Нулевой пациент. Часть 3

Глава V
Марчер провел несколько часов в гостевой комнате. В ней стояла каменная кровать с соломенным тюфяком. В глубоком кресле лежала подушка, украшенная золотой вышивкой. У округлой стены притулился резной комод, а из окна открывался чудесный вид на город и карьер.
Он встал с кровати. Под ногами мягко пружинил ковер с яркими узорами. Марчер зарылся пальцами ног в шелковистый, почти невесомый ворс. Его взгляд скользил по пестрым рисункам, впитывая каждую деталь неведомой страны, откуда ковер был привезен. Он подошёл к высокому напольному зеркалу и остановился, разглядывая себя в полный рост. Из стекла на него смотрел худощавый мужчина с сероватой кожей, рыжие волосы которого падали почти до ключиц, руки у него были чуть длиннее, чем у обычных людей.
Марчер обвел взглядом комнату, его большие чёрные глаза блуждали по многочисленным полкам и шкафам, пока не наткнулись на тусклый силуэт  иконы на деревянной полке. Чернила складывались в многорукое божество, чей взгляд казался пустым. У божества было шесть рук. Каждая рука — это длинный чернильный зигзаг молнии, и в каждой сжималось оружие:меч, топор, копьё, кинжал, булава и ещё что-то неразличимое, похожее на серп. Сомнений не осталось — икона изображала Хорала, бога войны. Он взял икону и, чуть склонив голову, проследил взглядом линии рук, начиная с правой нижней. Затем хмыкнул и поставил икону обратно.   Стряхнув с себя оцепенение, Марчер открыл окно, надеясь впустить прохладу, но был разочарован: в этом блоке пещер было слишком тепло, чтобы прохладный воздух мог проникнуть внутрь. Он подошел к миске с холодной водой, умылся и причесал волосы. Убедившись, что выглядит нормально, он направился в главный зал на втором этаже. Леон как всегда сидел сидел у камина.
— Ваша икона, — начал Марчер, — подделка. Вы знали об этом?
Леон удивленно повернул голову.
— Подделка? — переспросил он, будто не сразу понял, о чем речь. — Она выглядит как все иконы. Что с ней не так?
— У Хорала на всех иконах по пять пальцев на каждой руке. Но здесь их шесть. Кроме того, в официальных храмах его обычно изображают с мечом в правой руке, а здесь он держит меч в левой.
Леон хотел спросить, как он это узнал. Но вдруг замер, стыдливо закрыл лицо рукой, усмехнулся своей наивности и тихо сказал:
— Ах, я забыл, ты же собирался стать священнослужителем.
— Я занимался иконописью в подростковом возрасте. Мой учитель научил меня распознавать подделки.
Леон ничего не сказал, лишь тихо промычал.
— Такое действительно может быть. Я купил её на черном рынке. Там не всегда торгуют честно.
— Не знал, что вы почитаете Хорала. Сейчас его мало кто помнит.
— Его имя еще слабо помнили во времена моей молодости. Он был покровителем войны, а не мира, и умер много веков назад, — Леон поерзал в кресле. — Великий воин, вознесшийся до бога, — что может быть более вдохновляющим для солдата, который каждый день рискует своей жизнью?
— И правда. — Марчер взглянул на стену, где за стеклом витрины красовалась золотая маска с выцарапанным на щеке символом божества. — Ваша старая военная маска.   
— Точно, — Леон кивнул и указал на символ. — Взгляни, какая она неровная? Я вырезал её в минуту отчаяния, перед боем, в котором даже не надеялся выжить.
— Много битв повидали?
Леон кивнул в знак подтверждения.
— Раз вы много путешествовали, то наверняка видели места, о которых слагают песни. Крепости, хранящие память о великих полководцах.
— Видел. И полководцев видел. — Леон поднял глаза. — Только они не рассказывают о том, что я там видел. Мы шли, мечтая стать такими же, как он. Но наша война оказалась совсем не героической. Мы не свергали богов, не исполняли их пророчества. Не останавливали конец света, не убивали мифических чудовищ. Мы стали частью политической интриги нескольких людей. Мы изгоняли оборванных дикарей с их земель, жгли их жилища. У солдата есть лишь приказ. Скажи, Хорал тоже начинал с этого? С сожжённой детской колыбели? Я хотел быть героем, но стал тем, кого останавливают эти герои.
 — Сколько лет вы служили?
— Почти всю жизнь. Если точнее, то… — он посмотрел в правый верхний угол, — триста шестьдесят циклов.
— Вы служили дольше, чем я живу.
Леон усмехнулся в бороду:
— Да что поделать? Рано или поздно ты окажешься на моем месте.
 Леон закончил говорить и закашлялся. Он согнулся пополам, пока приступ не отпустил. Марчер нервно постукивал пальцем по столу.
