Год, которого не было. Часть 2. Гл. 7

7

- Нина проснись, выходим, доехали, называется, без приключений, - Светлана тормошила подругу, ничего не соображавшую со сна, осоловело оглядывающую пустой салон микроавтобуса.
Нине снилось, что-то хорошее, не смотря на неудобство. Что-то связанное с Вовой.
-  Что случилось?
- Поезд дальше не идет, просьба освободить вагоны.
- Какой поезд? О чем ты говоришь?
- Да уж, какой это поезд, раз умудрился колесо проколоть.
Рядом с микроавтобусом стоял водитель, характерным жестом почесывая затылок и вяло отбрыкиваясь от нападок Коротая, который отчитывал незадачливого извозчика.
- Что ж ты друг с собой запаску не возишь? На полдороге нас высадил, и как нам теперь? Деньги верни!
Метрах в ста виднелась процессия из остальных пассажиров, энергично вышагивающих по шоссе, периодически оглядываясь в надежде увидеть попутный транспорт.
- Что, правда, на полдороге? Это сколько ж пешком? – Нина обратилась к Светлане, но ответил ей Коротай.
- Да нет, это я так, для усиления чувства вины. Километра четыре осталось, не больше. За час дойдем.
- Ага, дойдем! Мы с сумками.
- Женщины, не паниковать. Самые тяжелые вещи беру на себя. А то глядишь и подбросит кто.
- А Лена где?
- Да вон идет, - Светлана кивнула на показавшуюся из придорожного леска третью участницу приключений. – По делам ходила. Ты кстати не хочешь?
Нина смутилась и отрицательно покрутила головой.
Деньги водитель вернул, побоявшись праведного гнева пассажиров. В конце концов, выехать на рейс без запаски – его вина. Коротай закинул за плечи свой рюкзак, взял по сумке в каждую руку у отнекивающихся по началу женщин и вся группа двинулись по обочине.
- Ой, а мы же не спросили, как идти? Света? Лена? Мы не заблудимся? – Нина в целом была спокойна, но роль младшей паникерши игралась сама собой.
- Капитан нас усадил на эту колымагу, вот пусть теперь и ведет, - Светлана тоже не выглядела расстроенной, но и особого веселья не выказывала. Они с Еленой тащили Нинину сумку, самую неудобную, вдвоем, договорившись, через каждые пять минут менять руки.
- Это вы не спросили, - капитан являл собой образец мужского поведения в нестандартной ситуации. – А я как раз этого горе-водилу хорошо попытал. Да тут заблудиться то невозможно. Все время прямо до указателя – «Берина – 3 километра». А дальше, свернем с шоссе, не доходя деревни, увидим автостоянку большую и палаточный городок, а на самом берегу сцена и вся музыка. Я примерно так себе представляю. Думаю, мы и услышим скоро. На звук и пойдем.
- А те, кто с нами ехал лихо вперед убежали, - Елена силилась разглядеть впереди идущих, но те поднялись на пригорок, и пропали из вида.
- Молодежь! Могли б от города пешком добежать.
- Эх, Роман Валерьевич, куда это вы весь свой такт растеряли. Мы что, по-вашему, старые что ли? – Светлана не упустила возможности слегка куснуть моряка.
- Нуу, Светлана Ивановна... Я хотел сказать, что мы им просто фору дали,  –  не растерялся капитан и его взгляд, полный укоризны без всяких слов парировал колкость.
Хорошая летняя погода, благодатный пейзаж – что может быть лучше для пешей прогулки трех затюканных урбанистической нервотрепкой дам? Если бы еще налегке идти! Ну, не приспособленные они для туризма люди. Нет чтобы рюкзаками для таких случаев обзавестись, вон как Коротай, тот сейчас бодро вышагивает. И спина прямая, словно аршин проглотил.
Глядя на статного капитана, идущего впереди с Ниной, Светлана вполголоса проговорила:
-   Ленка, а ты мужу изменяла?
- Чем это тебе навеяло?
- Так… подумалось, будем ли мы номинированы на звание самых примерных жен…
- Мне кажется, мы как раз сейчас на жен декабристов похожи. Отправились за своими оболтусами, не в Сибирь конечно, но тоже в глухомань изрядную.
