перевозите?

— Тех, кто хочет.

— А почему мост не построили?

Лодочник пожал плечами.

— А зачем?

— Удобнее.

— Кому?

Сергей замолчал.

Лодочник продолжил:

— Здесь поток маленький.

Люди редко ходят.

Лодки хватает.

— А если будет больше?

— Тогда посмотрим.

— Мост долговечнее.

— И дороже.

— Надёжнее.

— Не всегда.

— Быстрее.

— Не всем надо быстро.

Сергей посмотрел на воду.

— То есть проблема была не в отсутствии связи.

— А в том, что Вы её не заметили.

Робот записал:

**«НЕВИДИМОСТЬ СВЯЗИ НЕ ОЗНАЧАЕТ ЕЁ ОТСУТСТВИЕ».**

Достоевский:

— Вот это оставьте обязательно.

Сергей усмехнулся.

— Сегодня меня особенно хорошо учат.

Лодочник посмотрел на него.

— А Вы кто?

— Иногда посредник.

— Тяжёлая работа.

— Почему?

— Потому что посредник легко начинает думать, что без него ничего не происходит.

Сергей рассмеялся.

— Вы тоже?

— Что?

— Попали в тему.

Лодочник пожал плечами.

— Я просто лодку вожу.

На противоположном берегу снова появилось движение.

Двое людей стояли друг напротив друга.

Не ругались.

Но явно были напряжены.

Сергей посмотрел.

— Там, кажется, нужна помощь.

Робот:

— Вы уверены?

— Нет.

— Тогда?

— Смотрим.

Они смотрели.

Один человек что-то сказал.

Второй отвернулся.

Первый сделал шаг.

Второй поднял руку.

Первый остановился.

Через несколько секунд оба разошлись в разные стороны.

Сергей выдохнул.

— Я уже хотел вмешаться.

Достоевский:

— И что бы сделали?

— Не знаю.

— Отлично.

Робот:

— Почему отлично?

— Потому что человек впервые признал незнание раньше действия.

На земле появилось:

**«НЕ ВСЯКОЕ НАПРЯЖЕНИЕ ТРЕБУЕТ ПОСРЕДНИКА».**

Сергей кивнул.

Немного позже к ним подошла пожилая женщина.

— Вы Сергей?

— Да.

— Можно спросить?

— Конечно.

— Вы иногда знакомите авторов?

— Бывает.

— Тогда не знакомьте меня ни с кем.

Сергей улыбнулся.

— Хорошо.

Она удивилась.

— И всё?

— А что ещё?

— Обычно начинают спрашивать почему.

— Не буду.

— Даже не интересно?

— Интересно.

— Но не спросите?

— Нет.

Она посмотрела внимательнее.

— Тогда, может, сама расскажу.

Сергей чуть не рассмеялся.

— Если хотите.

— Я устала.

— От чего?

— От знакомств.

— Бывает.

— Все хотят связей.

— Да.

— Кто-то предлагает совместные проекты.

Кто-то зовёт в сборники.

Кто-то просит читать его.

Кто-то хочет, чтобы я познакомила его ещё с кем-то.

— И?

— Я хочу месяц никого нового не знать.

Сергей кивнул.

— Хорошее желание.

— Правда?

— Почему нет?

— Потому что сейчас все говорят про связи.

— Связь — не обязанность.

Она улыбнулась.

— Вот это мне нравится.

Робот записал:

**«ПРАВО НА СВЯЗЬ ВКЛЮЧАЕТ ПРАВО НА НЕСВЯЗАННОСТЬ».**

Достоевский:

— Очень современно.

Женщина села рядом.

— А если я через месяц передумаю?

— Тогда передумаете.

— Не будет поздно?

— Для чего?

Она задумалась.

— Хороший вопрос.

Через некоторое время она ушла.

Сергей смотрел на реку.

Теперь это место казалось совсем другим.

Сначала он увидел отсутствие моста.

Потом — людей, которые не просили перехода.

Потом — человека, которому было проще искать посредника, чем рискнуть самому.

Потом — старую лодку, которую он вообще не заметил.

Потом — людей, которым не нужно было примирение.

Потом — женщину, которая сознательно выбрала временное одиночество.

И вдруг Сергей понял:

он всё время воспринимал связь как благо.

А значит, бессознательно мог начать воспринимать отсутствие связи как недостаток.

Но это было слишком просто.

Иногда отсутствие связи — проблема.

Иногда защита.