— Все в порядке, — отмахнулся Леон, заметив беспокойство на лице ликвидатора. — Скоро придет мое лекарство, и мне станет легче.
— Что у вас? Чем вы болеете?
— Чахотка, — Леон откинулся на спинку кресла и посмотрел на Марчера. Услышав название болезни, ликвидатор не сдвинулся с места.
— Не боишься от меня заразиться? Обычно после такого все разбегаются по разным комнатам.
— Почему вы молчали?
— Потому что не заразен. У меня спящая инфекция. Я регулярно принимаю лекарства и жду новую склянку. Врач сказал, что все хорошо и волноваться не стоит.
Марчер стоял в стороне, молча наблюдая. Леон тем временем поднялся с кресла. Всё ещё согнутый от боли, он пересек комнату, приблизился к красной шторке и отдернул ее. За ней оказалась небольшая кухня. Леон жестом пригласил Марчера и скрылся внутри, гремя посудой. Ликвидатор сначала хотел отказаться, но его желудок, урча от голода, громко возразил. Он приложил тонкие пальцы к животу, и пошел за Леоном.
Бронзовокожий уже сидел за столом, уставленным разнообразными блюдами. Леон жестом указал на свободный стул, и Марчер без возражений сел.
В глубокой миске дымился домашний суп с рисом и помидорами, а рядом стояла тарелка с ароматными шашлыками из мяса подземного зверя. Марчер почувствовал, как жжет в носу и горле — Леон явно не пожалел острых специй.
— Я приготовил немного еды, — сказал Леон, сидя в дальнем конце стола. — Вам нужно поесть перед битвой.
Марчер опустил ложку в глиняную миску, и первое, что увидел, — это белоснежные островки риса, тонущие в янтарно-розовой жиже. Крупные дольки помидоров, лопнувшие от варки, отдали бульону всю свою кислую душу, и теперь их алые края свисали с ложки. Фрикадельки, покрытые светлым, почти кремовым соусом, лежали на дне. Он отправил в рот один лишь соус — жирный и тягучий. Рис он перекатывал по нёбу, чувствуя каждое зерно. Фрикаделька оказалась неожиданно грубой, с крупинками перца, которые били по языку. Он не знал, нравится ли ему. Но чувствовал, что этот вкус запомнит надолго. Рядом с дымящейся миской супа стояла плоская тарелка с нарезанным мясом — оранжевые ломти, аккуратные, шириной в два пальца, с голубыми прожилками, которые выглядели как сеть тончайших рек на карте. Мясо уже остыло, но жир на срезе блестел.
Марчер взял ложку супа, вдохнул кисловатый пар, отхлебнул. А следом, почти не жуя, он отправил кусок оранжевого мяса. Рис добавил текстуры — он катался по языку, собирая остатки мясного сока. Такую еду нельзя было есть по отдельности. Только вместе.
Еда оказалась настолько вкусной, что он ел с огромным аппетитом. Леон, напротив, ничего не ел и даже не прикасался к столовым приборам. Он внимательно наблюдал за Марчером, и когда тот отправил в рот очередной кусок мяса, Леон выдохнул. Марчер не понял, от облегчения или от чего-то другого.
— Что-то не так? — Марчер замер с набитым ртом, ожидая ответа.
— Нет, всё в порядке. Прошу прощения и продолжай трапезу. Я просто устал.
Марчер вдруг понял, что от долгого голода нарушил все правила приличия. Видимо, он громко чавкал, смущая хозяина. Ему стало стыдно за свое бескультурье, и он начал есть медленнее, смакуя каждый кусочек изысканной еды. Подобные деликатесы редко попадались ему на стол.
— Как вам еда?
— Замечательная, — сказал Марчер с набитым ртом, проглотив кусок. — Это нечто невероятное, никогда не ел ничего вкуснее.
Леон снова засмеялся в бороду.
— А в храме кормили не так?
— Далеко не так. Но иногда нам позволяли роскошь и вкусную еду. Всё же Кинве — дух сострадания и милосердия, а не скудного питания и голода.
— Это правда! — Леон громко рассмеялся. — Вы меня захвалили, но мне приятно, что вы оценили мои блюда.  — Он проглотил большой кусок мяса. Капля жира упала на подбородок, Леон педантично вытер её салфеткой и положил её рядом с собой. — Вы даже не представляете, на что я способен помимо кухни и реторт. — С гордостью улыбнулся Леон — Когда я жил в Симхуме, то часто брал в руки кисть и писал картины. С балкона моего дома открывался потрясающий вид на песчаные барханы. Я мог часами сидеть там и рисовать. Жаль, что мои картины пришлось продать вместе с домом.
— Почему бы вам не попробовать рисовать здесь?
Леон лениво отмахнулся и откусил ломоть хлеба.