- Да хоть и в Сибирь… Я не про глобальную измену, не про предательство говорю. Семья, для меня, по крайней мере – на всю жизнь. По моему опыту, муж это, прежде всего самый близкий тебе человек. Даже если убрать банальности всякие, «добытчик» там и прочее… Хотя, какой из Ваньки добытчик! Партнер постоянный, тут тоже, как бы поскромнее выразиться, можно внести некоторые коррективы…
- Муж - отец твоего ребенка, – подсказала Елена.
- Конечно да, я со всем этим согласна, и любовь-морковь тоже нужна. Давай руки поменяем, - они перехватили лямки и Светлана закончила мысль. – Тем более, когда прожили столько лет вместе.
- Бывает, как раз после двадцати лет и разводятся, – Елена встряхнула натруженной кистью, затем несколько раз сжала и разжала кулак.
- Бывает… Когда приходит разочарование, когда не оправдываются надежды. Но я и не ожидала ничего особенного, не возводила замков, не витала в облаках.  Я изначально видела, кто мой Ванька есть. Не царевич, но и не дурак.
- А знаешь, как бывает, Светка? Другая ситуация – когда один из супругов достигает, чего в жизни хотел, а его спутник, с которым он волею судьбы начинал по дорожке идти не вписывается в этот успех. Он становится слишком блеклым, что ли… Я имею в виду для нового мира, полного ярких впечатлений и удовольствий.
- Когда один из двоих сволочь, так и происходит, – сказала Светлана убежденно.
- Категоричное суждение, но возможно правильное. Впрочем, нет на свете черного и белого, сволочей и святых. Так… полутона. У каждого рыльце в пушку, если поглубже копнуть. И до гроба живут вместе, потому, что ужиться смогли, подошли друг дружке, им уютно вдвоем. И уют свой ни на что другое менять не хотят. Понимают, что ветер перемен, помимо ожидаемых «ништяков» да «плюшек» может и снежную крошку за шиворот накидать. А от клубники со сливками, затошнит в одиночестве.
- Что-то разговор не в ту степь увело, – Светлана вытерла взмокший лоб свободной рукой -  Я не это имела в виду, когда про измену спрашивала. Не глубокий анализ длительных супружеских отношений глазами непосредственных участников эксперимента. Мы на ученых не тянем, больше на мышек подопытных. Я про…
- Про левак, что ли? – Елена глянула на подругу с ухмылкой.
- Можно и так выразится. Мы с тобой, Ленка, кажется, знаем все друг о друге, а про интимную жизнь вроде как не принято было говорит.
- Брак – таинство, для двоих, на свет не выставляют. Нам так батюшка однажды говорил.
- Так вот я как раз не про мужей, таинство пусть таинством и остается, я про…
- Левак!
Обе расхохотались так, что Коротай с Ниной обернулись, остановились вопросительно, но Светлана замахала им свободной рукой, нормально мол все, продолжаем движение.
- У нас на работе тетка есть, - Светлана сдула с глаз челку, - Любительница застольных бесед на корпоративах. Как то к ней сисадмин издалека подкатывать начал: «Вы, Галина Петровна, кроме мужа ни с кем ни-ни?», а она отвечает: «Вообще то «ни-ни», но если подвернется что-нибудь интересное…». Всегда с удовольствием в командировки ездила.
- Командировка с удовольствием? Хороший каламбур, – усмехнулась Елена.
- Это я к тому, что иногда организм просит, а мы ведь не монашки плоть умерщвлять.
- Плоть слаба. Ты про монашек сказала, и я знаешь, почему-то вдруг вспомнила… - Елена вовремя успела перешагнуть через свежую коровью лепешку.
- Что? Вот блин! – Светлана оказалась не такой внимательной и вляпалась носком кроссовка в зеленоватую «плюху» коих раскидало минами по асфальту.
