Акция Молох. Профессиональный убийца

24 июня 1941 года

Гробиня, оккупированная вермахтом территория Латвии

Однако сон продлился недолго – вскоре после полуночи, убедившись, что Рута заснула, Лайма самым бесцеремонным образом забралась в постель к Бёме и до самого утра занималась с ним… правильно, грубейшим нарушением Нюрнбергских расовых законов. На которые ему было наплевать от слова совсем – дискриминация сексуальных партнёрш по половому признаку ему никогда не была свойственна. От слова совсем. 

Когда он проснулся, Лайма уже вовсю хлопотала на кухне. Она приготовила ему (и дочери) типичный латвийский завтрак – видимо, их семья уже давно ассимилировалась: поджаренный ржаной хлеб, малиновый кисель и картофельный салат с копченой корейкой, домашней колбасой (ныне покойные обитатели дома тоже, видимо, игнорировали диетические предписания раввинов).

Вскоре после завтрака, профессор получил из информационного центра РСХА сообщение о том, что командир Эйнзацгруппы А Франц Вальтер Шталекер (в некотором роде, партнёр Бёме) приказал зачистить литовский городок Гаргждай от «евреев и коммунистов».

В отличие от командиров всех остальных эскадронов смерти СС, Шталекер был профессиональным убийцей ещё с юности – и потому для этой службы подходил лучше, чем кто бы то ни было в рейхе.

Он родился 10 октября 1900 года (ровесник Гиммлера) в Вюртемберге в семье протестантского священника, придерживавшейся националистических и монархических взглядов.

В 1919—1920 годах он примыкал к националистическому и антисемитскому Немецкому народному союзу обороны и наступления и был членом подпольной террористической организации «Консул».

Детище морского офицера и командира фрайкора Германа Эрхардта, «Консул» пыталась политическими убийствами ликвидировать Веймарскую республику и установить военно-националистическую диктатуру.

В период между 1918 годом и июнем 1922 года в Германии было совершено 354 убийства по политическим мотивам, большая часть из которых была предположительно организована членами этой организации. Предположительно потому, что до суда было доведено лишь считанное число дел.

Организация «Консул» сыграла значительную роль в создании штурмовых отрядов СА; из её рядов вышли телохранители Гитлера Юлиус Шрек и Йозеф Берхтольд. По некоторым данным, её членом был не кто иной, как отец Бернхард Штемпфле – автор Меморандума, на основании которого был выбран «нулевой вариант» окончательного решения еврейского вопроса.

Сколько крови было на руках юного Шталекера, было неизвестно. Скорее всего, немало – ибо вскоре тот в составе Тюбингенского студенческого (!!) принимал участие в уличных боях с красноармейцами в Вюртемберге и подавлении всеобщей забастовки и вооруженных выступлений коммунистов в Рурской области. А уже в 1921 году он вступил в ряды НСДАП.

С 1920 по 1924 годы Шталекер изучал юриспруденцию в знаменитом Тюбингенском университете (обычное дело для будущих генералов СС). Именно в это время установились его контакты с его будущими подельниками по «окончательному решению» Мартином Зандбергером, Эрихом Эрлингером и Ойгеном Штаймле. Спустя три года Шталекер защитил степень доктора права.

После Пивного путча и запрета НСДАП Шталекер ушёл в тень… точнее, на должность юриста на государственной службе в Вюртемберге, дослужившись до должности директора Ведомства по труду в Нагольде, ставшим к тому времени оплотом национал-социалистов.

С политическим чутьём у него было всё хорошо (даже очень), поэтому в 1932 году он вновь вступил в НСДАП. В конце мая 1933 года он занял пост заместителя начальника вюртембергской политической полиции (вполне логично для юриста). В это же время он вступил в ряды СС.

Год спустя он стал уже начальником политической полиции Вюртемберга, (предшественницы гестапо). И немедленно повёл непримиримую борьбу с противниками национал-социализма — в частности, с католическими и протестантскими священниками (что графа напрягало весьма).

Шталекер разгромил большинство коммунистических и социал-демократических групп сопротивления режиму (весьма условного), члены которых после наложения крупных денежных штрафов были брошены в тюрьмы, осуждены на каторжные работы и отправлены в концентрационные лагеря. Ничего удивительного – он лишь честно и эффективно выполнял свою работу.

В начале 1937 года Шталекер был переведён на аналогичную должность в Бреслау (он же польский Вроцлав). После чего (обычное дело в СС и в гестапо) продолжил быстро подниматься по служебной лестнице.

В мае 1938 года после аншлюса Австрии и благодаря рекомендации Гейдриха он был назначен начальником полиции безопасности и СД в венском округе с непосредственным подчинением Гейдриху, где занимался организацией службы гестапо и, при участии Адольфа Эйхмана (куда ж без него), ускоренной депортацией австрийских евреев.

Уже осенью 1938 года после занятия Германией Судетов «творческие идеи» (по выражению Эйхмана) Шталекера потребовались для подавления сопротивления политических противников и гражданского населения в этом регионе.

С оккупацией в марте 1939 года оставшейся части Чехии Гейдрих назначил Шталекера начальником полиции безопасности и СД в эти земли, вошедшие в состав Третьего рейха под названием «Протекторат Богемии и Моравии».

Согласно идеологии нацистской партии и требованиям Гейдриха все захваченные или присоединённые к Третьему рейху территории должны были быть «германизированы» - а предварительно «очищены от еврейства, интеллигенции, духовенства и аристократии» (занятное сочетание). Что и делал Шталекер.

С мая по ноябрь 1940 года Шталекер был командиром полиции безопасности и СД в Норвегии в Осло, а с ноября 1940 по июнь 1941 года по указанию Гейдриха направлен в рейхсминистерство иностранных дел (неясно зачем).

Изрядное (даже по меркам рейха) честолюбие, организаторские способности, а также безусловная лояльность по отношению и к Гиммлеру, и к Гейдриху (как у него это получалось, непонятно), сделали Шталекера незаменимым исполнителем заданий руководства Рейха, касающихся вопросов полиции и безопасности.

Из начальника вюртембергской политической полиции в Штутгарте Вальтер Шталекер превратился в одного из наиболее эффективных проводников национал-социалистической расовой идеологии и политики нацистской Германии по массовому уничтожению «неполноценных» этнических групп.

Что блестяще продемонстрировал на посту командира Эйнзацгруппы А. Этот эскадрон смерти численностью 990 человек пересёк границу СССР в первый же день Операции Барбаросса.

Вверенная ему территория находилась в зоне действия группы армий «Север» (Литва, Латвия, Эстония, Ленинградская область, Новгородская область). Задача Шталекера и его команды была определена как «умиротворение тыла» и выполнение «особых задач».

Подавление любого сопротивления местного населения, расстрел партийных и советских работников, евреев, в первую очередь евреев-мужчин призывного возраста от 18 до 35 лет; поляков, цыган, умственно и физически неполноценных людей, а также «асоциальных элементов».

И, разумеется, выполнение Директивы об обращении с политическими комиссарами РККА, которая была издана верховным командованием вермахта (ОКВ) 6 июня 1941 года, за две недели до начала Операции Барбаросса.

Приказ предусматривал немедленный расстрел всех взятых в плен политработников РККА как неисправимых «носителей большевистской идеологии» (что было далеко от реальности).

В качестве «пилотного проекта» по выполнению поставленных перед ним задач, Шталекер предсказуемо выбрал небольшой (менее полутора тысяч человек населения) литовский городок Гаргждай.

Который устраивал профессора чуть более, чем полностью.