Города Израиля. Гедера

Города Израиля. Гедера

Александр Аит

Гедеру я проезжал. У такого знакомства есть свой масштаб: название уже связано с дорогой, а подробная история места ещё остаётся за пределами поездки. Между тем у Гедеры есть замечательное свойство: её прошлое можно рассказывать через вещи вполне домашние. Скамью, на которой спали. Крышу, которую торопились закончить. Письмо с просьбой помочь продать виноград. Дом, где нашлось место и семье, и общественному залу.
Уточним только одну административную деталь. В серии «Города Израиля» Гедера занимает своё место, хотя официально остаётся населённым пунктом со статусом местного совета. А в собственной исторической биографии она прежде всего мошава, земледельческая колония. Датой её основания считается 14 декабря 1884 года, второй день Хануки. Эту дату приводит муниципальная хронология Гедеры.
От Харькова до собственной земли
Слово «БИЛУ» встречается в истории Гедеры постоянно. За четырьмя буквами стоит библейское «Дом Иакова! Придите, и пойдём…». Это название движения молодых евреев, возникшего в Харькове в 1882 году. Тогда город входил в Российскую империю; сегодня это украинский Харьков. Такое уточнение помогает не превращать историческую географию в современную политическую карту.
Погромы 1881 года стали для этих молодых людей переломом. Участники движения связывали будущее с переселением в Эрец-Исраэль, сельскохозяйственным трудом, взаимопомощью и равенством. В первой прибывшей группе было четырнадцать человек; они работали и учились земледелию в Микве-Исраэль. Гедера появилась двумя годами позже. Так излагает историю движения образовательный центр МАТАХ.
В этой последовательности важны именно два года. Между решением уехать и основанием поселения лежали работа, попытки устроиться и необходимость приобрести навыки. Земледелие нельзя освоить одним заявлением о намерениях. У человека могут быть ясные взгляды на будущее народа и весьма приблизительное представление о том, как получить следующий урожай.
Здесь возникает человеческий масштаб большого исторического движения. В учебнике достаточно написать: «Основана колония». Для её жителей за этой фразой стояли вопросы ближайшего вечера: где спать, откуда принести воду, чем накормить животное и кто останется дома, пока остальные работают.
Двадцать пять квадратных метров
Один из основателей Гедеры, Дов Лейбович, оставил подробный рассказ о первых годах. Его воспоминания позволяют войти в раннюю Гедеру почти по хозяйственной описи. Деревянный дом размером пять на пять метров служил одновременно жильём и складом. Вдоль трёх стен стояли широкие самодельные скамьи. У четвёртой, возле двери, находилось место для приготовления пищи, а посередине помещался большой стол.
Для прохода оставалась узкая полоска. Вошедшему приходилось сразу занимать место на скамье: свободно разгуливать по комнате было негде. Самая обыкновенная возможность пройти от окна к двери, никого не потревожив, здесь уже выглядела бы роскошью.
Хозяйство сначала было общим. Каждый по очереди оставался готовить, убирать и кормить осла, а ночью нёс караул. Покупной хлеб приходилось доставлять из Ришон-ле-Циона. Позднее поселенцы устроили собственную печь в углублении возле жилья и стали печь сами. Об этих подробностях рассказывает сам Лейбович в истории основания Гедеры, опубликованной проектом «Бен-Йехуда».
У такого рассказа особая убедительность. Общие деньги и общая кухня быстро превращают убеждения в ежедневную проверку характера. Одно дело соглашаться с равенством на собрании, другое — выполнять свою очередь после тяжёлой работы. В тесной комнате невозможно надолго скрыть ни усталость, ни раздражение, ни готовность помочь соседу.
Крыша над ямой
Среди памятных мест Гедеры есть «бор ха-билуим», яма билуйцев. Название звучит загадочно, однако её первоначальное назначение было вполне хозяйственным: требовалось укрытие для лошадей. Строительство сталкивалось с ограничениями османских властей, а рабочим животным нужно было где-то находиться уже сейчас.
У Лейбовича изложена целая история этой конюшни. Поселенцам помогал Авраам Мояль, деятель «Ховевей Цион» из Яффы. Первое выкопанное углубление засыпали прибывшие представители власти и жители соседней деревни. После нового обращения к Моялю работу возобновили. Копали ночью, затем быстро установили крышу. На этот раз сооружение не разрушили; позднее последовали разбирательство и денежный штраф.
В популярных пересказах этот эпизод нередко сводится к удобному правилу: готовую крышу нельзя снести. В воспоминаниях всё сложнее. Там есть чиновники, переговоры, риск и наказание. Перед нами свидетельство участника о том, как удалось сохранить конкретную постройку; делать из него универсальную формулу османского законодательства было бы слишком смело.
О неудачах Лейбович пишет столь же предметно. Поселенцы запоздали с севом и получили слабый урожай. Купленные через посредников саженцы маслин оказались недостаточно свежими, и большинство не прижилось. Эти признания делают его рассказ особенно ценным: в нём сохранились и собственная неопытность, и цена ошибок. Людям приходилось учиться там, где неудачный урок означал потерю денег, труда и целого сельскохозяйственного сезона.
Со временем часть пристройки к конюшне приспособили для жилья. Это тоже сообщает Лейбович. Потребности росли быстрее, чем возможности строить: появлялись новые жители, приезжали семьи, требовались дополнительные помещения. Позднейшая достопримечательность была для них решением самой насущной жилищной проблемы.
Рядом жила Катра
У этой истории была и другая сторона. Гедера возникла возле палестинской арабской деревни Катра. Земля вокруг имела владельцев, арендаторов, прежние обязательства и людей, чьё существование зависело от её обработки.