- Помнишь, как Новый Год отмечали, у нас? Позапрошлый, кажется, – продолжила Елена, как ни в чем не бывало, глядя как подруга шаркает подошвой пытаясь обтереть коровье дерьмо. -  Вы с Ванькой были, Вовчик… но без Нинки, значит точно, позапрошлый. Мне тогда Вовины слова запомнились, те, что он ребятам говорил, когда набрались уже. Что, мол, нас заставляет музыкой заниматься? Для чего на репетиции ходим два раза в неделю? И вроде не подростки уже и удовольствие давно не приносит… Только жены косо смотрят. Раньше, говорит, девчонки узнав, что мы музыканты, спрашивали, какую музыку играем, а теперь, кто узнает, спрашивает: «Сколько вы этим денег зарабатываете?». А ответить, мол, нечего… Мы говорит, похожи на монахов каких-то. Будто сами себе обет дали, вроде послушание у нас такое. Так, что у кого чего организм просит, тот тем и живет. Это ты верно сказала. А мы, похоже, Светка не жены декабристов, а жены монахов.
- Монахам жен не положено. Или они не обычные монахи?  И им еще кроме жен любовниц подавай?
- Я если про любовницу узнаю, Ивина убью на месте. А на твой первоначальный вопрос могу прямо ответить, если хочешь. Я мужу не изменяла и не собираюсь. А он… Пока не прокололся – значит, не изменял и не то, что говорить, об этом думать не хочется.
Дорога, слегка изгибаясь, пошла под уклон, чтобы через сто метров снова подняться на невысокий пригорок.   Коротай с Ниной остановились, подождали остальных.
- Вон указатель, - капитан махнул рукой. – Почти дошли, получается. Как вам прогулка барышни?
- Доехать было бы лучше,- Светлана не сдержала нахлынувшего раздражения. После поезда хотелось в душ, а не тащиться целый час с сумками по пыльной дороге.
- Я читаю ваши мысли, Светлана Ивановна, - Коротай не жаловался на спортивную подготовку и выглядел бодрячком. – Кстати, вы как располагаться собираетесь? Палатку я так понимаю не взяли?
- Нам бы ребят своих поскорей найти, - проговорила Елена, потирая покрасневшие от лямки пальцы. -  А уж они пусть сами головы ломают, как нас размещать.
- А место встречи у вас обговорено? Связь налажена?
- В этом-то вся проблема, - Елена вспомнила об идее с микрофоном, и покраснела. -   Если честно, у них ни один телефон не отвечает. И из Москвы пробовали связаться, и из поезда. Пробовали и в Нижовске набирать. Так, что четкого плана, как их найти, у нас нет.
Коротай узнал о цели их поездки еще в вагоне-ресторане, но о мистической предпосылке ему, конечно же не рассказали.
- Думаю, там народу – миллион, - капитан улыбался во весь рот то ли чужим проблемам, то ли образности своих выражений. – А вы уставшие. Так что для начала, не мешало бы разместиться, обустроиться, так сказать, насколько возможно, а потом заняться поисками.
- Вы нам и в поисках помогать собрались? Не боитесь шедевров современной музыки пропустить? Вы, Роман Валерьевич, в искусствах разбираетесь?
- Моя страсть, Светлана Ивановна, путешествия и тяга ко всему новому, неизведанному, - уязвленный, капитан неприятно, одними губами, улыбнулся. -  Так, что я здесь не за ради громовых аккордов. Помощь вам замечательно в мое любимое времяпровождение вписывается. А по поводу современности музыки… Что мы можем здесь услышать? Как Джимми Хендрикс играл, не повторили еще. Вы знаете, Светлана Ивановна, кто такой Джимми Хендрикс?
- Лично не знакома, - уел таки ее капитан, подумала Светлана, но вида не подала. – А вы раз про размещение заговорили, видать мысли есть на этот счет?
- Не просто мысли, а целый сюрприз для вас имеется. Только пока не дошли я вам его не открою. А то больно вы ерничать любите.
- Полно вам, Роман Валерьевич, она не со зла. Устали мы и пить хочется. А про воду не подумали, - Елена не хотела ссориться, но и состояние ее нервов было далеко от идеала.
- Вы не подумали, а не мы. Запас воды – первое дело. Человек без еды сорок дней может, а вода – субстанция ежедневно необходимая.