— Я приехал сюда работать, а не творить. Местный алхимик умер от паров собственного зелья, — пояснил Леон, хмыкнув. — Мне срочно нужны были деньги на лечение, и знакомые предложили эту работу с хорошим жалованьем.
Он снова взял в рот кусок шашлыка и расплылся в довольной улыбке.
— Вижу, у вас вопрос на языке. — Леон указал на Марчера вилкой, два острых зубца смотрели прямо в глаза ликвидатора. — В этом городе алхимик жил в башне. Если кому-то нужна была помощь, он всегда знал, куда идти. Шахты тут не прощают ошибок. Ушибешься головой о камень или надышишься паров — и всё, жизнь растворяется мгновенно, как бумага в отхожем месте. Извините за такое сравнение, но это правда. Не успеешь найти целителя среди сотен домов, и всё, конец.
Марчер кивнул, не произнеся ни слова. Не потому что нечего было сказать, а потому что его рот вновь был полон еды. Но когда он закончил жевать, его охватило горькое понимание: Бахмар-яр не ждёт, и задерживаться за столом не стоит. Он поднялся, низко поклонился и поблагодарил Леона за вкусный и желанный завтрак. Когда и хозяин покончил со своей порцией, он собрал всю посуду в медный таз и залил её алхимической жидкостью.
Марчер отлучился в гостевую комнату, чтобы проверить снаряжение перед заданием. Он стоял у кровати, тихо пересчитывая арбалетные болты. В этот момент мимо проходил Леон и застал его за работой. Он тихонько постучал по краю двери, и когда Марчер обернулся, Леон вошел в комнату.
— Вижу, вы готовы к заданию.
— В целом, да. Хотя не полностью. — Марчер бросил взгляд в окно. — Могу ли я забрать ее?
— Зачем она вам? — Леон встряхнул головой, словно пытаясь избавиться от наваждения.
— Помните, мы обсуждали засаду?
— Ах, точно. — Леон с досадой хлопнул себя по лбу. — Берите, конечно.
Марчер снял сапоги и забрался на большое кресло. Тело вытянулось в струнку, пальцы нащупали край черной ткани. Он дернул, и ткань оказалась в его руках.
— Кстати, у меня для вас подарок, — сказал Леон, подходя к креслу и оказываясь в поле зрения Марчера.
— Не нужно, — ответил Марчер, садясь в кресло с черной драпировкой в руках.
— Нет, я настаиваю. Уверен, это поможет вам в борьбе с наемником. Идите сюда.
Леон дошел до комода и открыл его. Он быстро осмотрел содержимое, затем запустил внутрь крючковатые пальцы. Внутри что-то загремело. Марчер стоял поодаль и не видел, что происходит внутри комода, но звук бьющегося стекла подсказал ему, что там хранятся алхимические склянки. Леон достал тонкое кольцо, похожее на черного паука, с большим прозрачным коконом. В коконе была красная жидкость. Он протянул кольцо Марчеру на вытянутой ладони.
— Умеешь им пользоваться?
Леон заметил растерянность Марчера и поспешил объяснить:
— Если почувствуешь себя плохо, надень кольцо и покрути кокон. Паук укусит тебя за палец, через клыки он передаст тебе эту красную жидкость, и ты сразу почувствуешь себя лучше. Когда бутылочка опустеет, открути её и выбрось, а затем поставь новую. Я дам тебе несколько штук.
Марчер взял кольцо, повертел его в пальцах, поднял к потолку и уставился на переливающуюся жидкость сквозь красное сияние масляной лампы.
— Спасибо. Это было не обязательно, но лишним не будет.
Марчер отложил склянки к своему снаряжению.
— Была бы помощь достойной, — с улыбкой отмахнулся Леон. — Я хотел бы помочь тебе больше и даже присоединиться, но мое здоровье уже не то, что раньше. Я больше обуза, чем помощник.
— Не волнуйтесь, я справлюсь сам.

***

Подготовка завершилась до рассвета, и ликвидатор поспешил покинуть башню.
Вместе с Леоном он спустился по винтовой лестнице. В тишине утреннего города скрипнули щеколда и три замка. Тяжелая дверь распахнулась, и сапог ликвидатора ступил на улицу, поднимая пыль.
Марчер оглядел город, проверил сумки и тихо выругался.
— Что случилось? — настороженно спросил Леон.
— Северный проход завален. Бахмар-яр может прийти только…
— С севера, — перебил Леон. — Северный проход закрыт для одиноких путешественников. Но город не живет за счет них. Вон там, — он указал на дорогу у трехэтажной таверны, — торговый путь. Извозчики постоянно вывозят металлы и привозят еду. Поднимешься, найдешь любую крытую повозку и следуй за ней или спроси дорогу в таверне. Пост рядом, не пропустишь. Можешь пройти через него, хоть это и запрещено, но не для всех.
