Незнайка 5

Глава 5
О Снежане Июльевне, о любви и о драке с Сиропчиком.


Рано утром всех коротышек разбудил телефонный звонок. К телефону подошёл Знайка, взял трубку, послушал и позвал Пилюлькина:
– Тебя, Пилюлькин! Из больницы звонят, говорят, Сиропчик бузит, ананасовый сироп требует.
– Сейчас я ему пропишу ананасовый сироп! – сказал Пилюлькин и стал одеваться.
Незнайка Сиропчика не боялся, но и начинать утро с неприятностей ему не хотелось. Поэтому Незнайка тоже быстренько встал с кровати.
– Пойду-ка я сегодня в школу пораньше, – сказал он. – А то домашнее задание не учил. Спрошу у Снежаны Июльевны да прочитаю перед уроками.
Умылся, попил компота на кухне и был таков, только его и видели. Так и убежал в Сиропчиковой одежде, которая болталась на нём, как на пугале. Даже зубы забыл почистить.
Утро встретило его морозцем и свежестью. Противный студёный ветер, из-за которого Незнайка чуть в ледышку не превратился, стих ещё в понедельник, и погода была просто замечательная. Незнайка медленно брёл по улицам, глазея по сторонам, и даже на небо успевая поглядывать – какое там вверху настроение; может, снежок пойдёт? Незнайка так по снегу соскучился, что на голый асфальт ему и смотреть не хотелось.
Утром город был какой-то особенный, совсем не такой, каким бывал днём. И, чем раньше шагал Незнайка по улицам, тем бОльшую замечал разницу между городом дневным и городом утренним.
Вот и сейчас Незнайка видел то, что днём не увидишь: не успевшие погаснуть фонари, туман в подворотнях, воробьёв на дороге вместо автомобилей. Единственный в городе трамвай, который ходил от площади до самого завода по производству сиропа, так стучал колёсами и сыпал искрами, словно на весь город сердился. Днём почему-то трамвай этот совсем тише ездил…
Незнайка задумался, и чуть не столкнулся со Снежаной Июльевной.
– Здравствуй, Незнайка! А я тебя сразу и не узнала, – сказала Снежана Июльевна. – Что, уже выздоровел? Вот молодец!
– А я и не болел, – буркнул Незнайка.
– Так ты же в фонтан провалился!
– Ну и что, что провалился! Я закалённый!
– Вот и хорошо, а я думала: вдруг простынешь! Вместе в школу пойдём?
– Да я вообще-то хотел за Гунькой зайти…
Незнайка сделал вид, что колеблется, а сам очень даже рад был случаю со Снежаной Июльевной пройтись, только старался этого не показать.
– Жаль, – огорчилась Снежана Июльевна. – Я думала, мы вместе пойдём, поговорим дорогой о чём-нибудь… Значит, ты меня не проводишь?
– Почему не провожу? Провожу! Гунька и один не заблудится, – сказал Незнайка и почему-то смутился и застеснялся сказанного.
Снежана Июльевна посмотрела на него и улыбнулась. Она, конечно, догадывалась, что нравится Незнайке, и ей это приятно было. Каждой малышке-коротышке приятно нравиться малышам, а Снежана Июльевна была ведь такая же малышка, как и все остальные, хоть и учительница. Просто она больше знала и была, наверное, чуточку Незнайки умней, поэтому часто подшучивала над ним, как это обычно делают более взрослые с малышами. И Незнайка порою не мог понять, шутит с ним Снежана Июльевна или говорит серьёзно.
Снежану Июльевну любили все ученики, особенно малышки, которые в ней просто души не чаяли. Она была для них как подружка, и малышки ей все свои тайны доверяли. А вот Незнайка не мог почему-то общаться с ней так же запросто, как все остальные малыши. Что-то мешало ему, какая-то непонятная неловкость и скованность, так что Незнайка сам себе удивлялся. Наверное, позорное сидение в шифоньере из Незнайкиной головы ещё не выветрилось. Он мечтал о том, что будет разговаривать со Снежаной Июльевной так же запросто, как и с Кнопочкой. Но, если выпадал редкий случай для дружеского общения – вот как сейчас – робел и говорил совсем не то, что хотелось.
– А о чём мы будем говорить? – спросил он.
– Да хоть о чём. Просто так. Ведь не обязательно о чём-нибудь целенаправленно говорить, можно и просто так разговаривать, обо всём помаленьку.
– Конечно, необязательно, – согласился Незнайка. – Это на уроке надо о чём-нибудь говорить. Ну, то есть, я хотел сказать, когда на ваши вопросы отвечаешь…
– Да я тебя поняла, Незнайка, – засмеялась Снежана Июльевна. – Можешь не оправдываться!  Впрочем, хотела бы я знать, какие темы для разговора вы во время уроков находите. А почему ты в школу пешком ходишь? В автобусе ведь и теплей, и быстрее.
– Ну, вы же тоже не на автобусе!..
– Так ведь я от школы недалеко живу. А тебе вон сколько шагать!
– А мне нравится, – сказал Незнайка.
Снежана Июльевна посмотрела на Незнайку внимательно.
– А ты совсем не такой, каким я себе тебя представляла, – призналась она. – Когда я к вам в город приехала, мне о тебе такого наговорили! А ты вовсе и не такой!
– Конечно, я не такой, – согласился Незнайка. – Я хороший! Мне и Кнопочка это же говорила.
– Когда она это тебе говорила? – полюбопытствовала Снежана Июльевна.
