Засиделся

Я сидел один за кухонным столом. На стене механически тикали часы, чай в остывшем стакане подёрнулся перламутровой плёнкой. Небольшой ночник отбивал у темноты кусочек кухни, а грибной дождь тихо постукивал по подоконнику. Спрашивал разрешения войти.

«Глупый, ты давно во мне, — ответил я ему мысленно. — С тех пор, как она ушла. Мама».

Кухня всегда была её территорией. Отсюда распространялись аппетитные запахи, а травяные чаи она заваривала по особому: накидает в чайник сушёных травок, а сверху — тряпичную кошку в платье. Кошку мама сшила сама, платье у неё было широкое, куполом, под размер чайника. Мы пили и просили ещё.

Сегодня — нет, уже вчера — были у родителей. Постояли у могилы, помянули. Фото на памятник выбрали хорошее: у мамы и папы глаза словно светятся. Ушли —сначала папа. Похоже, решил проверить — как там. Через пять лет и мама.

 Прощаться не хотелось, пошли в кафе. Мы так редко видимся. Я сделал несколько снимков и сейчас сижу, рассматриваю. На фото заметил: похоже, теперь мы растем в ширь, да и взгляды... уставшие что-ли.

Старший брат уже белый как лунь, у нас с младшим седина пока вперемешку. Закрываю глаза и вижу бой подушками, у старшего веснушки на носу, а младший, такой худенький, а смеётся громче всех. Увеличил фото, всмотрелся в глаза — да, это усталость.

Часовая стрелка добралась до трёх. Засиделся.