Коротай скинул рюкзак к ногам, нагнулся и выудил расписной двухлитровый термос.
- Чай, холодный, на травах. Пейте маленькими глотками – жажды долго не будет.
Он налил в крышку термоса душистого напитка и протянул наугад – кто первый возьмет. Светлана хмыкнула и в знак очередного примирения решилась продегустировать первой.
Неожиданно что-то грохнуло, загудело, а потом воздух завибрировал низкими частотами.
- А вот и шедевры! Идет, гудёт тяжелый рок!
- По крайней мере, вы правы, что звук будет ориентиром. Ой, а это что? – Нина указала рукой в небо. Из-за пригорка выплыл воздушный шар и завис над лесом.
- А это спонсоры. Видите, «Ультрафон» написано? Неплохо придумали, хотя толка от мобильников скоро не будет.
Они прошли метров сто, поднялись на пригорок и снова остановились, оглядывая открывшуюся картину.
Огромное трапециевидное поле, окруженное с трех сторон лесом, оврагами и зарослями какого-то кустарника было уставлено множеством разноцветных палаток, между ними по вытоптанным дорожкам сновали сотни людей.  Четвертой, самой короткой стороной поле примыкало к шоссе, в некотором отдалении от которого виднелись дома. На деревенском пяточке, даже с такого расстояния можно разглядеть автобус омоновцев, что внушало уважение к местной администрации, заботящейся о спокойствии местных жителей на время проведения фестиваля.
Над обычными палатками, в нескольких местах возвышались несколько шатров расписанных логотипами известных пивоваренных компаний, мобильных операторов и каких-то неизвестных брендов.
По разным сторонам поля были раскиданы три небольшие сцены, перед которыми собирались небольшие группы меломанов. Слушали постоянно сменяющих друг друга, неизвестных, но популярных в очень узких кругах музыкантов.
Основную же сцену, где выступали знаменитости, хедлайнеры фестиваля, отсюда было не видно. Располагалась она за лесом, на берегу Волги.
Помимо сцен и пивной атрибутики, видимо непьющие рокеры, или активисты из организаций типа рок против алко-нарко-и-прочего устроили пару вполне приличных площадок для мини-футбола, с воротами завешанными сеткой и даже разметкой и угловыми флажками. Около одной, ближайшей к нашим наблюдателям площадки народу столпилось больше, чем у любой из маленьких сцен. Там раздетые по пояс ребята вели футбольную баталию, не жалея дыхалки.
Одна команда отличалась повышенной патлатостью. Кто-то заплел волосы в косы, чтоб не мешали, кто-то просто перехватил лентой, а голову вратаря украшали такие дреды, что позавидовал бы Сионский Лев.
Волосатым противостояла команда татуированных бритоголовых, среди которых особенно выделялся нападающий с ядовито-рыжей бородой, свисающей до половины груди. Когда «Барбаросса» забил Сионскому Льву, игра остановилась и зрители, выразив свое восхищение редкими аплодисментами стали расходится.
- Ого, какой размах, - проговорила Светлана. – Я себе немного не так представляла.
Грунтовка, ответвляющаяся от асфальтового шоссе, вела к главному входу - парадным воротам фестиваля. Чтобы попасть к палаточному городку, необходимо миновать полицейское оцепление, затем пройти сквозь импровизированный рынок (а как же без торговли на таком людном мероприятии?).
Пятый, юбилейный Ниж-рок, мероприятие для слушателей совершенно бесплатное, поэтому полицейские на постах проверяли только наличие крепкого спиртного, которое проносить было категорически запрещено, а так же осуществляли обычный поиск оружия и веществ запрещенных законодательством.
Кто хотел что-то пронести имел такую возможность, обходя посты, пролезая по оврагам, буеракам и зарослям колючих кустарников. Прячась от патрулей, не только полицейских, но и всяческих активистов.
У женщин не было причин таиться от полиции, они, вместе с капитаном направились по главной дорожке и встали в небольшую очередь на проверку. Люди, прибывшие на личном транспорте, небольшими группами подходили с автостоянки.
