Где похоронены декабристы

     Где похоронены пятеро казнённых декабристов и почему их могилу не могут найти 200 лет
          Из интернета
1 октября
1277

Утром после казни извозчику велели приехать в Петропавловскую крепость ещё раз, как только стемнеет. Ночью он повёз оттуда накрытую холстом телегу к Васильевскому острову, но дальше Тучкова моста его не пустили.

Навстречу из караульной будки вышли солдаты с оружием, вожжи взяли себе, а самого извозчика усадили на своё место в будку. Телегу пригнали обратно только через несколько часов, уже порожней. С извозчиком расплатились и отправили его восвояси.

В телеге лежали тела пятерых руководителей восстания на Сенатской площади: Павел Пестель, Кондратий Рылеев, Сергей Муравьёв-Апостол, Михаил Бестужев-Рюмин и Пётр Каховский.
     Этим летом с их казни прошло 200 лет. Могилу за эти годы пытались отыскать дети и внуки казнённых, полиция, учёные комиссии, журналисты и пушкинисты, но показать её не может никто и сегодня.
Почему тела спрятали

Казнь по приказу полагалось закончить к 4 часам утра. Сорвала этот срок подвода со столбом для виселицы: она потерялась в ночных улицах. Осуждённых уже вывели, а плотники всё ещё не закончили работу.

К концу казни совсем рассвело, у крепости набралась толпа. Вывозить тела при свете дня не стали, и телега с ними до ночи простояла в пустом, полуразрушенном здании училища торгового мореплавани
     Семьи не получили даже тел. Так решил сам Николай I: могила, к которой можно прийти, грозила превратиться в место поклонения, а родня, чего доброго, выкопала бы покойных и отпела по-христиански.

Когда сестра Муравьёва-Апостола попросила вернуть ей брата для похорон, император отказал наотрез.

Гробов, по большинству рассказов, не было вовсе: всех пятерых положили в общую яму и засыпали негашёной известью, чтобы от тел ничего не осталось.

В записках жены декабриста Сергея Волконского картина другая: тела будто бы уложили в два больших ящика, доверху засыпанных той же известью.
Что знали современники

Вслух о месте похорон никто не объявлял, и по Петербургу поползли пересуды. Барон Розен, получивший приговор по тому же делу, пересказал в мемуарах целых три версии.
      По одной, могилу вырыли у воды на Голодае.

По другой, тела далеко не возили и закопали с известью во рву крепости, рядом с виселицей.

По третьей, их ночью переправили на лодке к Гутуеву острову, завернув в рогожи.

Был и слух, что никакой могилы нет вовсе: лодки вышли на взморье, и тела отправили на дно, привязав к ним камни.

Похоронами распоряжался начальник петербургской полиции, обер-полицмейстер Княжнин. По его словам, телегу отправили к "далёким скалистым берегам Финского залива", а всех пятерых опустили в одну общую яму среди кустов у самой воды.

Только скал в устье Невы нет, а Лахта на берегу залива и та была для телеги слишком далеко: за одну ночь туда не добраться и не успеть ещё похоронить.

Большинство очевидцев всё же указывали на Голодай. Этот низкий остров, который то и дело уходил под воду, лежит севернее Васильевского, сразу за Смоленским кладбищем. Государственных преступников закапывали там ещё при Петре, а заодно туда свозили павшую скотину.
      Один из декабристов, отбывавших каторгу в Сибири, вспоминал, что у могилы выставили часовых, чтобы никого не подпускать, и как раз из-за караула люди потянулись туда толпами. Мелкий полицейский чин, который сам шёл ночью за телегой, называл и срок: часовые стерегли это место 4 месяца.

Родные в первые годы дорогу знали. Вдова Рылеева приходила туда часто и брала с собой девочку 8 лет, которая через много лет описала эти походы. Креста над могилой не было.
      Вдова сама принесла туда булыжники, сложила из них небольшую горку и воткнула между камнями траву и полевые цветы. Прохожий на такую кучку и не взглянул бы, а они узнавали её ещё издали.

Дома у девочки шептались, что для вдовы сделали исключение и позволили ей похоронить мужа самой, но с условием: ни креста, ни какой-либо приметы. Было ли такое разрешение на самом деле, до сих пор неясно.

Художник Лев Жемчужников в начале 50-х годов позапрошлого века гулял возле Смоленского кладбища и за его рощами ещё различал маленький холмик над телами казнённых, а годы спустя сделал к воспоминаниям сноску: теперь холмика нет и в помине.

Наводнения раз за разом размывали берег. Родственники казнённых один за другим ушли из жизни, и могилу потеряли.
      Пять гробов на Голодае

О могиле вспомнили уже после того, как Александр II амнистировал декабристов. Петербургский генерал-губернатор расспросил жителей Голодая, нашлись люди, готовые показать место, и по его приказу полиция взялась за лопаты.

Из земли подняли 5 скелетов, место обнесли оградой. Только копали на участке, где хоронили самоубийц и прочих, кого церковь отказывалась отпевать.

В начале XX века на Голодае начали возводить жилой квартал "Новый Петербург". Итальянец, стоявший во главе проекта, наслушался, что где-то под стройкой лежат декабристы, и взялся искать сам, но полиция раскопки запретила.

