Города Израиля. Пкиин

Города Израиля. Пкиин

Александр Аит

В Пкиине я бывал проездом. Для знакомства с таким местом этого, конечно, мало. Здесь легко миновать самое существенное: оно редко бывает заметно с дороги. За названием на указателе скрываются семейные истории, старые религиозные предания и следы людей, живших задолго до появления знакомых нам народов и государств. Поэтому этот рассказ приходится строить из нескольких источников, каждый из которых открывает свой Пкиин.
В серии «Города Израиля» ему принадлежит особое место. Пкиин сохраняет характер старого галилейского селения, хотя привычное противопоставление города и деревни мало помогает понять его значение. Поселение может быть небольшим, а вопросы, которые возникают при знакомстве с ним, занимать целую библиотеку. Кто жил здесь прежде? Что означает семейное предание о двух тысячах лет на одной земле? Как меняется жизнь вокруг древнего источника? И сколько прошлого способна удержать одна человеческая судьба?
На иврите это Пкиин, на арабском Букеа, или аль-Букайа. Он расположен в Верхней Галилее, у юго-западной части горного массива Мерон. Друзский Высший религиозный совет связывает арабское название с небольшой впадиной среди гор и перечисляет местные источники, в том числе Айн-аль-Балад. Уже эти подробности возвращают рассказ из области красивых обобщений к устройству местности: вода, склон, участок земли, возможность вырастить урожай.
Вода задаёт селению собственную геометрию. У источника появляется площадь, к ней сходятся человеческие маршруты, вокруг складывается повседневная жизнь. Пкиинский источник находится в старом центре. Сады, виноградники и обработанные склоны напоминают о сельскохозяйственном основании местной истории. Оливковое масло получило здесь и другое применение: Пкиин известен мыловарением, в частности предприятием Джамилы, выросшим из домашнего ремесла. В подобных занятиях важны опыт конкретной семьи, её труд и находчивость.
Друзская местная традиция сохранила рассказ о камне для маслобойни. Старый камень разбился, и каменотёс отправился вырубать новый. Первая попытка закончилась неудачей; следующий камень повредили при перевозке. Когда наконец удалось изготовить замену, у людей уже не хватало сил поднять её к маслобойне. Тогда, по преданию, позвали шейха Салеха Абу Млиха, и с его помощью тяжёлую работу удалось завершить. В этой истории вера соединена с весьма земной заботой: урожай собран, масло нужно отжать, а без исправного камня дело стоит. Так рядом с известными паломническими сюжетами обнаруживается память о ремесленниках, общем усилии и сезонной работе, от которой зависело благополучие деревни. География и местные предания Букеа.
В истории старого Пкиина соседствуют друзы, христиане, мусульмане и евреи. Само перечисление ещё ничего не говорит о том, как складывались отношения между людьми в разные годы. Оно лишь подсказывает, насколько неполной окажется история, рассказанная от имени одной общины. При этом старый Пкиин следует отличать от соседнего Пкиин-Хадаша, Нового Пкиина: близкие названия обозначают разные населённые пункты. Источник, ремёсла и ориентиры старого Пкиина.
О прошлом здесь часто начинают говорить у синагоги. Нынешнее здание относится к 1873 году. В его кладку включены древние резные камни с еврейскими символами: менорой, шофаром, лулавом, изображением, которое связывают со шкафом для свитков Торы. Эти фрагменты относят к поздней античности. Они значительно старше самого здания и свидетельствуют о еврейской религиозной жизни в этой местности.
В 2017 году, во время работ рядом с синагогой, обнаружили известняковую капитель с двумя древнееврейскими надписями. Управление древностей Израиля предварительно оценило её возраст примерно в 1800 лет и сообщило, что тексты, по-видимому, посвящены жертвователям синагоги. В первых публикациях исследователи подчёркивали, что находка ещё изучается. Даже такой небольшой предмет способен изменить представление о поселении, но для этого необходимы чтение надписи, датировка и понимание её первоначального места. Сообщение о капители и древних рельефах.
Резной камень переживает здание, для которого его изготовили. Его могут перенести, использовать повторно, спрятать под новой кладкой, случайно обнаружить через столетия. С людьми всё сложнее. Их присутствие оставляет следы в письмах, списках жителей, семейных рассказах; иногда эти свидетельства обрываются. Поэтому археологическая древность и непрерывная родословная требуют разных доказательств. Свести их в одну уверенную фразу очень соблазнительно, особенно когда она хорошо звучит в путеводителе.
Еврейское предание Пкиина говорит о семьях, оставшихся в стране после разрушения Второго храма. Оно обладает огромной силой для тех, кто через него понимает собственное происхождение. Историческая проверка каждого поколения за две тысячи лет, однако, остаётся отдельной задачей. А документированная история XX века содержит вполне определённые разрывы.
Материалы Национальной библиотеки Израиля рассказывают, что в июле 1938 года, во время арабского восстания, на селение напали повстанцы. Еврейским жителям помогли спастись друзские соседи. Позднее британские власти эвакуировали семь еврейских семей. В 1940 году Йосеф Зинати вернулся с женой и детьми; к концу лета 1941 года из вернувшихся осталась только его семья. Ицхак Бен-Цви, будущий президент Израиля, поддерживал с ней связь и помогал ей. Архивная история Бен-Цви и евреев Пкиина.