- Сумки, рюкзаки открываем. Спиртное, наркотики оружие имеется?
Полицейский раз за разом устало повторял дежурную фразу, не смотря на всю ее бессмысленность. Ну, кто самолично предъявит наркотики и оружие? Здесь даже разрешенные травматы конфисковывали, составляли протокол, и получить игрушку обратно можно было только в УВД Нижовска.
Прошла Светлана, за ней Елена, Нина замешкалась уступив Коротаю. Она пропустила разговор полицейского с капитаном мимо ушей и обратила внимание, что очередь застопорилась только тогда, когда у него стали проверять документы.
Краем уха она расслышала, как разговаривает за спиной только что подошедшая пара.
- Они выборочно паспорта проверяют. Или у тех, кто под описание попадает. У меня брат в органах, - говорил парень девушке, не понятно то ли, хвастаясь, то ли сожалея.
Наконец, наряженный в зеленую обложку, паспорт Коротая исчез в рюкзаке, осмотр Нининой сумки занял ровно пять секунд и группа снова объединилась, чтобы продолжить путь по главной дорожке импровизированного рынка.
Торговали в основном палатками, туристическими аксессуарами, одеждой с символикой фестиваля. Из спиртного разрешено только пиво, зато в изобилии всякая газировка, квас, сладости. Работали палатки с выпечкой, чаем, кофе.
Прочувствовав масштабность мероприятия, женщины, признаться, растерялись. Они настороженно крутили головами, чувствуя себя неуютно в толпе подростков, старались по возможности сторониться пьяных, которых, кстати, было немного. То ли полиция хорошо работала, изолируя буйных, то ли основная масса ребят и девчонок не стремилась в первую очередь напиться и блевать, а радовалась царившей вокруг атмосфере дружелюбия, возможности знакомиться с новыми людьми, делиться впечатлениями, тусоваться. Молодость, лето, музыка - лучшая иллюзии свободы.
Нелегко найти в этой пестрой толпе знакомого человека. Разве что случайно…
Прошли рынок насквозь, прикупили несколько пластиковых бутылок с водой и оказались у футбольной площадки.
Там как раз менялись команды. Вместо колоритных предыдущих ребят, выходили девчонки, самого, что ни на есть обычного вида.
Найдя пустующий от людских волн островок, женщины побросали сумки на землю и уставились на капитана.
- Согласен! Согласен! Самое время для хороших сюрпризов, - солнце палило от души и жара, кажется, проняла наконец-то стойкого капитана. Он вытирал белоснежным платком пот с раскрасневшегося лица. – Что касается размещения… Можно конечно палатку купить, сложить в нее вещи, оставить дежурного, а остальным отправиться на поиски. Как вам идея с палаткой?
Женщины скривили лица. Конечно, изначально они думали о том, что найдя своих благоверных, им придется ночевать почти под открытым небом, отделенным лишь тонким слоем синтетической материи. Но сейчас, даже при том, что купленную палатку легко поставит Коротай, перспектива такого размещения не казалась хорошим сюрпризом.
- Дамы! Вам больше идет улыбаться! Идея с палаткой, разумеется, была шуткой. Я вас настоящим сюрпризом порадую, – Коротай оценивающе разглядывал хмурую компанию. -  Странно, что вы не знаете, а может просто вам на глаза в интернете не попалось. Плохо подготовились, женщины! Так вот! Организаторы, помимо палаточного городка предусмотрели дополнительный вариант приема гостей. Более комфортный. Бизнес-класс, так сказать. Конечно, элемент романтизма несколько блекнет…
- Капитан, не тяните кота за кота. Ему больно.
- Ну, тогда напрямки. За вашей спиной лес, в лесу просека, вдоль которой настроили летних домиков с подведенной водой и электричеством.  Целая туристическая база! Про остальные удобства не знаю, но электрические нагреватели для воды там точно имеются. А это значит…
- Мы согласны, - в один голос проговорили все трое, даже не поинтересовавшись, сколько такой непредвиденный комфорт стоит. Только Светлана продолжила. – Дальше можете не рекламировать, а то можно подумать, что вы у них на проценте. Ведите!
