***

Когда-то здесь росло дерево. Возможно, это был тополь — толстый, высоченный — такой, что летом разносит пух на всю округу. Или клён, могучий и раскидистый, роняющий по осени разноцветные листья. А может, дуб, швыряющий жёлуди? Увы, об этом никто не помнит, так давно это было. С тех пор сюда провели железную дорогу, построили церковь, и возле дерева люди протоптали тропинку. Узкая и извилистая, она тянулась вдоль дороги и соединяла посёлок с железнодорожной станцией. Посёлок разрастался, с ним усиливалась роль станции, и вскоре здесь решили проложить полноценную дорожку для пешеходов.

Пришли лесорубы. Деревья, что мешали благоустройству, спиливали одно за другим, пока от них не остались пни. Дорожку расчистили, выровняли, сделали подсыпку, положили асфальт. Уже через пару дней местные жители радовались прямой и ровной дорожке.

Однако дерево не спешило умирать. Напротив, засыпанное слоем щебня и асфальта, оно воспрянуло и, набравшись сил, стало прорываться наружу. Асфальт вздыбился, растрескался, и из-под него вышел тот самый пень.

Долгое время с этим ничего не могли поделать. И вот, когда дорожка окончательно пришла в негодность, за неё взялись снова. Капитальный ремонт не просто вернул дорожку в её изначальное состояние — она стала прочнее и шире. А главное, она была ровная — несколько недель. Пока прохожие не стали замечать, как в том же месте трескается асфальт, вспучиваясь всё выше.

Сколько раз дорожники бились над пнём? Старожилы сбились со счёта. Так или иначе, но дерево по-прежнему здесь, и где-то в глубине в нём всё ещё теплится жизнь.

Так на дорожке появилась кочка, о которую спотыкались — и будут спотыкаться толпы людей с электрички.