48. Знакомцы. Бархатный звук судьбы. Очерк

     Есть истории, которые звучат как музыка. Они начинаются с тихой, едва уловимой мелодии детства, набирают силу в юности, достигают крещендо в зрелости и продолжают звучать, даже когда, казалось бы, основная партия сыграна. Такова история друга моего детства и одноклассника Иллариона Долту - музыканта, чья жизнь неразрывно связана с одним из самых сложных и чарующих инструментов, валторной. Для меня и моих одноклассников он - Ларик Акутин. Его путь - это повесть о преданности искусству, фанатичном труде и любви к тому самому «бархатному звуку», который однажды определил его судьбу.

     МЕЛОДИЯ ДЕТСТВА: ОТ СЕЛЬСКОГО ОРКЕСТРА К СУДЬБОНОСНОМУ ВЫБОРУ

     Илларион Долту родился 26 ноября 1954 года в Коми АССР, в посёлке Железнодорожный. Его родители были простыми рабочими: отец, Долту Валентин Викторович, был строителем, а мать, Акутина Елена Моисеевна, работала на пекарне.  Его музыкальная душа расцвела под солнцем Молдавии, куда семья переехала, когда ему было всего два года.
     Музыка вошла в его жизнь не в стенах консерватории, а на пыльных улочках посёлка, где местный духовой оркестр был главным украшением любого праздника.
     - Почему-то я с детства полюбил именно духовую музыку, - вспоминает Илларион Валентинович. - Я очень любил его слушать и, бывало, бежал на другой конец посёлка, где проходила свадьба, и стоял возле музыкантов с открытым ртом.
     Эта детская влюблённость привела его в школьный оркестр, где он освоил баритон. О валторне, инструменте, который станет делом всей его жизни, он тогда даже не подозревал. Судьбоносная встреча произошла уже в музыкальном училище города Бельцы, куда он поступил в 1971 году. Именно там ему предложили сменить привычный инструмент на загадочную и незнакомую валторну.
     - Конечно, поначалу было страшновато: этот инструмент я никогда раньше не видел, не слышал и с трудом представлял, как буду играть на нем левой рукой, - делится музыкант. - Но когда мне поставили пластинку, чтобы я послушал, как он звучит, я буквально „заболел“ им. Это был необыкновенный, бархатный звук, которого я никогда прежде не слышал.
     Это было откровение. С этого момента начался путь самоотверженного труда. «Заболев» валторной, юный музыкант отдался ей без остатка. Он занимался фанатично, осваивая сложнейший инструмент с нуля, и уже через полгода не только догнал, но и перегнал своих сокурсников, став примером упорства и таланта.

     КРЕЩЕНДО КАРЬЕРЫ: ОТ СТУДЕНТА ДО ЛАУРЕАТА

     Фундамент, заложенный в училище под руководством молодого педагога Демьяна И. М., позволил Иллариону Долту поступить в Кишинёвский институт искусств имени Гавриила Музическу. Годы учёбы стали временем профессионального роста и оттачивания мастерства.
     После окончания института его карьера развивалась стремительно: работа в Симфоническом оркестре Радио и Телевидения, служба в престижном оркестре штаба Краснознамённого Одесского военного округа, а затем, после возвращения, - работа в Симфоническом оркестре Молдавской филармонии, которому он отдал лучшие годы своей творческой жизни.
     Вершиной его исполнительского мастерства стала победа в 1983 году на Межреспубликанском конкурсе исполнителей на медных духовых инструментах в Даугавпилсе (Латвия), где он заслуженно получил звание лауреата.

     ФИЛОСОФИЯ ИНСТРУМЕНТА: «ДУША ОРКЕСТРА»

     Для Иллариона Долту валторна - это не просто набор клапанов и раструб. Это живой организм, требующий не только технического совершенства, но и глубокого понимания его природы. Он с увлечением рассказывает о своём инструменте, подчёркивая его уникальность и сложность.
     - Валторна - очень сложный инструмент. Книгой рекордов Гиннесса валторна и гобой признаны самыми сложными музыкальными инструментами, - поясняет маэстро.
     Эта сложность, по его словам, заключается не только в аппликатуре или необходимости виртуозного владения дыханием, но и в самой сути звукоизвлечения.   Валторнист должен обладать идеальным слухом и чувством интонации, ведь малейшее изменение в положении губ или силе воздушного потока может кардинально изменить высоту ноты.
     Но именно эта сложность и рождает ту неповторимую красоту, за которую валторну ценят величайшие композиторы. От Моцарта до Малера, от Чайковского до Шостаковича - все они доверяли валторне самые проникновенные, героические и лирические соло. Её тембр способен передать всю палитру человеческих эмоций: от нежной меланхолии и пасторальной безмятежности до громогласного триумфа и трагического отчаяния.
     Илларион Долту, проживший с этим инструментом целую жизнь, стал не просто исполнителем, а его истинным проводником. Он научился говорить на его языке, раскрывая слушателям всю глубину и многогранность его «бархатного» голоса. Каждый его выход на сцену - это диалог, в котором музыкант и инструмент сливаются в единое целое, чтобы рассказать историю без слов.

     СЕМЕЙНАЯ ПАРТИТУРА

     Музыка, ставшая профессией, наполнила и его семейную жизнь. Дочь Ирина окончила музыкальную школу по классу фортепиано, и, хотя выбрала другую стезю, прикосновение к искусству осталось с ней навсегда. Сын Павел, которому отец пытался передать любовь к валторне, проявил себя в совершенно иной сфере, став блестящим математиком и победителем олимпиад. Илларион Валентинович с гордостью говорит о достижениях своих детей, понимая, что у каждого своя уникальная мелодия судьбы.