Леон ткнул пальцем в нагрудный карман Марчера, где тот держал приказ о ликвидации.
— Покажи им эту бумагу, и тебя пропустят.
Марчер кивнул и поблагодарил Леона.
— Надеюсь, успею застать вас в городе после завершения контракта.
— Хотелось бы, но боюсь, скоро уеду. Видишь, сосед косо посматривает в нашу сторону.
Марчер обернулся и увидел на верхней террасе мужчину с косматой головой. Тот не спеша шел, неся за спиной огромную соломенную корзину, полную чего-то, и то и дело поигрывал лезвием топора.
— Не нравится мне этот тип, — сказал Леон, глядя в черные, как космическая бездна, глаза Марчера. — Вчера он больше всех в меня камни швырял.
Леон почувствовал, как глубоко кольнуло его сердце. Он хотел упасть на колени и просить прощения у Марчера за то, что обрек его на верную смерть. Но не мог.
— Скоро придет посыльный с моим лекарством, — выдавил он. — После этого я сразу уеду из города. Не хочется быть пессимистом, но мы не знаем, как пройдет твой бой с Бахмаром.
Леон помолчал, потом продолжил:
— Я задержался в этом городе. Местным я не нравлюсь, моя работа завершена, пора уезжать. Надеюсь, мы еще встретимся.
Леон протянул руку. Марчер ответил тем же и сердечно пожал её на прощание. Ликвидатор развернулся и пошёл своей дорогой. Через пару шагов Леон окликнул его:
— Марчер, послушай старого солдата: надень маску во время задания. Так будет проще, если придётся его убить. Я знаю, о чём говорю.
Марчер кивнул, помахал рукой и, не оглядываясь, ушёл. Сейчас все лавки закрыты, и купить маску негде. Он решил, что купит ее позже, если контракт будет выполнен.

***

Раннее утро Клогарна было тихим. Люминисцентный гриб жёлтого света едва светился, и его света хватало лишь на таинственный полумрак, в котором ранние пташки могли что-то разглядеть. Марчер взбежал по лестнице на ярус выше, и по обе стороны нарисовались дома круглой формы изготовленные из камня. На каждом из домов красовался стеклянный светильник, внутри которого стояла догорающая свеча. На крыше одного из домов сидел пожилой мужчина, он лениво перекладывал сено из одной кучки в другую, попутно напевая какую-то мелодию. Интересно, что за мелодию напевает старик? Это что-то новое? или настолько забытое, что помнит только его поколение? Таверна, к которой он направлялся, стремительно росла на глазах. Марчер не стал отвлекать старика пустыми вопросами. Он кивнул в знак приветствия и пошел дальше. В конце улицы виднелась широкая каменная лестница, врытая в землю и ведущая на следующий уровень. Марчер шагал уверенно, перепрыгивая через несколько ступенек за раз. Следующий ярус напоминал предыдущий: те же круглые жилые дома с крышами из сена, выстроенные в два ряда вдоль круговой улицы, и торговые лавки, где местные жители могли приобрести необходимые товары.
Очередной ярус остался позади, и Марчер оказался на широкой площади. Перед ним открылась знакомая картина: распахнутые ворота зияли черным проемом, манящим в неизвестность. Справа возвышалась старая деревянная башня с прогнившими досками. Лучники на ней лениво играли с тетивой, оставляя засечки на дереве. Слева башни не было, лишь стояли каменные блоки — фундамент будущего здания. Рядом с правой башней находился небольшой блокпост из дерева, окруженный каменными блоками. Город готовился к переменам.
Вдруг что-то громко громыхнуло. Марчер обернулся и увидел, как по дороге к открытым воротам, прямо на него, движется колонна из семи груженных телег. Он быстро отпрыгнул в сторону, чтобы избежать несчастного случая. Остановившись у каменных блоков, он пропустил телеги. Когда стражник на блокпосту начал проверять содержимое одной из телег, Марчер подошел к дозорному, стоявшему в стороне. Сначала дозорный не хотел выпускать Марчера из города, утверждая, что одинокому путнику нельзя ходить по торговому пути. Но когда Марчер предъявил бумагу о ликвидации Бахмара-яра, дозорный смиренно кивнул и попросил расписаться в журнале. Ликвидатор пробежал взглядом по длинному списку и в самом конце поставил свое имя.
— Что мне вписать в строку о товаре? У меня ничего нет.
— Напишите "смерть", — ответил дозорный.

Глава VI.
Клогарн остался позади. Марчер шагал по тёмному коридору, лениво отпинывая камни. Когда он отошёл достаточно далеко от торгового поста, вдруг обернулся и с удивлением заметил двух громил с дубинами. Лица их были скрыты тенью. Марчер ускорил шаг, громилы тоже. Марчер ускорил шаг, громилы тоже. Он заметил сбоку дверь и юркнул за неё.