Они обошли стороной футбольную площадку и сцену на которой в этот момент выступала группа с очень колоритной вокалисткой – толстенной девчонкой в майке с надписью «Dianа» на необхватной груди. Она, распевая высоким голосом и колыхаясь многоступенчатой фигурой, бодро вышагивала между щуплыми гитаристами. Из-за качества звука слова были не понятны, а может, пела она по-английски. Разобраться в этом предлагал парень в клетчатой рубашке на распашку, продававший диски «Dianа» по сто рублей, всем кто проходил мимо сцены. На его худосочной, похожей на лунный кратер груди, красовался вытатуированный слон, причудливо запутавшийся в лианах, как в паутине.
Утоптанная дорожка уводила к той части палаточного городка, что примыкала к сосновому лесу. Если с нее свернуть влево, то через некоторое время выйдешь к оврагам, тянувшимся вдоль шоссе.
- Мы от реки удаляемся, как я понимаю? - поделилась своими соображениями Нина.
- А ты думаешь, Вовчик на пляже загорает? – Светлана едва сдерживала накопившееся вместе с перегревом, раздражение.
- Не знаю. Не уверена. Просто почувствовала, что поиск от реки начинать нужно.
- Да ты – экстрасенс… – Света чувствовала, что если не возьмет себя в руки, обязательно сорвется и наговорит гадостей. Волевым усилием она втянула в себя когти черной риторики и заговорила иначе.  - Главная сцена там, а значит там и есть эпицентр этого безумия. Ты права, оттуда и нужно начинать поиски. Но сначала все-таки душ!
Душ! Разве с этим поспоришь. Они обогнули большой шатер, в котором, судя по логотипу, обосновался «Амвросий» и оказались под хвойными лапами.
Дорожка превратилась в тропинку, идя по которой минут через пять они встретили патруль, но не полицейских, а каких-то волонтеров с синими повязками на рукавах.
- Здравствуйте, можем чем-то помочь?
- Подскажите пожалуйста, где тут домики арендовать можно? – по всему видно, что Коротай спрашивает даже не из вежливости, в ответ на приветствие, а только ради самой возможности поговорить. Такой, как он и без языка до Киева дойдет.
- Да вы пришли почти, - ответил самый младший, парнишка лет четырнадцати. – Вон, их и видно уже. Идите по дорожке, затем направо. Второй дом – администрация, там предоплата и оформление.
- Понятно, куда ж без предоплаты. Спасибо.
Разошлись. Через минуту деревья поредели, а под ногами зашуршал гравий. Низкие однотипные домики, точно из фанеры не казались добротными, дунь – повалятся. Ниф-ниф, что ли, строил?
- А, что это там, в конце дороги синеет?
-  Это, Светлана Ивановна, Волга-Волга-Мать родная, Волга – русская река. Тут наверняка и пляж свой, огороженный.
- Хорошее место, сосны, река, – Елена с удовольствием отпустила ручку надоевшей сумки. - Интересно, может еще и кормят? Или на рынок за хот-догами бегать?
- Ленок, проголодалась уже? – Светлана в свою очередь отпустила лямку, и Нинин багаж брякнулся в гравий - Мы сейчас с Романом Валерьевичем поинтересуемся, что к чему, - она сделала капитану приглашающий жест. – Пойдемте вдвоем, на разведку.
Коротай и Светлана скрылись в домике администрации и пробыли там минут пятнадцать.
Елена присела на смешную скамейку, скомпонованную из неотесанных чурбачков, а Нина ходила взад-вперед, погруженная в свои мысли. Чем ближе их встреча с Вовой, тем более беспокойной она становилась. Даже если с ребятами ничего не случилось, что вероятней всего, в добрый исход важного разговора она почти не верила.
Кипящая как самовар, Светлана появилась первой, за ней вышел Коротай.
- Это! Это… За границей с «олл инклюзивом» и то дешевле! Мы капитану должны остались. Со мной в Москве посчитаетесь, я вам чек сейчас предъявлять не буду, упадете. А капитану скинетесь по…
- Ладно, ладно, Светлана Ивановна давайте со мной тоже потом, не прощаемся же. Вот ваши ключи, возьмите.
