Мишка Нельман часть 5, 6

Часть 5
Михаил кое-как дождался окончания пары. Душа пела. Он летел домой, словно на крыльях. Такое с ним случилось впервые. Казалось  и природа радуется вместе с ним. Трава такая зелёная и сочная, что хотелось стать коровой. Листья на деревьях шумят, словно что-то обсуждют меж собой. Лёгкий ветерок гонит по небу белые, словно из сахарной ваты, облака.
Он двинулся вверх по Климасенко, дойдя до перекрёстка с улицей Мориса Тореза, затем сел в трамвай и отправился на рынок. Долго бродил между рядами, подбирая букет. В итоге остановился на девяти алых розах, добавил пару веточек зелени и попросил завернуть. Названия той травы он не знал, просто указал пальцем: «во-о-от этой». Обёртку сделали из газеты — обычное дело, так все упаковывали. Довольный, он сел в трамвай и поехал обратно. Дома наполнил трёхлитровую банку водой, убрал газету и поставил цветы. До свидания оставалось уйма времени, и, чтобы его скоротать, он заглянул в парикмахерскую. Волосы у него были густые, волнистые. На вопрос, как стричь, ответил: «Красиво!»
— На свидание идёте, молодой человек? — улыбнулась мастерица.
Мишка почему-то смутился:
— А вы откуда знаете?
— Да вы весь светитесь от радости, — опять улыбнулась она.
Когда она закончила, он долго рассматривал себя в зеркале.
— Молодой человек, обещаю вам — ей точно понравится.
К кинотеатру пришёл заранее, взял билеты на последний ряд, как и просила Светлана. Чтобы убить время, зашёл  в магазин «Бытовые товары», расположенный недалеко. В 18-25 вышел,  направился к главному входу и … увидел её.
«Ну как же так! Она пришла раньше!» Мне нужно было ждать её у входа. Сколько она тут стоит?
Он неслышно подошёл к ней сзади и тихонько коснулся её плеча. Она повернулась:
— Миша, ты меня напугал.
— Извини, давно стоишь?
— Только подошла.
Она была обворожительна.
Платье, чуть выше колен, плотно сидящее по фигуре, аккуратно подчёркивало каждую линию тела — мягкий изгиб груди, изящную талию и стройные ножки.
— Света, тебе это платье очень идёт, хотя с твоими формами любой наряд будет смотреться выигрышно.   — Подлецу всё к лицу? — засмеялась она в ответ.
 — Ну что ты такое говоришь? Какой же ты подлец? Ты просто ангел, сошедший с небес на землю.
Её лицо залилось краской: «Миша, ты столько комплиментов мне наговорил, что мне даже неловко, — она потупила взгляд, — хотя, признаться, чертовски приятно. Ты всегда казался мне тихоней, а на деле — опытный сердцеед.
— Я никакой не «сердцеед», и тем более не «опытный», — запротестовал Миша, — Ты ещё скажи Дон Жуан,      у меня даже девушки никогда не было.
— По тебе и не скажешь, — она взглянула на него с хитрым прищуром, — а что это ты за спиной прячешь от меня?
— Светлана, эти розы для тебя, — он передал ей букет.
Она приняла букет, поднесла его к лицу, завороженно глядя на Михаила.
— Миша, мне никогда в жизни не дарили цветов, — промолвила она, обняла его одной рукой и поцеловала в щёку. Он покраснел до состояния зрелой свеклы.
На них стали обращать внимание.
— Бежим, а то опоздаем, — что бы как-то разрядить обстановку произнёс кавалер.
 — А что за фильм? — уже набегу спросила Светлана.
Он на секунду притормозил, будто что-то припоминая: «Неужели это так важно?» — и они дружно расхохотались.
Часть 6
«Укрощение строптивого» — именно так называлась кинолента, где главные роли исполнили Адриано Челентано и Орнелла Мути. Сеанс шёл уже несколько дней, поэтому зал оказался полупустым. В темноте они тихо добрались до своих мест в последнем ряду, не потревожив никого — весь ряд был пуст. Михаил наслаждался фильмом, смеялся над проделками Элии и любовался Лизой. Время от времени  поглядывал на Светлану. Букет покоился на соседнем кресле. Вскоре он заметил, что она смотрит не на экран, а прямо на него.

— Свет, тебе не нравится фильм? — прошептал он ей на ушко.

— Я смотрю его уже третий раз, — ответила она шёпотом, коснувшись губами мочки его уха.

— Миш, ты вообще зачем сюда пришёл — кино смотреть?

По его спине пробежали мурашки.

— Тебе нравится Орнелла Мути? — хитро спросила она, глядя ему прямо в глаза, и положила ладонь ему на колено.
Её полные, сочные губы словно притягивали. Михаилу внезапно захотелось их поцеловать.
— Мне нравишься ты, — выдохнул он и прильнул к её губам.

Она ответила на его поцелуй — она сама этого хотела.
— А целоваться ты, Миша, не умеешь. Ты что, никогда ни с кем не целовался?
— Я же говорил, что у меня не было девушки.

Светлана жадно припала к его губам, её рука скользнула выше. Мишку слегка трясло, а его «младший брат» готов был вырваться из штанов. И она это почувствовала. Какое уж там кино! Кроме него и Светланы вокруг не существовало никого. Мишке казалось, что они одни на всём свете.
Они и не заметили, как фильм подошёл к концу. В зале вспыхнул свет, и пара направилась к выходу. Михаил шагал рядом со Светой, приобняв её за талию и притягивая к себе как можно ближе.

Небо словно накрыли тёмным бархатом, на котором рассыпались искры звёзд и висел тонкий месяц.

— Кто-то звёзды и месяц на небе красиво зажёг, — торжественно произнёс Мишка.
— Как же ты точно подметил, — ответила девушка, глядя на него с нежностью.
— Это не мои слова, так поётся в одной песне.

— Никогда её не слышала. Что будем делать дальше?
— Если не торопишься, может, пройдёмся? Погода шикарная. Не хочется расходиться сразу.

— Я свободна, родители уехали в отпуск, одной смотреть телевизор скучно. Пойдём, только прохладно.

— Вот растяпа! — Мишка хлопнул себя по лбу и тут же накинул пиджак ей на плечи.

Они медленно шли по аллее к памятнику солдату с автоматом в правой руке, который установили недавно. Месяц назад трамвайные пути замостили бетонными плитами, и по вечерам молодёжь собиралась там. Пары и компании парней и девушек гуляли, пели песни под гитару, как тогда говорили — тусовались. Дискотек ещё не было, лишь две танцплощадки, где по выходным играли вокально-инструментальные ансамбли. Пройдя по «броду»  туда-обратно, Миша и Светлана вернулись к памятнику. Чуть дальше стояли лавочки, и они присели отдохнуть. Здесь было темнее, но, как говорится: «Темнота — друг молодёжи». Сидели, обнявшись, целовались, болтали о пустяках.

— Вон в том кирпичном доме я живу, — показал Миша.

— Так мы соседи! А я в той восьмиэтажке, с электронными часами на крыше.