     МУЗЫКА КАК СПАСЕНИЕ И ИСПОВЕДЬ

     Возвращаясь к тому переломному моменту в жизни, когда личная трагедия едва не сломила его, Илларион говорит о музыке не как о работе, а как о форме исповеди. После ухода из оркестра, где всё напоминало о потере любимой женщины, жены, он нашёл новый формат существования в профессии. Статус «музыканта по вызову», как он сам его с иронией называет, подарил ему свободу и, что важнее, возможность играть тогда, когда душа этого требует.
     - Когда я вернулся в оркестр, стало только хуже, - вспоминает он с тихой болью в голосе. - Мы работали вместе, она сидела всего в двух метрах от меня, и я не мог спокойно смотреть, как на её месте сидит другая девушка. Все симфонии я играл со слезами на глазах.
     Этот уход был не бегством, а шагом к исцелению. Музыка, которая причиняла боль в стенах родного оркестра, стала лекарством в других залах, с другими коллективами. Каждое приглашение на сложную программу, каждая гастрольная поездка становились не просто работой, а актом преодоления. Звуки валторны, которые когда-то смешивались со слезами, вновь обрели свою чистоту и силу. В них теперь слышалась не только виртуозность, но и вся глубина пережитого опыта.

     РАЗМЫШЛЕНИЯ О МУЗЫКЕ И МАСТЕРСТВЕ

     Несмотря на все жизненные перипетии, музыка остаётся главным стержнем Иллариона Долту. Это не просто профессия, это способ дышать, мыслить и чувствовать. Когда он берет в руки валторну, мир сужается до одной точки, где нет ничего, кроме звука и гармонии. Каждый концерт, каждая репетиция - это диалог с композитором, с коллегами по оркестру и, конечно, со слушателем.
     - Я часто думаю о том, что значит быть профессиональным музыкантом сегодня, - делится Илларион. - Это не только виртуозное владение инструментом. Это постоянная работа над собой, умение слышать других, быть частью единого организма - оркестра. Это дисциплина, которая воспитывается годами ежедневных занятий.
     В его словах нет ни капли пафоса, лишь констатация пути, который он выбрал раз и навсегда. Для него не существует понятия «достиг вершины». Музыка - это бесконечная дорога, и на каждом её этапе открывается что-то новое: в давно знакомом произведении, в трактовке нового дирижёра, в собственном звучании.

     НАСТАВНИК: ПЕРЕДАЧА ОГНЯ

     Оглядываясь на свой путь, Илларион Долту с особой теплотой говорит о людях, которые в него поверили. От первого педагога, разглядевшего в юном мальчике потенциал, до великих дирижёров, с которыми ему посчастливилось работать.
     - Каждый из них оставил свой след, научил чему-то важному, - подчёркивает музыкант. - Теперь я и сам стараюсь передать свой опыт молодым музыкантам. Когда я вижу, как у моих учеников загораются глаза, как они начинают по-настоящему чувствовать инструмент, я понимаю, что все было не зря.
     Для него наставничество - это не просто передача технических навыков. Это попытка научить слышать не только ноты, но и тишину между ними. Научить понимать, что за каждым соло стоит огромная ответственность, которая не уменьшается с годами. «Какой бы большой ни был у тебя стаж и опыт, на валторне ответственность каждый раз - как в первый», - повторяет он своим ученикам, как мантру.

     ЖИЗНЬ НА БИС: ЧТО ДАЛЬШЕ?

     Выход на пенсию для многих означает завершение активной деятельности, но для Иллариона Долту он стал лишь началом нового витка. Мысль о том, что его творческий путь окончен, оказалась преждевременной.
     - Думал, что на этом моя творческая деятельность закончится, но не получается: меня постоянно приглашают на помощь в разные коллективы, - с улыбкой отмечает он.
     География его выступлений на бис поражает: от родной Молдовы и соседней Румынии до Ливана, где он несколько лет работал по контракту в Симфоническом оркестре Бейрута. С различными коллективами он объездил всю Европу - Италию, Францию, Испанию, Германию, - побывал в Китае и даже в далёком Перу. Сегодня  Илларион Долту сотрудничает с интернациональным «Империал-оркестром», сопровождая балетные постановки в Великобритании и Германии. Работа в таком коллективе требует высочайшего профессионализма и постоянной самоотдачи.
     - От артистов требуется высочайшее качество исполнения, поэтому мы всегда должны быть в идеальной форме. Для этого необходимы регулярные индивидуальные занятия... исполнение требует огромной психологической концентрации, а также физической и технической подготовки.
     На вопрос о будущем Илларион отвечает просто, без громких амбиций. Его творческая жизнь продолжается в том ритме, который диктует сама судьба. Он востребован, его ценят за надёжность. Но главное - он по-прежнему влюблён в своё дело.
     - Валторна - это моя судьба, моя радость и моё утешение, - говорит он, и в его глазах загорается тот самый огонь, который он стремится зажечь в своих учениках. - Это очень красивый инструмент с необыкновенным, бархатным звуком. Я люблю его и посвятил ему всю свою жизнь.
     И пока этот бархатный звук рождается в его руках, пока есть силы и пока его помощь нужна, Илларион Долту будет играть. Играть, вкладывая в каждую ноту свою историю - историю потерь и обретений, боли и веры, великого мастерства и бесконечной любви к музыке. И благодарить Бога за этот дар и за возможность делиться им с другими.