Беззаветнось судьбы верных юношеским идеалам людей

Общепринято считать, что, если человек в молодые годы выстраивает в своём воображении какие-то представления о своей судьбе, в соответствии с которыми вырабатывает некий план всей своей последующей жизни, чуть ли не детально при этом продумывая свои конкретные действия по осуществлению в реалии этого своего плана жизни, то это не более, чем некая юношески-романтическая эфемерность, которую он сам же, особо не расстраиваясь, выбросит в лету времени, как только повзрослеет и столкнётся с серой обыденностью нелицеприятной стороны жизни, которую ранее по молодым годам принципиально не принимал во внимание. Собственно говоря, именно так всё и происходит с львиным большинством молодых людей, вступающих в большую жизнь, которая, как оказывается, в целом напрочь лишена какой бы то ни было романтической респектабельности, о чём эти неофиты грезили в нежный период своей жизни, когда были избавлены от мучительных обязанностей по растрате своего жизненного потенциала на массу мелочных поводов, большая часть которых убога, неразумна, унизительна и, кажется, что гроша ломаного не стоит.

Однако, как известно, из любого правила есть исключения: немногочисленная часть племени молодых категорически не соглашается с такой мерзопакостностью своей участи, уготованной им подобно подавляюще большому числу их молодых соплеменников. В эту когорту принципиальных противников общего порядка, применяемого к молодым членам общества для их надёжного заземления на животно-инстинктивный уклад жизни, входят молодые люди  сильного характера, которых ведёт по жизни их юношеская мечта, поддерживающая их жизненный потенциал на высоком уровне, значительно превосходящий низостный уровень людей, заземлённых на обыденные тяготы бытия. Такие исключительные индивиды едва ли не с фанатичным упорством предпринимают всё возможное и невозможное для осуществления в реальной действительности тех моделей своих жизней, которые они составили для себя в молодом возрасте. Конечно, большинство соплеменников из их окружения не только не понимает мотивы их фанатичных жизненных раскладов, но и всем своим многоголосым составом истерично осуждает этих отщепенцев, посмевших отделиться от окружающей их толпы  с присущими ей примитивизированными нравами.

Любая борьба с кем-то или с чем-то требует от человека затрат его жизненных сил, запас которых у любого человека не беспределен. Означенные борцы за свои юношеские идеалы, истрачивая запас  своих жизненных сил на неравную борьбу с обществом серых, утративших разумность людей, уже к зрелому возрасту полностью забывших все свои юношеские мечтания, вследствие чего превратившихся в чванливых своей посредственностью человекоподобных особей, под спудом тяжёлых рациональных мыслей в полной мере лишённых способностей к небесному полёту души, а также нацеленных исключительно на материальную выгоду и обывательское  счастье плотских утех, как правило, оказываются в состоянии той сказочной старухи, которая сидит у своего  разбитого корыта.

Каждый из этих борцов, ввергнутых в такое состояние, ведёт себя по-разному: одни – сразу сдаются обстоятельствам неодолимой для них силы, другие – уходят в отшельничество, третьи – истрачивая последние силы, покидают этот мир юдоли и печали, пятые – изыскивают различные уловки, чтобы влиться в толпу на равных с её постоянными членами условиях и т.д. и т.п. Особого упоминания заслуживают те из них, которые, фактически отрезая себя от всех проявлений социальной жизни, на остатках своей жизненной энергетики пытаются целиком и полностью изменить своё прирождённое существо в целях обнаружения пластов жизни с новым качеством, чтобы продолжить своё существование в одном из таких пластов. Без сомнения, это очень трудная задача, поскольку даже попытка её разрешения поглощает всего человека со всеми его потрохами. В случае неудачи, такой человек в лучшем случае превращается в живой труп. Ну а при улыбнувшейся ему удаче окружающее его общество безвозвратно теряет его из виду, поскольку по отношению к обыденным людям он как бы переходит в другое жизненное измерение, энергетически не доступное его бывшим соплеменникам при плоскостных интересах их пожизненного обитания, становясь неприступным ни для кого из окружающих его людей, которым остаётся только одно – забыть о его существовании. 


11.11.2022



Сергей БОРОДИН