В этой последовательности особенно весомо слово «вернулся». За ним стоят оставленный дом, необходимость заново устраивать хозяйство и решение связать дальнейшую жизнь с местом, из которого пришлось уехать. Архив сообщает даты и фамилии, но позволяет почувствовать масштаб такого решения без вымышленных разговоров и эффектных сцен. Возвращение семьи Зинати стало одной из причин, по которым еврейская история Пкиина сохранила человеческое лицо.
С этой семьёй связано имя Маргалит Зинати, много лет посвятившей сохранению синагоги и памяти местной общины. Центр «Бейт-Зинати» рассказывает историю её семьи через домашние вещи, фильм и театральное представление, в котором она участвовала. Такая форма памяти особенно выразительна: большая история получает размеры комнаты, семейного предмета, рассказа о родителях. Посетителю предлагают познакомиться с жизнью людей, чьи имена иначе могли бы остаться только в архивной описи.
У самого центра есть характерная подробность биографии. Помещение, которое Маргалит называла домом Рахели Янаит, десятилетиями служило складом. Подготовка к открытию потребовала разбирать накопленные вещи, очищать комнаты, возвращать пространству новое назначение. Работа с наследием начинается именно с таких действий: решить, что перед тобой, понять, кому это принадлежало, и сохранить возможность рассказать об этом дальше. История центра «Бейт-Зинати».
Другой вход в жизнь общины даёт школьная история. В 1922–1923 учебном году в еврейской школе Пкиина числились двадцать два ученика: тринадцать мальчиков и девять девочек. Среди предметов были религиозные дисциплины, иврит, арифметика, география, рисование, гимнастика, английский и арабский языки. Школьное здание возвели в 1926 году по инициативе Еврейского агентства и Ицхака Бен-Цви. Сохранился учительский журнал 1936 года с именами детей, отметками посещаемости и причинами отсутствия. Школа работала до ухода евреев в 1938 году. Школа Пкиина и её учебные записи.
Этот перечень предметов многое добавляет к привычному образу древнего селения. Рядом с изучением священных текстов стояли иностранные языки и география. Дети учились понимать мир, который был гораздо шире окружающих гор. За сухими цифрами школьного списка можно различить обычную заботу родителей о будущем и труд учителя, которому каждый день предстояло собрать класс. История становится ближе, когда в ней появляются тетради, уроки и пропущенные занятия.
Есть у Пкиина и пещера, которую местная традиция связывает с рабби Шимоном бар Йохаем и его сыном Элазаром. В талмудическом рассказе они скрываются от римских властей, живут благодаря чудесно появившимся рожковому дереву и источнику и посвящают годы учению. Привязку этого рассказа к конкретной пещере следует понимать именно как традицию: сам древний сюжет не заменяет археологического доказательства адреса.
Особенно примечательно продолжение истории. Выйдя из укрытия, мудрецы видят людей, занятых пахотой и посевом, и сурово осуждают их привязанность к повседневному труду. Небесный голос велит им вернуться в пещеру. В рассказе появляется ещё один год, необходимый для перемены взгляда на человеческую жизнь. Для галилейского селения с его садами и земледельцами такое продолжение звучит очень уместно: поле, которое нужно обработать, тоже требует внимания. Талмудический рассказ о пещере, «Шаббат», 33б.
Другая пещера возле Пкиина ведёт в гораздо более глубокое прошлое. Её обнаружили в 1995 году при дорожных работах. Это погребальная пещера медно-каменного века, использовавшаяся примерно в 4500–3900 годах до нашей эры. В ней нашли более двухсот оссуариев и сосудов, приспособленных для хранения останков; некоторые украшены человеческими чертами. По оценке исследователей, здесь могли быть погребены до шестисот человек.
В 2018 году международная научная группа опубликовала анализ древней ДНК двадцати двух людей из этой пещеры. Результаты указывают на смешанное происхождение исследованного населения и связи с древними группами Леванта, Анатолии и области нынешнего Ирана. Современные этнические названия к этим людям неприменимы. Исследование помогает понять перемещения населения за тысячелетия до привычной письменной истории края. Исследование погребальной пещеры и древней ДНК.
Между этими погребениями, античными резными камнями и школьным журналом лежат огромные промежутки времени. Соединять их приходится осторожно. И всё же рядом они дают редкое ощущение глубины человеческого присутствия: здесь хоронили близких, обрабатывали землю, учили детей, уходили и возвращались. У каждого времени были собственные обстоятельства и собственные люди, которым ещё не было известно, какую историю о них станут рассказывать потом.
Пкиин нельзя исчерпать перечнем достопримечательностей. Источник помогает понять устройство селения, синагога приводит к археологии, семейный дом открывает историю возвращения, школьная запись называет ребёнка по имени. Мой проезд через Пкиин остаётся коротким личным эпизодом. Рассказ о нём потребовал гораздо более долгого пути: через предания, документы и научные исследования. Именно этот путь позволяет увидеть за знакомым названием место, где прошлое сохранилось во множестве разных, порой очень небольших свидетельств.