Внеурочная деятельность в младших классах. 70-е

В этом и других текстах серии, в целях максимального правдоподобия буду стараться помещать вот в такие скобки (_ свои нынешние интерпретации: что я думаю теперь. _)


С первого по третий класс школа занимала лишь четыре часа в день. То, что было в остальное время, важнее для ребёнка и по количеству, и по качеству.

Если кратко, то эти виды деятельности можно разделить на спорт, техническое творчество, культуру/искусство. Почти всё это было бесплатно. Более того, ребёнок мог всюду записаться сам, даже не ставя родителей в известность. Достаточно лишь было назвать имя, фамилию, школу, класс. Я ходил в авиамодельный кружок и в бассейн. Он как раз и был платным исключением, абонемент на 12 занятий стоил 2 рубля 40 копеек, т.е. одно занятие по цене мороженого. Моя подруга детства (упоминаемая в главе про детский сад) ходила в балет. Это было бесплатно, но за плату у них в группе устроили кофепитие в коротком перерыве во время занятий.

Балетная студия была весьма серьёзной, как я тогда говорил, «их там тренирует настоящая балерина». У настоящей балерины была катастрофическая нехватка мальчиков, меня даже пытались туда заманить каким-то бонусом, то ли кофе сделать бесплатным, то ли ещё что-то. Но я отказался. Во-первых, это сильно уронило бы моё достоинство, во-вторых, я вообще не любил танцы, но самое главное, зачем мне какой-то балет, когда есть самолёты?

Авиамодельный кружок располагался на Станции юных техников. Кроме того, там были радиотехнический, судомодельный, автомодельный кружки и секция картинга. По соседству со Станцией юных техников был Дом пионеров. Там тоже было много всего, но не для меня: хор, танцы, изостудия и т.п. Там же была детская библиотека, я был туда записан и кое-что там брал. Но во взрослой библиотеке выбор был лучше, в том числе и детской литературы, поэтому книжки мне оттуда приносила мать.

По спортивной части, в бассейне было три направления: плавание, прыжки в воду, синхронное плавание, но два последних только для серьёзных занятий, там был отбор, а обычное плавание — для всех желающих. В спорткомплексе рядом был баскетбол, волейбол, тяжёлая и лёгкая атлетика и ещё много чего. Всё это было не просто доступно детям, туда зазывали. Тренеры по баскетболу, прыжкам в воду и другим видам спорта ходили по школам в поисках талантов.

Музыкальная школа находилась в отдельном здании, из него постоянно доносились какофонические звуки, и я всегда жалел жителей соседних домов. В то время у советских родителей было увлечение — выбрать для ребёнка музыкальный инструмент и «отдать» его на обучение в музыкальную школу. Но тут я, возможно, впервые в жизни, проявил твёрдость, заявив родителям: «имейте в виду, я буду играть только на пластинке». Понятия «диджей» тогда в Союзе не было, и меня просто оставили в покое. (_ Сэкономил родителям деньги, а себе — нервы. _)

Хотя в кружки ребёнок мог записаться сам, в авиамодельный меня отвела мать. В первом классе я был маленьким и стеснительным, но после первого раза уже ходил самостоятельно. Кружок был на первом этаже, в просторной (как казалось первокласснику) комнате с сильным запахом лака, клея, стружки и т. п. Как начинающий, я там делал ракету.

Сначала нужно было свернуть с клеем трубку из бумаги (это корпус). Затем — вырезать из картона по шаблону стабилизаторы. Потом приклеить стабилизаторы на конец корпуса. Затем самое сложное — вырезать ножом из деревянного бруска обтекатель. Для первоклассника задача была практически неподъёмной, но мне помог руководитель. Далее надо было в торец обтекателя вбить гвоздик для парашюта, это я сделал сам. За этот же гвоздик привязывалась нитка (где-то 70 сантиметров), крепившая обтекатель к корпусу. К корпусу нужно было приклеить ещё две коротких бумажных направляющих трубочки (длина сантиметр, диаметр — половина).