Он прошёл десяток метров и остановился. Путь обрывался. Впереди зиял глубокий овраг. Тропа раздваивалась: два широких карниза тянулись вдоль стены, как змеи, и сходились на другой стороне. По обеим сторонам карнизов виднелись двери. Все разные — ни одна не походила на другую. Куда они вели? Вопрос оставался открытым.
Марчер вытянул шею и заглянул вниз. Глубоко под ним, на следующем ярусе, повторялась та же картина: обрыв, две дорожки, двери в стенах. Подземелье уходило вниз слоями, и каждый слой был копией предыдущего.
Бахмар-яр мог возникнуть за любой из сотен дверей. С тех пор как Марчер свернул с намеченного пути, его уверенность потухла. Прижавшись спиной к холодному камню, он прошел вперед, затем в прыжке преодолел три лестничных пролета и укрылся в тени на другой стороне. Теперь перед ним был отчетливо виден вход в город. Если бы в поле зрения появился наемник или бугаи с дубинами, он бы без колебаний открыл огонь из маленького арбалета.
Минуты ожидания растягивались до бесконечности. Марчер сидел в темноте, укрывшись черной драпировкой из дома Леона. Сквозь узкую щель виднелся арбалетный болт, готовый поразить врага. Вдруг тишину нарушил скрип двери, и Марчер замер. Громилы, которые гнались за ним, вынырнули из тени. Они осмотрелись и, убедившись, что вокруг никого нет, шагнули в пятно света от факелов. Оба были высокими и мускулистыми, одеты в простые рубахи и штаны. На головах у них были медные шлемы. Они о чем-то переговаривались, но Марчер их не слышал.
— Чужесранец! — протянул один из бугаев, нарушая тишину. — Мы знаем, что ты здесь. Мы видели, как ты сюда забежал.
Он засмеялся, но тут же получил удар локтем в ребра.
— Какой чужесранец? — процедил сквозь зубы второй.
— А кто он? Нам же сказали, что он не местный! А гадит здесь, как у себя дома!
— Тогда ты тоже чужесранец.
— Заткнись! — с обидой вскрикнул здоровяк, и внезапно все стихло.
Громилы бесшумно крались от одной двери к другой. Они заглядывали за каждую дверь краем глаза, затем быстро закрывали ее и на цыпочках подходили к следующей. Марчер наблюдал за ними с высоты, как затаившийся хищник. Он достал из-за пояса флакон с ядом, окунул кончик арбалетного болта и вставил его в паз.
— Господин Скордо! — гаркнул второй бугай. — Простите, если напугали. Нам срочно нужно поговорить. Мы не причиним вреда.
Первый громила тихо хохотнул.
«Нельзя прятаться. Если Бахмар-яр выберет другой маршрут, он настигнет Леона и схватит до того, как тот покинет город. Нужно действовать быстро» .
Черная драпировка беззвучно упала на пол. Марчер встал во весь рост, подошел к краю площадки и прицелился в бугая, который обозвал его чужесранцем.
— Что вам нужно?
Первый бугай, нахмурившись, ответил:
— Чужесранец! Я думал, куда ты...
Он замолчал, увидев направленный на него арбалет.
— Я снова спрашиваю, что вам нужно? — повторил Марчер.
Второй бугай с рыжей шевелюрой заметил, что ликвидатор целится не в него. Он метнулся к каменной лестнице. Марчер, заметив движение краем глаза, перевел арбалет на рыжего. Рыжий остановился, поднял руки и отступил на шаг.
— Нам нужно поговорить.
— Говори.
— Мне нужно подойти ближе.
— Говори оттуда, — отрезал Марчер.
Вдруг справа что-то мелькнуло. Второй громила, тот самый «чужесранец», уже мчался по лестнице — прямо на Марчера. Ликвидатор мгновенно перевел арбалет на него. Громила остановился, но на его лице появилась хищная улыбка. Марчер отступил на пару шагов и оглянулся. Рыжая шевелюра бежал по лестнице следом.
"Зажимают, сволочи", — подумал Марчер.