Коротай держал в руке свой паспорт и пару ключей с деревянными пронумерованными брелоками. Он сверил номера и протянул один Светлане.
Себе он снял домик отдельный, не столько поражая своей индивидуальной платежеспособностью, сколько вызывая гордость за весь российский торговый флот.
- Мое лежбище через два дома от вашего, по той же стороне. Давайте так договоримся: приводим себя в порядок и через двадцать минут, - женщины дважды возмущенно вскидывались, пока время общего сбора не отодвинулось с двадцати минут на час. – Собираемся в конце аллеи в трактире.
- В трактире? – при упоминании заведения, где можно перекусить Елена сразу же оживилась.
- Да, -   Светлана ответила за капитана. – Нам в администрации сказали там у них нечто среднее между рестораном и походной кухней под вывеской «Трактир».
Коротай проводил женщин до двери, исправно исполняя роль носильщика, козырнул, подмигнул и зашагал дальше.
Пока Светлана ковырялась с замком, а Елена стояла у нее над душой, Нина оставалась на дорожке, провожая капитана глазами.
Наконец вошли.
Небольшая прихожая, пустые вешалки, кухня с выключенным холодильником и комната, примерно двадцати квадратных метров, с двумя окнами. Закуток биотуалета – еле протиснешься. Но душ, душ спрятавшейся за кухней, выглядел чистым и опрятным и почти таким же просторным как комната.
- Девчонки, даже не знаю сказать или нет, вы меня за дурочку примите, -  заговорила Нина, когда все чистые и переодетые в свежее нижнее белье развалились на разложенном диване, предварительно застелив его простынями, привезенными из Москвы.
- Говори, говори, мы сейчас все на умных особенно не похожие. Мозги отдыхают, - Светлана разглядывала трещинку на потолке, а Елена закрыла глаза и только хмыкнула в подтвержденье.
- Я насчет капитана. Мне кое-что подозрительным показалось.
- Еще бы не подозрительно, в поезде наплел с три короба, потом и вовсе за нами увязался…
- Я не об этом. Хотя если подумать такое поведение тоже не вполне нормально. Но я еще на другое обратила внимание…
- Говори уже.
- Помните, на входе у него одного документы проверили.
-  Но не арестовали же, - Елена открыла глаза.
- Нет, я понимаю, что может случайно его выбрали из очереди. Но странно не это. Я обратила внимание, что паспорт у него в зеленой обложке. Свет, а когда вы предоплату вносили, тоже ведь паспорта показывали?
- Ну, да. Там что-то типа договоров заключали. Он свой документ в руках держал, когда мы вышли.
- Вот-вот! Я и обратила внимание, когда он наш ключ отдавал, паспорт уже в красной обложке был.
- А ты не путаешь, следопыт? – Елена нагнулась к сумке, пытаясь наугад вытащить крем для рук. Появился скраб для лица, потом зубная паста, потом коробка с прокладками.
- Не знаю, как следопыт, но не дальтоник точно, красное от зеленого отличаю.
- А зачем ему обложки менять? Или… стоп, стоп, стоп. Ты хочешь сказать, что он на посту один паспорт показывал, а здесь другой?
- Я не знаю. Просто делюсь случайными наблюдениями. Но и это еще не всё! Я видела, когда он к своему домику пошагал, то из рюкзака телефон вытащил.
- Вот это серьезное нарушение. За такое прям, посадить могут, надо срочно в полицию сообщать.
- Смех смехом, только зачем ему телефон, раз тут не ловит? А?
- Мало ли, - Елена найдя крем, занялась руками, а Светлана играла с Ниной в словесную перепалку с элементами детектива. – Может он проверить захотел, не появилась ли сеть? Или в записной книжке что-нибудь посмотрел? Или сфотографировать захотел живописное местечко?
- Может быть… Только если хотите знать, он не тот смартфон достал, что я в поезде у него видела, а другую трубку с кнопками и небольшой антенной, на маленькую рацию похожа. Как это вам? И поклясться могу, что он не к тому домику пошел, что через два от нашего, а дальше.