Историк Юваль Бен-Бассат, работающий с османскими документами, объясняет подоплёку местных столкновений. Часть земель Катры была потеряна жителями из-за долгов и перешла к французскому посреднику, а затем была продана еврейским покупателям. При этом крестьяне продолжали обрабатывать участки как арендаторы и воспринимать их как свои. Возникновение Гедеры меняло сложившийся порядок землепользования. Это обстоятельство исследователь разбирает в работе об османской Палестине и национальных исторических нарративах.
Поэтому рассказы о повреждённых полях, спорном выпасе и конфликтах у колодца требуют более широкого контекста. Для новых поселенцев покупка означала возможность начать собственное хозяйство. Для прежних землепользователей перемены могли означать потерю средств к существованию. За одним участком стояли разные ожидания и разная память.
В мае 1948 года Катра была занята силами бригады «Гивати» и обезлюдела. Энциклопедия PalQuest Института палестинских исследований, ссылаясь на Бенни Морриса, описывает уход жителей под давлением либо по приказу. Деревенская община перестала существовать на прежнем месте. История и источники собраны в статье о Катре.
Гедера и Катра принадлежат одной местной географии. Рассказ об основании еврейского поселения и рассказ об утрате палестинской деревни позволяют увидеть, насколько по-разному одна территория входит в семейную память.
Виноград, который нужно продать
Есть документ, возвращающий нас из больших исторических споров к трудностям одного хозяйственного сезона. В Национальной библиотеке Израиля хранится письмо жителей Гедеры, датированное девятым числом месяца хешван 5654 года, то есть 1893 годом. Подписавшие его просят помочь решить проблему сбыта и перевозки винного винограда.
Эта просьба многое объясняет. Вырастить урожай недостаточно. Его нужно вовремя вывезти, доставить покупателю и получить деньги, на которые можно продолжать работу. Между виноградником и доходом лежат расходы, транспорт и чужие решения. Даже хороший урожай не избавляет земледельца от зависимости.
Среди подписей стоят фамилии Лейбовича, Цукермана, Свердлова, Фукса, Хазанова и других жителей. Люди, которых позднее будут вспоминать как основателей, здесь выступают просителями по конкретному деловому вопросу. У письма есть ещё одна выразительная подробность: в почтовом адресе фигурирует название Kolonie Katra. Соседний арабский топоним входил и в практическую географию еврейского поселения. Описание документа и перечень подписантов доступны в каталоге Национальной библиотеки.
В таком письме слышен будничный голос Гедеры. До юбилейных речей ещё далеко, нужно разобраться с виноградом. Именно из подобных задач и складывалась устойчивость поселения: не один раз совершить решительный поступок, а затем много лет поддерживать хозяйство в рабочем состоянии.
Дом, рассчитанный на соседей
Другая стадия этой жизни воплощена в доме Минца. Он был построен в 1924 году супругами Моше и Рахель Минц. Часть здания с самого начала предназначалась для общественных нужд, служила народным домом. Частное жильё включало пространство, куда могли приходить другие жители.
После смерти супругов здание неоднократно меняло назначение. Во время Войны за независимость здесь действовал госпиталь, позднее размещались детский сад и местный совет. В 1985 году дом стал музеем истории Гедеры и билуйцев. Эти сведения приводит местный совет на странице музея.
У здания получилась биография, связанная почти со всеми возрастами человеческой жизни. В одни годы сюда приходили за помощью, в другие приводили детей, решали местные дела, а затем стали приходить за рассказом о прошлом. Смена функций сохранила за домом общественную роль.
Между первым общим жилищем и домом Минца прошло сорок лет. Этот промежуток можно измерить не только календарём. Сначала несколько человек едва размещались вокруг одного стола. Потом у общины появилось здание, часть которого специально отвели для совместной жизни за пределами семьи.
Кто ещё создавал Гедеру
История поселения продолжалась с каждой новой группой жителей. В 1912 году сюда прибыли евреи из Йемена. Первое обустройство оказалось тяжёлым: временная работа, тесное непрочное жильё, нехватка бытовых условий. Краеведческая энциклопедия отмечает, что к 1924 году участники той ранней волны покинули мошаву. Это важное уточнение к праздничному слову «приём»: присутствие новоприбывших ещё не означало удачного устройства их жизни. Подробности приведены в энциклопедической статье о Гедере.
Современный пример другой работы с переселенческим опытом даёт организация «Хаверим ба-тева», Friends by Nature, действующая с 2005 года. Её деятельность связана с культурой выходцев из Эфиопии, общественным земледелием и общением поколений. У организации, базирующейся в Гедере, есть программы общественных садов и социального туризма «Бейт Амбуса». Она описывает их на своём официальном сайте.
В этой работе есть ясный человеческий смысл. Знания, привезённые человеком из другой страны, могут оказаться востребованы на новом месте. Умение обращаться с землёй, выращивать растения, поддерживать соседские отношения становится основанием для участия в общей жизни. Старшее поколение получает возможность передавать опыт, а младшее — узнавать семейную культуру через совместное дело.
Так в биографии Гедеры снова появляется земля. Для билуйцев работа на ней была частью задуманного будущего. Для участников современных общественных садов она помогает сохранять связи между людьми и поколениями. Между этими историями большая дистанция, разные обстоятельства и разные судьбы. Их соединяет вполне осязаемый труд, который невозможно выполнить одними красивыми словами.
У названия на дороге постепенно возникает объём: общий стол, конюшня, виноградники, исчезнувшая соседняя деревня, общественный дом и сад. Всё это Гедера. Поселение, чью историю можно читать в масштабе страны, но понимать лучше всего через жизнь отдельных людей.