Марчер поднял дрожащую руку и нажал на спуск. Арбалетный болт со свистом рассекал воздух, пока с глухим стуком не вонзился в стену. Промах! "Чужесранец" ощупал свое тело — ран не было. Он оскалился и бросился к Марчеру. Ликвидатор выхватил стилет, но тут мощный удар в спину сбил его с ног. Он рухнул лицом вперед, но вместо ожидаемой земли наткнулся на деревянную дубину. Темнота окутала его сознание, перед глазами замелькали мушки. Рука ослабла, и стилет со свистом отправился покорять дно пропасти. Рыжая шевелюра перебросил дубину через голову ликвидатора, потянул её на себя, перекрывая Марчеру кислород. Марчер, как рыба в сети, дергался из стороны в сторону. Когда "чужесранец" приблизился, ликвидатор ударил его мыском ботинка в пах. Тот рыкнул, но тут же ответил тяжелым ударом дубины по ребрам. Марчер тяжело закашлялся, его последний выдох закончился, и рыжая шевелюра сжал его шею. Бугай не стал медлить и несколькими крепкими ударами по ребрам окончательно обезвредил ликвидатора.
Марчер обмяк и рухнул на колени. Бугаи тут же надели на него черный мешок, прижали лицом к земле и связали руки за спиной.
— Ты думал, что сможешь уйти от нас безнаказанно? — спросил рыжая шевелюра, связывая ему ноги.
— Да, чужесранец, думал уйти просто так? — рявкнул второй громила. — Мастер был прав: ты и правда хлюпик. Никакого сопротивления не оказал.
У Марчера не было сил и желания спрашивать, кто они и что он им сделал. Он корил себя за потерю контроля, за то, что так легко попался в ловушку. Но из раздумий его вывел мощный удар в бедро. Затем последовали еще три удара. Нападавший явно метил в пах, но постоянно промахивался.
— Что ты творишь, идиот? Ты ему ногу сломаешь!Нам же сказали, чтобы без сильных ушибов. Он им нужен в целости.
— Этот ублюдок мне по шарам пнул. — прорычал бугай со злобой.
— Ну и что? Не трогай его. Когда с ним закончат, можешь ему хоть все яйца отчекрыжить.
— А сколько у этих серых вообще яиц?  — бугай мерзко захохотал.
— Не знаю. Потом и проверишь. А теперь хватай его за ноги и пошли.
Марчер оторвался от земли. Нос уперся в ткань мешка, и он почувствовал запах земли и кислых трав. Возможно, это были алхимические ингредиенты, названий которых он не знал. Бугаи прошли несколько шагов, и его ноги начали клониться вниз — они явно спустились на лестницу. Вдруг зловещий скрип нарушил тишину наверху.
— Кто вы и что делаете с этим человеком? — спросил незнакомец.
— А ты кто?
— Да по нему видно, что он очередной чужесранец!
— Следи за своим языком, паршивец, иначе я быстро укорочу его кончик.
— Мне!? Да я тебе!
 Бугай отпрянул назад, потянув за собой Марчера. Рыжая шевелюра потерял равновесие, и ликвидатор с глухим хрустом рухнул на каменную лестницу. Голова и копчик ударились о ступени, пронзив тело невыносимой болью. Марчер ерзал, как червяк.
— Не суетись, — рыкнул один из здоровяков, и тяжелая пятка врезалась Марчеру в живот, отправляя его в долгое и мучительное падение по лестнице.
Ликвидатор лежал у подножия лестницы. Холодный камень леденил кожу даже сквозь одежду, а в ноздри бил кислый запах трав. Издалека доносились едва различимые крики и звуки сражения. Всё тело пульсировало от острой боли, особенно в бедре и затылке.Завалившись на левый бок, Марчер согнул ноги в коленях и, извернувшись всем корпусом, просунул связанные кисти под собственными бёдрами, выводя их к груди. Веревка, стягивающая шею и мешок, легко поддалась, когда он потянул за конец. Он сбросил мешок и огляделся.
 На лестнице лежали два трупа. Один прижимался к каменной стене, и брызги крови покрывали место, где должна была быть его голова. Рядом валялась отрубленная рука. Другой труп лежал у основания лестницы. У него, как и у первого, не было головы. Между камней текла струйка крови, а тело скрывало зловонную кучу кишок. Марчер поморщился при виде этой картины, и утренний завтрак подступил к горлу. Он сдержал себя и отвернулся.
— Понимаю, зрелище неприятное. Я бы предпочел другой путь, но эти мерзавцы не оставили мне выбора. Подожди.
Мужчина наклонился к Марчеру. Одним ловким движением он развязал узлы и помог ему подняться.
Марчер размял кисти, потер занывшее бедро и посмотрел на человека, который его спас. Это был коренастый мужчина среднего роста с бронзовой кожей и лысой головой. На его лице виднелись татуировки. Золотые цепи и украшения обвивали его кисти и предплечья, а в ушах блестели золотые серьги. Его глаза… в них было что-то дикое и безумное, но при этом удивительно спокойное и поэтичное.
— Меня зовут Бахмар-яр, — наемник протянул руку. — А тебя?
Имя отозвалось в Марчере неприятным чувством. Он снова ощутил приступ тошноты, живот свело, а ноги подкосились.
— Что с тобой? Тебе нужен лекарь?