– Да уж давно… А сейчас я с ней даже и не дружу и не разговариваю.
– Почему?
– Потому что она предательница.
– Никакая она не предательница, – заступилась за Кнопочку Снежана Июльевна.
– Шмонька она! – сказал Незнайка.
– Незнайка! – укоризненно воскликнула Снежана Июльевна. – Что это за слово такое? Откуда вы только такие слова берёте? Давай с тобой договоримся: чтобы я от тебя никогда больше таких слов не слышала! Хорошо?
– Ладно, – сказал Незнайка. – Больше не буду.
– И не говори «ладно». Это некультурно.
– А как надо говорить?
– Ну, надо говорить «да» или «хорошо». Слово «ладно» тоже можно употреблять, только в другом контексте. Например: «Как ладно всё устроилось!»
– Ишь ты, – удивился Незнайка, – и правда, совсем другое тесто получается!
– А ты что-то сегодня рановато в школу идёшь!
– А вы тоже рано идёте.
– А я всегда так хожу. Положение обязывает!
– А я хотел у вас домашнее задание спросить и поучить немного перед уроками.
– Молодец! – похвалила Снежана Июльевна.
За разговором они незаметно к школе подошли, и Незнайка даже пожалел, что дорога так быстро кончилась.
«А жалко, что Снежана Июльевна учительница, – размышлял он, – а то бы с ней можно было, как с Кнопочкой дружить. Она даже лучше, чем Кнопочка!»
Потом Незнайка набрался смелости и сказал:
– Снежана Июльевна! А давайте завтра снова вместе в школу пойдём!
– Давай, – согласилась Снежана Июльевна, – только ты смотри, раньше меня в школу не убеги. И не опаздывай! Уж я тебя ждать не буду!
– Я вас сам ждать буду, Снежана Июльевна, на том же месте. А можно, Снежана Июльевна, я вас и домой провожать буду?
– Да почему же нельзя? – удивилась Снежана Июльевна. – Конечно, можно! Мне веселее будет. Правда, я из школы домой и так редко одна хожу. Меня почти всегда малышки провожают. Кнопочка, например. Ты с ней помирись обязательно!
– Помирюсь, – сказал Незнайка. – Только я не пойду, если с вами ещё кто-нибудь пойдёт. Я пойду, если с вами не будет никого.
– Значит, ты стесняешься со мной рядом ходить? – огорчилась Снежана Июльевна.
– И ничего не стесняюсь, – возразил Незнайка. – Просто мне не хочется, чтобы рядом с вами ещё кто-нибудь другой шёл.
– А почему же тебе этого не хочется? – лукаво спросила Снежана Июльевна.
– Ну, не знаю, почему, – соврал Незнайка. – Не хочется, да и всё!
– Ах ты, монополист какой! – сказала Снежана Июльевна. – Не будь эгоистом. А то перестанешь мне нравиться!
У Незнайки от этих слов дыхание перехватило, как недавно в фонтане.
– А я вам нравлюсь?
– Конечно, нравишься! Разве ты можешь кому-нибудь не нравиться?
На всех уроках Незнайка только об этих словах и размышлял. «Интересно, – думал он, – как это я Снежане Июльевне понравился? Наверное, не по правде, а просто так, как и все ученики нравятся: один больше, другой меньше… Снежана Июльевна добрая, она ко всем ученикам хорошо относится, даже к Топику, а он ей прозвища придумывает… Надо будет всё-таки его ещё раз поколотить. А жалко, что так не бывает, чтобы учительницам по правде ученики нравились. Всегда только наоборот, понарошку».
Как видите, Незнайка даже в мыслях избегал слово «любовь» и самому себе боялся признаться в том, что Топик был прав и он, Незнайка, влюбился в учительницу. Про любовь Незнайка думать стеснялся. Он считал, что любовь бывает только в кино и в книжках.
Так, кстати, не один Незнайка думал. Так, до поры до времени, думали все малыши в Цветочном городе. Конечно, они ошибались: все малыши когда-нибудь в кого-нибудь влюбятся, как Незнайка. И ничего-то в этом зазорного нет. Так уж любая жизнь устроена, даже и сказочная. Без любви-то, братцы, и жизни не бывает!
…Ну, а Сиропчик и Незнайка всё-таки подрались немножко.
Как и предвидел Незнайка, Пилюлькин Сиропчика одною касторкой напоил; да ведь никакого ананасового сиропа в больнице и не было. И даже неизвестно, есть ли он вообще, ананасовый сироп?
– Ты зачем меня обманул? – строго спросил Сиропчик Незнайку, когда тот вернулся из школы. – Да ещё и в моей одежде учиться пошёл!
– Прости, Сиропчик, – покаялся Незнайка. – Я не хотел. Это как-то само собой получилось.
– Вот ты сейчас у меня тоже само-собой получишь! – сказал Сиропчик и стал на Незнайку кулаками махаться.
Драться Сиропчик сроду не умел, был толст и неуклюж, как плюшевый медвежонок, поэтому руками махал медленно. Примерно, как ветряная мельница крыльями при слабом ветре. Незнайка от его кулаков без труда уворачивался и сам успевал Сиропчику тумаков навешивать.
Всё же Сиропчик его зацепил случайно и тут уж Незнайка на ногах не устоял, даже почти под койку закатился.
– Ух ты, ну, ты и даёшь! – сказал он с уважением, выбираясь из-под кровати. – Хорошо дерёшься! Давай, помиримся?
И они помирились, потому что Сиропчик тоже ведь был добрым, как Снежана Июльевна.