Иногда пауза.

Иногда свобода.

Иногда неготовность.

Иногда отсутствие интереса.

Иногда завершение.

Иногда просто никакой особой причины.

На песке появились слова:

**«РАЗРЫВ».**

**«ДИСТАНЦИЯ».**

**«ПАУЗА».**

**«ГРАНИЦА».**

**«ОДИНОЧЕСТВО».**

**«СВОБОДА».**

**«НЕЗНАКОМСТВО».**

**«ОТСУТСТВИЕ ИНТЕРЕСА».**

Робот сказал:

— Раньше Вы бы всё это назвали одним словом.

— Каким?

— «Нет связи».

Сергей кивнул.

— А это восемь разных вещей.

Достоевский:

— И это ещё короткий список.

Сергей вспомнил старый принцип:

Похожесть — ещё не тождество.

Связь — ещё не одинаковость.

Ассоциация — ещё не доказательство.

Теперь к нему добавлялся ещё один:

**Отсутствие связи — ещё не поломка.**

Он записал.

И в этот момент раздался знакомый голос:

— Сергей!

Сергей закрыл глаза.

— Александр Георгиевич.

Федоров подошёл.

Сегодня он нёс небольшую записную книжку.

— Я только спросить.

— Конечно.

— Вы одного автора знаете?

— Возможно.

— Я хотел Вас попросить познакомить.

Сергей посмотрел на него.

— Вы ему уже писали?

— Нет.

— Почему?

Федоров задумался.

— А зачем через Вас, правда?

Робот открыл рот.

Сергей поднял палец.

— Не мешай.

Федоров пролистал книжку.

— Хорошо. Сам напишу.

— Вот.

— Только если не ответит…

— Тогда приходите.

— Договорились.

Он уже хотел уйти, но заметил реку.

— А мост где?

Сергей рассмеялся.

— Не нужен.

Федоров удивился.

— Почему?

Сергей показал вниз по течению.

— Лодка есть.

Федоров посмотрел.

— А, ну тогда чего строить.

Достоевский тихо пробормотал:

— Всё. Он окончательно освоился.

Федоров услышал.

— А что?

— Ничего, Александр Георгиевич.

— Тогда до встречи.

— До встречи.

Он ушёл.

Сергей посмотрел ему вслед.

— Знаете, что интересно?

Робот:

— Что?

— Раньше он приходил за связью ко мне.

— А теперь?

— Теперь иногда сам понимает, что может сделать первый шаг.

Достоевский:

— Значит, Вы всё-таки не совсем бесполезны.

— Спасибо.

— Не за что.

Солнце уже садилось.

Лодочник сделал последний рейс.

Берега опустели.

И тогда на карте появилась новая точка.

Не человек.

Не автор.

Не читатель.

**«ПУСТОЕ МЕСТО».**

Сергей приблизил.

Под ним:

**«ЗДЕСЬ НИКТО НИКОГО НЕ ИЩЕТ».**

Робот:

— И что с ним делать?

Сергей пожал плечами.

— Ничего.

— Совсем ничего?

— Совсем.

— А зачем оно на карте?

Сергей посмотрел на пустое место.

— Чтобы помнить, что не вся территория обязана быть занята связями.

Достоевский улыбнулся.

— Наконец-то в Вашей Вселенной появилось место для тишины.

Но через секунду рядом с пустой точкой возникла другая.

Один человек.

Он стоял в одиночестве.

И под ним уже было написано другое:

**«ОН НЕ ХОЧЕТ БЫТЬ ОДИН. 
НО НИКОМУ ОБ ЭТОМ НЕ СКАЗАЛ».**

Сергей выпрямился.

Робот тихо спросил:

— Вот теперь?

Сергей смотрел на точку.

Это уже было сложнее.

Потому что граница и одиночество могут выглядеть одинаково снаружи.

Человек может сказать «оставьте меня».

А может молчать именно потому, что не знает, как попросить:

«Побудьте со мной».

Достоевский встал.

— Вот теперь следующая глава действительно нужна.

На карте появилась дверь:

**«ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ЖДАЛ, ЧТО ЕГО НАЙДУТ БЕЗ ПРОСЬБЫ».**

Сергей долго не открывал её.

Потому что впервые вопрос был не в том, вмешиваться или не вмешиваться.

А в том, **как отличить уважение к границе от равнодушия**.

**Следующая глава: Том 5. Глава 18. Человек, который ждал, что его найдут без просьбы**