Потом нужно было сделать парашют: вырезать круг из специальной «папиросной» бумаги, приклеить к нему стропы и связать их, привязав к гвоздику, а в центре парашюта сделать дырочку в два сантиметра, чтобы он снижался ровно. Ещё были нужны два пыжа (шарики из скомканной бумаги) — их помещали над двигателем, чтобы пороховые газы не прожгли парашют. Ну а потом всё это собрать и вставить двигатель, его давал руководитель. Он специально объяснил, что в двигателе особый порох, и чтобы мы не пытались вместо него вставлять охотничий патрон, даже если добудем.

Ракету запускали на соревнованиях, с родителями и зрителями. День был зимний, ясный, морозный. На площадку установили штатив — вертикальный металлический прут на треноге. На него надевали ракету (через направляющие колечки), вставляли в дырку двигателя бикфордов шнур, и поджигали. Ракета с воем взлетала, пороховые газы выбивали парашют с обтекателем, и ракета медленно падала вниз на парашюте. Время засекали: чья ракета дольше пробудет в воздухе, тот и победил.

Моя ракета взлетела не идеально, но не хуже других. Стабилизаторы я, похоже, наклеил криво, и она пошла винтом, оставляя за собой спираль из белого дыма. Но парашют раскрылся, и она падала около минуты. Могла бы и дольше, но парашют слегка прогорел, в нём образовалась дырка около десяти сантиметров.

Какие-то пацаны хотели похитить мою ракету, но подруга (балетная) не дала, рванула вперёд них и схватила её. Не помню, что дальше стало с этой ракетой. После ракеты я начал делать планер в том же авиакружке, но так и не доделал.

Авиамоделизмом дело не ограничилось, меня отдали в бассейн на плавание. Сначала по рекомендации врача для поддержания здоровья. Но там меня приметил тренер и позвал на серьёзные занятия. Я у него был самым мелким, но он ценил меня за исполнительность и дисциплину. Мне поставили стиль плавания, особенно кроль с низким подниманием рук. Когда вытаскиваешь руку из воды, нужно вытаскивать, как будто вынимаешь её из кармана брюк, а локоть не разгибать, кисть держать строго над поверхностью воды, чтобы пальцы едва её не касались, и пробрасывать руку вперёд, стараясь положить как можно дальше. Выдыхать обязательно в воду, не бояться воды, считать её родной стихией. Впоследствии я много плавал на море и заплывал далеко. Мать тогда говорила, что меня всегда можно было опознать по стилю: на всём пляже никто не плавал правильно.

Тогда же я освоил и остальные стили: кроль на спине, брасс, дельфин. Последний очень труден для первоклассника, я им мог сделать не более нескольких гребков. Баттерфляем было бы легче, там ноги работают, как в брассе, а в дельфине они соединены и делают волнообразные движения от таза к бёдрам и ступням. Но нас заставляли плавать именно дельфином.

Проблема была в том, что на меня, такого мелкого, не было в продаже плавательных очков. У меня быстро покраснели глаза от хлорированной воды, а потом начались проблемы с носоглоткой. Около двух недель я проболел и в секцию больше не вернулся, хотя отец и настаивал. Он хотел сделать из меня одновременно и великого ракетчика и чемпиона по плаванию, но мать не дала. Впрочем, я продолжил ходить на плавание, но в обычном режиме, три дня в неделю по часу.

Помимо плавания и авиамоделизма, я читал книжки. Поначалу мне это казалось очень скучным занятием, но я быстро обнаружил, что вне школьной программы есть много интересных книг. Для меня такими были научпоп и фантастика, до сих пор это две моих любимых темы, иногда я даже пытаюсь их объединять. Фантастика заслуживает отдельной главы — она играла очень большую роль и в моей жизни, и в жизни сверстников. Про детский советский научпоп могу вспомнить серию «Почемучкины книжки», в частности «Как устроен атом», это была одна из моих любимых книг: в классе учительница спрашивала, какая книга самая любимая, и я называл эту. Там было ещё много всего, «Почему вода мокрая», «Прабабушка наша Вселенная», «Птицы наших лесов» и другое. Что-то покупали родители, но кое-что можно было взять в библиотеке. Нужно ли уточнять, что после этих книг, после фантастики, школьная программа по природоведению и чтению казалась мне серой и скучной тратой моего времени?