— Все нормально, — отмахнулся Марчер. — Просто пару раз зарядили по ребрам.
Бахмар-яр положил руку на плечо Марчера.
— Я могу довести тебя до города. Я как раз иду туда.
— Зачем? — спросил Марчер, поднимая бровь. — Ты торговец?
— А ты видел, чтобы торговец так хорошо дрался? — усмехнулся Бахмар. — Нет, у меня профессия не менее благородная. Я наемник. Убиваю всяких гадов за деньги.
— Да ладно? И что же сделал тот гад?
Марчер прислонился к стене, широко расставив ноги, и размял ноющее бедро.
— Он похищает людей, — сказал Бахмар спокойно, словно речь шла о ценах на хлеб. — Откуда такая информация? Кто-то видел его за этим?
— Мне откуда знать? Мне сказали пришить гада, и я это сделаю.
— То есть, ты идешь убивать, даже не уточняя детали?
Бахмар внезапно стал серьезным.
— Что-то ты задаешь слишком много вопросов. Осуждаешь меня? Кто ты такой? Законник? Все это законно, у меня есть бумаги.
— Я просто любопытный торговец. Когда страх берет верх, хочется задавать вопросы.
Бахмар хмыкнул и прищурился.
— И где твой товар, торговец?
— Упал, — солгал Марчер. — Нес мешок с зерном. Вышел из двери, а тут бугаи. Ударили по голове, и мешок вниз улетел.
— Откуда шел?
— Из Ветрувии.
— Это где?
— Далеко, — Марчер отмахнулся, стараясь сменить тему.
— Ладно, — Бахмар пожал плечами. — Нужна ли тебе еще помощь? Мне пора, контракт ждет.
— Кажется, мой стилет тоже пропал. Можешь посмотреть, куда упала моя сумка и оружие?
Бахмар хмыкнул, нервно постучав ногой по земле.
— Ладно, сейчас посмотрю. А тебе бы к лекарю. С такой ногой тут недолго и шею свернуть.
Наемник подошел к краю пропасти и посмотрел вниз.
— Что-то я не вижу твоего стилета.
— Смотри внимательнее.
Бахмар наклонился над краем, всматриваясь в темноту. Он молчал, но потом нарушил тишину, продолжая осматривать этажи.
— Знаешь, моя гильдия никогда не берет контракты на невинных. Вся информация тщательно проверяется, я это точно знаю. Мне не нужно забивать голову ерундой. Я просто убиваю негодяев и делаю мир лучше. 
Марчер покачал головой, но Бахмар не заметил этого. Сейчас его моральный компас барахлил как старый навигатор в бурю, теряя истинный север среди эмоций. Но хуже всего было то, что он сам отлично понимал, что потакает возможному злу.
Ликвидатор натянул шарф, прикрыв нос и рот. Он откупорил бутылочку с «кипящей смертью», достал арбалетный болт и окунул его в зеленую жидкость. Его план был прост:сделать резкий рывок и вонзить болт наемнику в живот. Но планы и их реализация — это разные вещи.
Марчер рванулся вперед, но острая боль в бедре пронзила его. Он рухнул на землю, успев вонзить болт в бедро Бахмара. Наемник завопил, схватился за древко, сломал его и медленно повернулся. Марчер лежал у его ног, беспомощный и израненный.
— Я вколол тебе паралитик. Если согласишься сотрудничать, дам противо… — голос Марчера звучал почти механически, несмотря на боль.
Договорить он не успел. Бахмар резко ударил его по зубам мыском ботинка.
Он достал изогнутый кинжал с золотой рукоятью и схватил ликвидатора за рыжие волосы, даже сквозь капюшон, потянув вверх. Жизнь Марчера висела на волоске, но он успел отбросить наемника в пропасть, однако тот увлек его за собой.
Невесомость. Невесомость приняла Марчера в свои объятия. Ветер свистел в ушах, пока он летел между пролетами словно мешок мяса. Верхние этажи отдалялись со стремительной скоростью, пока белая вспышка не застила глаза. Воздух вышибает из легких со свистом. Попытка вздохнуть — тщетна. Марчер лежал словно тряпичная кукла. Он повернул голову и ощутил острую жгучую боль из спины, тупую, разрывающую боль из груди, а ноги пронзила огненная игла. Боль не слушается его, она живет своей жизнью, заполняя собой все. Во рту медный, сладковатый привкус крови. Видимо, он прокусил щеку. Маска в пыли от старого, сухого дерева. Мир плавает, звон в ушах, сквозь который пробиваются искаженные звуки.
