Не Божественная комедия, но шанс

Там было
Очень ветрено,
Притом и очень тихо.
Ни слова, ни души,
Тропа среди глуши,
Вокруг неразбериха.
Трусихой пролетела воробьиха.
И заросли как будто черемши
Средь пустоши.

Стою, смотрю и не пойму-
Да где же это я?
Чья то была шутиха-
Так лихо в полутьму и кутерьму
Засунута душа моя.

Дошло- да это же тот свет,
Которого никто не помнит,
Поэтами он не воспет
(Хотя у Данте есть такой сюжет),
А я, как редкостный паломник,
Наведалась во сне в сей темный мир.
Мой утомленный дух его не позабыл,
Ведь сколько раз уж он там был.

Зачем мне вновь приснилось это место,
Обдав холодным потом тело,
Которое оцепенело и не могло
Проснуться долго, застыв, как промороженное тесто?

А от того, что чувство долга-
Кармы прополка и судьбы наколка.

Там дальше некоторым виден свет,
В моих воспоминаньях того нет.
Лишь холод, страх
И одинокая тропа,
А дальше начинается толпа
Таких же бедолаг,
Идущих каждый в свой гулаг.

Быть может, тот животный страх
И держит здесь любое существо,
Ведь точно помнит дух его,
Не помня толком больше ничего.

Страх наш, как шоколад,
Как лучшее питание,
Как эликсир для темных сил.
И сколько дух бояться не проси,
А лишь воскликнешь - Господи, спаси!

Да, очень страшен нижний мир,
Где каждый грех тебе припомнят,
Тот мир для темных - вечный пир,
И лишь Христос его приподнял
К Свету, - Он нитью Свет туда провел,
Чтоб каждый, кто здесь верно шел,
Путь нужный в царстве том нашел.

Там чистка и ответ за все про все,
Что здесь творим, не сознавая,
Что карму новую здесь создавая,
Вновь в царство темных мы летим,
Точнее, падаем, крутя Сансары колесо.

Нам только в этом нашем слое,
Что расположен четко меж миров,
Где свыше Свет, а ниже темных кров,
Дается шанс и он таков-
Ты либо вверх летишь, либо готов
Твой дух обедом для врагов.