Прижаться спиной к Китаю и США

Первична экономика или вторична при формировании общественных идей? Может показаться, что это вопрос сродни старой дилеммы про курицу и яйцо. Но это не так, ведь нет экономики без социума. Лишь общественные запросы определяют способ хозяйствования. Причем, не выбирают, а именно определяют самим фактом своего существования (в рамках сложившихся условий). Но предположу, что система получения какого-либо продукта труда, обязательно становясь инструментом воздействия на общество, не должна самостоятельно определять процессы этого развития, направления его. Иными словами, нельзя давать рынку все разруливать.


В формуле продажи труда и получении собственником конечной прибыли, главным будет удешевление затрат. Бесконечная доработка «напильником» кем-то полученных результатов. Что очень верно при конвейерном производстве автомобилей или сандалий, но не способствует самим глобальным процессам, способным менять условия существования общества. К примеру, чтобы начать вывозить из Америки ценности, Новый мир нужно было открыть. А это уже общественный запрос. Который должен был преодолеть в своем начале сомнение в его рациональности. Для большинства современников Колумба, отправиться в предлагаемое путешествие – это плыть по соленой воде к смерти от жажды. На его стороне был лишь фатализм моряков, выраженный в английской пословице: «Есть люди живые и мертвые, и те, кто находится в море». Они были готовы рискнуть, но зачем это было всем остальным? Так Лайф Эриксон четырьмя веками ранее высадился в Гренландии. Подвиг они совершили, но в современном для них мире особого применения открытию не нашлось. Просто частный случай…


Для мирового переустройства должны были созреть условия. И понадобилось невероятное мужество одиночек и очень дальновидное решение государства, чтобы обитаемый мир изменился. Колумб и его авантюра – это лишь точка приложения общественных сил и потребностей.
И сегодня на государстве лежит обязанность определять цели и задачи своего дальнейшего развития. Экономика при этом важна, но лишь как инструмент решения неких задач, которые являются ступенями к последующей цели. А цель большинству из нас в этот момент не ясна. Возможно даже большей частью общества цель может оспариваться. Причем, с позиций действующей экономической модели, когда:
- За морем телушка – полушка, да куна перевоз.
Преодолеть эту дилемму помогает авантюризм (тяга к приключениям, способность идти вперед). Для кого-то это даже потребность. Ведь движение наших предков к Тихому океану, на Чукотку, в Америку или «за три моря», сложно объяснить лишь поиском выгод. В нашей истории это часто определялось фразой:
- Не знаешь, что нужно делать? Делай шаг вперед.
В этом тезисе есть некое лукавство. Как правило, мы представляем на что идем. Можем осознать сложность такого выбора. Однако в таком случае последствия бездействия представляются более мучительны чем рискованный выбор. Но за спиной «массовых одиночек» всегда есть общественный запрос. Как случайность считается неосознанной необходимостью, так и носители неких важных для общества идей начинают движение до их внятной формулировки. Сама «плита» еще не пришла в движение, но «мурашки» уже побежали.
Вот такой ощущение сегодня появляется. Когда, с большой долей вероятности государство делает свой «шаг» в сторону Дальнего Востока. Говорили об этом десятилетиями, но «мурашки» не бежали… 


Все эти годы, эксперты говорили о проблеме трудовых ресурсов. Тема важнейшая, но - это всегда следствие. Главная проблема северных и дальневосточных территорий России - это не отсутствие рук. Проблема в минимальном постоянном населении. Оно недостаточное для таких просторов (и запасов в них сохраненных). Землю за государством закрепляет не казак или служилый человек-первопроходец. Земля освоена, когда она распахана, когда на ней появились города, заводы. Так восточные территории осваивались во времена Российской Империи, потом они заселялись при Советской России. А далее у нас получилась длительная пауза с серьезным оттоком населения. В сложный для страны период возобладал «экономический» подход (когда рынок все разруливает). В финале такого подхода есть набор довольных лиц за пределами Отечества и ржавые рельсы в тундре. Государство и общество в таких условиях благ не приобретают. 
Пока можно было просто «качать, пилить и копать», экономика диктовала вахтовый способ работ. И с этим диктатом «квалифицированные эксперты» с легкостью соглашались, замещая мнение государства (выражающего интересы общества) на конкретном временном отрезке.


Но как только страна оказалась в полосе длительного конфликта, с возможным его расширением, старые правила перестали работать. Как тут не вспомнить рыночный тезис «кризис – это время возможностей». Есть в нем правда, но по-разному понимаемая. В старых вестернах при массовых стрельбах в городе, попадается персонаж гробовщика, который доволен обилием работы. Это все, что стоит помнить про правило «рынок все разрулит». В нашем случае, кризис является предупреждающим сигналом к повороту.


Когда-то наши предки начали рывок к новому технологическому укладу, обосновав его коротко: «Иначе нас раздавят». Благодаря этому, вы выстояли и победили. Когда Иосиф Сталин подписывал в 1940 году серию указов о трудовых резервах и ответственности за качество, он уже знал куда будут перебрасываться заводы из западных областей СССР. Это была лишь видимая населением часть айсберга. Но безусловно – это был ответ государства на запрос общества о защите.   
Есть впечатление, что сейчас мы вновь оказываемся в схожих условиях. Мы видим трубы в Китай, вторую ветку БАМа, активную работу России в Азии, но оцениваем их с позиций уже ушедшей эпохи. А нам вновь нужно не только перебросить промышленность, но перейти к новому технологическому укладу. Кстати, об этом глава государства твердит не первое десятилетие. Государству в рамках этого технологического уклада нужно создавать современные отрасли, способные заместить потребности общества в защите. Импортозамещение – это уже не вопрос экономики…
Куда перевозить, где создавать? В местах массового залегания актуальных полезных ископаемых и там, где наша территория естественным способом защищена спиной соседа. И где нет дефицита энергетики.

Все это осознают давно, но видимо тема контроля над Северным морским путем стала неким триггером изменения дискуссии о способах освоения севера страны, ее восточных земель. Сам Севморпуть – это еще экономика. Он интересен пока все живут в мире. Ведь при текущем конфликте он может действовать лишь в рамках внутренней экономики страны. А вот территории, которые желают контролировать наши соседи, это уже социум. Угроза ему (нам). Вспомним, что право на землю обеспечивает человек на ней закрепившийся: построивший дом, посадивший дерево и оставивший потомство. Следовательно, для защиты нашего государства, нужно создать социальную инфраструктуру, способную обслуживать, развивать и защищать новые промышленные центры России. Сегодня Север – центр государства. И такое созидание становится главным условием защиты всей территории страны.


Визуально, при агрессивном поведении Европы мы стараемся «прижаться» спиной к Китаю и США. Видимо развитие Дальнего Востока и Сибири должно рассматриваться нашими современными противниками как очень тревожный звонок. Их угрозы наше государство наконец приняло к сведению и начало действовать в рамках вероятности. А значит внутренние критерии эффективности у России становятся совсем иными.