Летом 1917 года на месте стройки прокладывали водопровод. В траншее показался гроб, потом ещё 4, лежавшие с ним в общей яме. Всего 5, столько же, сколько было повешенных.

Лучше других сохранился богатый гроб на деревянных ножках в форме львиных лап, когда-то затянутый парчой. Внутри лежал скелет, на котором уцелел офицерский мундир александровской эпохи.

Всего по обрывкам одежды насчитали троих военных и двоих штатских, и это тоже сходилось с составом казнённых. Петроградские газеты тут же разнесли новость, что могила декабристов найдена. Кости собрали в самый целый из гробов и отвезли в покойницкую при Смоленском кладбище: их собирались передать Академии наук, а после изучения похоронить с почестями
      Сомневающиеся напомнили, что мундиры с осуждённых сгорели в костре ещё до казни, а на эшафот все пятеро поднялись в длинных белых рубахах, значит, лечь в землю в форме они не могли.

Кожаные полоски, в которых поначалу увидели ремни для связанных рук, оказались обрывками обычных сапог, от них остались даже каблуки.

Спор решили накануне столетия казни. Все 8 лет после находки кости хранились в подвале Зимнего дворца, который тогда занимал Музей революции, и их передали врачам из Военно-медицинской академии.

Людей, как выяснилось, было не пять, а четыре, причём взрослых среди них только трое, а четвёртому было от 12 до 15 лет. Специалист по военной форме разобрался и с мундиром из "гроба Пестеля": его носил офицер лейб-гвардии Финляндского полка, а сшит он по образцу 1829-1855 годов, то есть уже после казни.

На том же месте тогда заложили новые раскопы и нашли ещё несколько гробов, а один скелет лежал вовсе без гроба. Здесь просто было старое кладбище.

Комиссия, которая вела эти поиски, записала, что найденные останки "не могут принадлежать казнённым декабристам". Однако в 1926 году, в столетнюю годовщину, Голодай получил новое имя, остров Декабристов, а над местом находки положили памятный камень.

Обелиск на нём появился перед Великой Отечественной, скромный, 3 м чёрного гранита, хотя архитектор поначалу рисовал 23-метровый обелиск над усыпальницей. К нему и сегодня несут цветы
      Раскопки на заводе "Алмаз"

Искать мешает и сама карта: берег за 200 лет стал другим. Севернее Голодая раньше вытягивалась в залив длинная коса, которую протоки резали на крохотные островки, среди них был Гоноропуло.

Со временем протоки исчезли и островки приросли к Голодаю, а с 1957 года западную часть Васильевского острова стали наращивать намытым грунтом. Обелиск, который когда-то стоял у самой кромки воды, оказался посреди парка.

Анна Ахматова была уверена, что Пушкин разыскал могилу казнённых друзей, побывал у неё и спрятал дорогу туда в своих вещах, например в строках о малом острове у взморья, куда иногда причаливает рыбак сварить себе ужин. Историки возразили: если заранее знать ответ, подходящие строчки отыщутся в чём угодно у Пушкина.

Петербургский поэт и исследователь Пушкина Андрей Чернов в конце 80-х взял пушкинские черновики и стал сличать их со старыми планами Петербурга. На полях там попадались скалистые обрывы, кусты, сломанное дерево под скалой, лачуга рыбака, а на Голодае такого пейзажа не было.

Совпадение нашлось на соседнем островке Гоноропуло: возле него на плане 1828 года подписана "Избушка рыбаков", и другой такой избушки на Голодае не было. Эксперты подтвердили, что рисунки срисованы именно с этой местности.

А на одном листе Пушкина ультрафиолет высветил строчку, написанную невидимыми чернилами. Чернов разобрал в ней дату похорон и первые буквы названия острова, хотя другие пушкинисты читают её по-другому.

Проверять догадку поехала экспедиция журнала "Огонёк". Место, куда вели рисунки, оказалось за забором военного судостроительного завода "Алмаз", и около 50 скважин бурили прямо на его территории.

В одной точке, в 5-6 м под землёй, анализы показали кальций, фосфор и магний в количествах, каких в обычном грунте не бывает. Раскопки там же подняли на свет пуговицу с военного мундира и гашёную известь.

Сегодняшние методы анализа могли бы разом подтвердить или опровергнуть эту версию, но на завод посторонних не пускают. Памятную стелу поставили прямо на заводе, снаружи её не увидеть, а теперь над ним тянется эстакада новой магистрали.

Бесспорно известно только одно место в этой истории, кронверк Петропавловской крепости, где стояла виселица. Когда там копали в середине 70-х, из земли достали изъеденные ржавчиной кандалы и сгнивший обломок столба.
На этом месте стоит обелиск, и каждый год в день казни к нему приносят цветы потомки декабристов.


Дочь казнённого декабриста
Маленькую Настю строго-настрого предупредили: никто и никогда не должен знать в стенах института, кто она, как ее фамилия, кем был ее отец. Девочка испуганно кивнула... Его жена не добивалась разрешения последовать за мужем в Сибирь, ей не пришлось бросать ребенка. Ехать было не к кому, Кондратий Рылеев был одним из пяти приговоренных. Наталья Михайловна Тевяшева, дочь небогатого провинциального Воронежского помещика, говоря 22 января 1820 года "да" своему жениху, совершенно не думала, что через пять лет его уведут из дома навсегда...