Рука сама нашла карман. Пальцы сомкнулись на кольце, и Марчер с трудом поднес его к глазам. Сквозь пелену, застилавшую взгляд, он увидел, что прозрачный кокон цел, а внутри него переливается алая, густая жидкость. Он натянул кольцо на палец и нажал на кокон, поворачивая его до мягкого щелчка. В тот же миг клыки паука вонзились в кожу. Из кокона в палец начала перетекать жидкая субстанция. Марчер видел, как кокон пустеет, опорожняясь до самого донышка, а вместе с каждым уходящим миллилитром боль переставала быть всепоглощающей.
Когда клыки сами выскользнули из пальца, оставив две крошечные алые точки, кольцо снова стало просто вещью. Но внутри Марчера что-то менялось. В груди больше не разрывало при каждом вдохе, ноги перестали гореть огнём, а мир потихоньку возвращал себе устойчивость.
Когда боль утихла, Марчер оперся на локти и ощупал тело. В целом все было в порядке, если не считать вывернутой наизнанку левой ноги. Он ахнул, снял шарф и сплюнул кровь. По его оценкам, он пролетел семь или даже больше пролетов. Мир все еще кружился, и ему было трудно сосредоточиться.
До ушей донесся мучительный стон. Марчер повернул голову на звук. На каменной лестнице, на пару пролетов выше, стоял Бахмар-яр, весь в саже и крови. Его левая нога, как и у Марчера, была вывернута. Бахмар поднимался, опираясь на стену, и бормотал проклятия в адрес несчастного торговца, которому предложил помощь.
— Проклятие на тебя! — выкрикнул Бахмар, и голос его сорвался. — Я спас тебя, а ты отплатил мне этим?!
— Этого можно избежать! — прохрипел Марчер, перекрикивая боль. — Остановись. Я дам тебе противоядие, и мы разойдёмся.
— Разойдемся?! После всего, что ты натворил?!
Бахмар остановился, вскрикнул от боли и упал на ступеньки. Несмотря на травмы, он с неожиданной ловкостью начал шарить по карманам карманам жилета и шаровар. Его глаза округлились от удивления, когда он осознал, что кинжал, спрятанный в ботинке, пропал. Бахмар выругался на неизвестном Марчеру языке, вскочил, кряхтя от боли, и бросился вверх по лестнице.
Марчер поднялся, опираясь на правую ногу. Он чувствовал слабость, но боль уже не была невыносимой. Сделав неуверенный шаг, он не упал. Еще шаг, потом другой, третий, четвертый. Его движения были осторожными, словно он боялся спугнуть новые силы.
— Бахмар, стой! Ты умрёшь, если не остановишься!
Наемник не слышал его или не хотел слушать. Сгибаясь от боли, он стремительно мчался по лестнице, ведомый лишь желанием выполнить свою задачу. Ликвидатору ничего не оставалось, как следовать за ним. Погоня переместилась на несколько пролетов выше. Каждый преодоленный уровень был настоящим адом. Наемники ругались, проклинали все и даже самих себя, но упорно поднимались дальше. После нескольких пролетов Бахмар свернул в боковой коридор, и Марчер засомневался, правильно ли они идут.

***

Острая боль пронзила правую ногу Марчера. Он упал на колено и прижал руку к обтесанному камню. Наемник, тяжело дыша, ковылял за углом. Их схватка превратилась в изнурительное противостояние: оба ранены, оба на грани. Двигаясь ползком, Марчер ощущал, как его внутренние органы разрываются. Но сдаваться было нельзя — этот контракт должен был помочь ему оплатить часть долга семьи. Стиснув зубы, он дополз до угла и увидел Бахмар-яра, опирающегося на дубовую дверь. Тот прижимал руку к животу, пытаясь остановить кровь. Его кулаки бессильно стучали по двери. Силы покинули его, и он просунул руку сквозь решетку, пытаясь открыть дверь с той стороны. Но все было тщетно.
— Бахмар, остановись! Ты идешь не туда.
— Что тебе нужно?! — прорычал наемник, его глаза сверкали безумием. — Оставь меня в покое!
— Бахмар, ты умираешь. Позволь мне вколоть противоядие, — Марчер вытащил из сумки склянку с прозрачной жидкостью. — Твоя нервная система разрушается. Я могу спасти тебя. Прими это, и мы поговорим.
Бахмар не ответил. Он бросился на ликвидатора, как дикий зверь, целясь растопыренными пальцами в глаза. Увернуться от такого нападения было невозможно. Если бы не случай, наемник мог бы добавить еще одну смерть к своему счету. Когда Бахмар приблизился, пол под ними провалился, и они снова полетели вниз, на этот раз в объятиях друг друга.
Ветром выбивало слезы. Наемники молотили кулаками по челюстям, скулам, переносицам. Марчер хрипел, Бахмар рычал, лица распухали и трескались. Удары были жестокими, безжалостными и болезненными. Драка могла бы продолжаться вечно, если бы обоих не поглотила тьма.