Маршрут закрыт на ремонт

За окном ночь… В комнате темно.
Сижу на диване у двери на балкон и записываю в телефон предыдущий сон. Мобильник просто сошёл с ума: поёт на весь дом, проигрывая то ли рекламный ролик, то ли видеоклип!

Я опасаюсь, что шум разбудит жену, которая спит в соседней комнате. Не понимаю, как выключить это незнакомое приложение и вообще — откуда оно у меня?

Нервничаю, пытаюсь убрать звук или хотя бы сделать его тише. Полоска громкости движется медленно и неохотно: каждый раз, когда довожу ползунок до конца, громкость падает всего на чуть-чуть — и всё приходится повторять сначала. Никакие кнопки тоже не срабатывают…

Осознаю, что сплю.

Бросаю телефон и выхожу через балконную дверь. Взбираюсь на перила, ступаю в тёмно-синий воздух ночи, но не лечу — перемещаюсь по глади пустоты, как водомерка на поверхности воды, только не рывками, а плавными короткими отрезками, каждый раз на миг невесомо зависая в пространстве.

Очки мешают — в нижней и боковых частях поля зрения стёкла искажают чёткую, достаточно хорошо освещённую картину окружающего мира. Снимаю и небрежно выбрасываю их как помеху. Они мне больше не нужны — без них я вижу лучше. Смотрю на руки… пальцы, конечно же, снова кривые.

О, постойте-ка — сегодня есть даже раздвоенные!

И количество постоянно меняется. Тогда вместо того, чтобы пялиться на руки, я стал постукивать пальцами друг о друга, и это продлило сон ещё немного. Когда внимание окончательно иссякло, меня вынесло в явь, но я снова нырнул в сон из собранной мной тишины…

В полумраке сижу и созерцаю воду в ванне… она наполнена наполовину… блики и колыхания. Вожу рукой по воде, создавая их причудливую игру, — и понимаю, что я осознан. Я будто появился здесь сразу после остановки внутреннего диалога, хотя казалось, что помнил весь переход.

Было приятно глядеть на воду, пока она не стала тёмной и непрозрачной. Я оставил ванную комнату и пошёл через гостиную к двери наружу. Справа на кухне горел свет — там супруга мыла посуду. Быстро открыл дверь и вышел, чтобы она ненароком не остановила меня и не спросила, куда это я собрался в такую рань.

Зелёный дворик, дом и калитка — не точные копии реальных, но очень на них похожи. Внутренний навигатор подтверждал, что это мой мир. Я шёл по дорожке к выходу, осматривал всё вокруг, за калиткой ненадолго остановился, озираясь по сторонам и выбирая маршрут.

Сначала хотел пойти вниз по улице, на северо-восток, вспомнив, как уже ходил туда в не очень давнем сне «Пешком до восхода», но передумал. В этот раз там было темно и мрачно, а ещё оттуда возвращалось чувство, будто маршрут закрыт на ремонт.

Повернул налево и двинулся в северо-западном направлении, но быстро устал. Идти пешком было слишком медленно и утомительно, так много не исследуешь, и я заскользил над землёй, словно уселся на воздушную подушку. Перемещаться таким образом стало куда комфортнее и почти не требовало никаких усилий.

Впереди шоссе… По другую сторону всё было неясным, и меня потянуло туда. Как только пересёк его, всё стало совсем иным. Я оказался среди археологического комплекса: большие прямоугольные каменные блоки, колонны, остатки древних стен песочного и красно-коричневого оттенка.

«Ага, руины. Если когда-то работал на раскопках — нате вам раскопки.»

Не стал здесь задерживаться и, оставив развалины позади, добрался до гладкой стены из песчаника. Метра три в высоту — она тянулась вправо и влево, насколько хватал взгляд, преграждая путь. В центре — большие двойные створки каменных ворот почти того же цвета, что и руины, но желтее. Между створками не было даже щели…

«Непонятно… как их вообще открывают?»

На воротах, точно ставни, две плоские плиты с нечитаемым текстом. Крупные буквы выведены прописью яркими синими чернилами. Я раскрыл ставни… текст впитался, прошёл насквозь и проступил на следующей поверхности, неожиданно став разборчивым. Прочёл, но почти ничего не запомнил — кроме предупреждения о том, что ждёт путников за этими вратами.

Время от времени я поддерживал внимание, постукивая пальцами о пальцы.

Хотелось двигаться дальше и узнать, что за стеной, поэтому я задумал перелезть через неё. Зацепился взглядом за край и подтянулся; уселся наверху и, глянув вниз, увидел на дне двадцатиметрового обрыва древнее поселение. Спрыгнул и мягко приземлился у прилавка под матерчатым навесом посреди безлюдного рынка.

Прилавок огибала узенькая улочка. Я стоял на ней, а дальше она терялась где-то среди камней и глыб того же цвета, что и стена наверху. То, что я сначала принял за камни и глыбы, проявилось как останки каких-то сооружений — низкие постройки, напоминающие хижины из глины.

По улицам бродили высокие, тонкие, сгорбленные существа, едва ли похожие на людей — разве что прямоходящие, с руками и ногами. Пришла мысль, что это какие-то разведчики из параллельного мира. Они ходили, заглядывали во все углы, как если бы кого-то или что-то искали.

Стараясь быть незаметным, я пригнулся и двинулся подальше от них. Свернул направо, где заметил на хорошо утоптанной почве небольшую круглую площадь, в центре которой была широкая дыра с неровными краями, как после обвала… Очень глубокая.

На самом дне горел свет, уютно освещая пещеру и ответвление — рукав, уходящий ещё дальше вперёд и сворачивающий вправо. Хотел было спуститься туда, но передумал — решил, что не готов к тому, что меня там может ждать. Для разнообразия взглянул на руки…

На руках, конечно же, надеты грубые рабочие матерчатые рукавицы с одним отделённым большим пальцем.

Ну куда ж без них-то!

И я попался на это — стал их стягивать одну пару за другой. А они плодились на кистях как ненормальные. Опомнился, когда вспомнил, что такое уже случалось не раз во снах и всегда превращалось в бесконечное снимание перчаток.

Я тут же понял: это очередная сновидческая аномалия, эдакая ловушка внимания, но почему-то понадеялся, что в этот раз всё обойдётся — достаточно снять их и новая пара не появится. Ага, как бы не так — меня снова поймали на том же трюке.

Последнюю пару я с особым удовольствием выкинул в яму — типа отомстил и, не глядя больше на руки, вернулся к своему постукиванию пальцами. Я уже чувствовал, что сновидение подходит к концу, и старался продлить его, насколько возможно, хотя долго удерживался в этом сне и порядком устал.

Проснулся и стал записывать всё в телефон, который наконец пришёл в себя и перестал глючить… Рукавиц на руках не было — значит, теперь я точно проснулся.


20.07.2026