Беременна в 24

Кофе, «ВКонтакте» и «Мы их и так делаем»
10 января — дата, которая ничего не значила, пока не стала точкой отсчета. Мне попалась анкета Данила в дайвинчике в  «ВКонтакте». Обычная страница, обычные фото. Я написала первой. Не потому что горела желанием познакомиться, а скорее от скуки или внутреннего импульса, в нём была изюминка и что-то такое невидимое. Он ответил. Завязалась переписка, лёгкая, ни к чему не обязывающая. А через день я испугалась. Сама не знаю чего: то ли собственной инициативы, то ли того, что это может куда-то привести. Я удалила чат. Просто стёрла и всё. Как будто и не было.
Прошло время. Январь сменился весной, весна — летом. Я забыла о том парне из дайвинчика в зелёной кофте м другого района.
13 августа. Телеграм. Я листаю дайвинчик, и вдруг — его анкета. Опять. Тот же взгляд, те же черты. Только волосы длинные и фото сделано на работе. Вселенная явно издевалась или давала второй шанс. Я снова написала первой. Это было похоже на дежавю, только теперь я не собиралась исчезать.
Мы разговорились. На этот раз общение не оборвалось на следующий день. Мы решили встретиться. Прогулка, августовский вечер, лёгкий ветер. Он спросил:
— Как ты себя чувствуешь?
Не банальное «как дела», а именно «как ты себя чувствуешь». В этом было что-то теплое.
Он угостил меня кофе. Мы шли и говорили, говорили без умолку, будто наверстывали упущенные месяцы молчания.
Встречи стали регулярными. Мы виделись вживую, узнавали друг друга заново, без экранов и аватарок. А потом случилось то, что случается, когда люди перестают играть в игры. Я переехала к нему. Мы начали жить вместе, платить за квартиру съёмную вместе. Просто, естественно, без лишних вопросов.
И вот однажды, в самый обычный день, зазвонил его телефон. На экране — «Мама». Данил взял трубку.
— Алло, мам.
Я сидела рядом, листала что-то в телефоне, но краем уха слушала.
— Да, всё нормально... — тянул он.
Потом повисла пауза. Мама, видимо, задала главный вопрос.
— С кем я живу? — переспросил Данил и посмотрел на меня. — С Ириной.
И тут же он добавил:
— Но мы не встречаемся.
Не дал открыть маме рот.
Я замерла. Медленно повернула голову и, приблизившись к его уху, прошептала с ухмылкой:
— Да кому ты говоришь?
Данил напрягся, но вида не подал. А мама, услышав про «живём вместе, но не встречаемся», видимо, решила, что это отличный повод поговорить о будущем. Из трубки донеслось что-то про внуков. Она начала намекать, мягко, но настойчиво, как умеют только мамы, которые хотят, что у младших сыновей появились дети.
Данил закатил глаза. А я, чувствуя себя абсолютно в своей тарелке, наклонилась к его уху во второй раз и громко, с хохотом, сказала:
— Мы их и так делаем!
Тишина в трубке. Тишина в комнате.
А потом я расхохоталась. Данил сначала замер, а потом тоже не выдержал и засмеялся, пытаясь что-то объяснить маме.
Я сказала:
-Мама твоя не вовремя позвонила. Надо было ей ответить, сказать, что внуков делаем.
Вот так, начав с глупого сообщения в январе, удалив чат, найдя друг друга снова в августе и выпив кофе на прогулке, мы дошли до квартиры, совместного быта и шуток, которые слышит только его мама. Иногда судьба стучится дважды. Главное — не удалить чат во второй раз.