- Тебе бы, Нинок, в следователи идти. А может тебе головку напекло? По дороге без панамок шли. Или у Коротая чай с галлюциногенами. Только очень они выборочно действуют. Даже если твои наблюдения точны, что это значит?
- То, что он шпион, - Елена закрутила тюбик крема, кинула его сверху на сумки и легла снова, выставив руки перед собой. -  ЦРУ! Массад! И эта, как ее, МИ-9, кажется?
- Не знаю какая «ми», но разве это не странно выглядит?
-   Я знаю, кто он, - Светлане понравилось издеваться над Ниной. – Он на западный шоу-бизнес работает, приехал тайно в Нижовск, записать сумасшедшие хиты наших говнорокеров, чтобы потом наплагиатить по-полной.
- Смейтесь, смейтесь, я говорю, что своими глазами видела.
- А что гадать, сейчас встретимся и у него спросим. Сколько, кстати, времени прошло?
- Минут сорок.
- Пойдемте прямо сейчас, лежать скучно уже, - Светлана первой начала одеваться. – Скажем: Роман Валерьевич, Нинка вас вычислила, руки вверх.
Минут через десять женщины вышли на воздух и направились к домику, предположительно арендованному капитаном. Но, ни на стук, ни на мелодичные позывные - «Роман Валерьевич, выходи, подлый трус» - закрытая дверь не реагировала.
Вдруг Нина восторженно заверещала:
- Я же говорила, говорила, смотрите!
Коротай выходил совсем из другой двери, на пару ниф-нифовых строений дальше. И, кроме того, было видно, что дверь за ним кто-то закрыл. Капитан их сперва не увидел, он соскочил своей упругой походкой с крыльца и только тогда огляделся. На его лице за мгновение промелькнуло несколько эмоций, и в итоге застыла деланная улыбка, когда он понял, что замечен в ситуации, которую придется объяснять.
- Роман Валерьевич, - Светлана заговорила первой, когда капитан подошел. – Вы не перестаете удивлять. Вы, за столь короткий промежуток времени с кем-то успели познакомиться? Уж не прекрасная ли лесная нимфа закрывала за вами дверь?
- Светлана Ивановна, я восхищен вашим чувством юмора, остротой выражений и проницательностью. Но вы ошиблись.
- Так что же, вам совсем, совсем нечего нам рассказать? Нина, вот, заметила за вами несколько интересных мелочей…
- И ничего от вас не скроешь, дамы! Как говорится – карты на стол. Так и быть, пойдемте, все вам расскажу.
- И про рацию, и про паспорта? – не удержалась Нина.
- Нина, Светлана Ивановна, Елена Прекрасная, - улыбка Коротая стала шире некуда. – Через минуту вы забудете все, что вас беспокоило последнее время. Жаль настоящий сюрприз не получился… Прошу за мной.
Капитан подмигнул и направился к дому, из которого вышел, призывно помахивая рукой.
Женщины переглянулись – вот ведь история. Неужели капитан – настоящий волшебник и пока они отмывали дорожную пыль, он каким-то невообразимым образом сумел разыскать ребят.
Любопытство взяло верх. Да и чего было опасаться – белый день, птички поют, народ вон ходит. Действительно, периодически из дверей домиков выходили люди – по одному, парами, компаниями, направлялись в сторону «Трактира». Кто–то целеустремленно шел на пляж. Идиллия! Вот только музыка, бабахающая из-за деревьев – единственный раздражающий фактор.
Они двинулись за капитаном.
Коротай достал из кармана ключ, щелкнул замок, дверь открылась.
- Заходите, раз пришли, – он посторонился, пропуская женщин вперед. -  Только вы сами виноваты…
Как загипнотизированные, они вошли в маленькую, пустую прихожую, прошли мимо вешалок с незнакомыми вещами и в комнате увидели нескольких молодых парней с виду непримечательных, но с какими-то мертвыми, холодными глазами.
-  Юрал, используешь их как прикрытие. Живой щит сам пришел, - Коротай заговорил незнакомым, чужим голосом и плотно закрыл выходящую в летний день дверь.