Ильф, Петров и золотой портсигар...

История создания двух романов Ильфа и Петрова — это классический пример того, как литературный замысел, начавшийся как шутка, превратился в серьезный труд, потребовавший от авторов огромных усилий и времени.

; Как создавались «Двенадцать стульев»
Замысел романа принадлежит Валентину Катаеву (брату Евгения Петрова). Он предложил Ильфу и Петрову написать черновик по придуманному им сюжету о бриллиантах, спрятанных в одном из двенадцати стульев, чтобы потом самому «пройтись по рукописи рукой мастера» .
Однако, когда Катаев вернулся из поездки, соавторы уже написали более шести печатных листов. Увидев текст, Катаев понял, что его помощь не нужна, и переписал договор с издательством на Ильфа и Петрова. Взамен он попросил два условия: посвятить роман ему и подарить золотой портсигар с гонораров .

Работа шла в очень тяжелых условиях. Ильф и Петров писали по вечерам в опустевшей редакции газеты «Гудок», так как дома у них не было места . Первая часть была написана за месяц, а к январю 1928 года роман был полностью завершен . Позже Петров вспоминал: «Мы писали кровью» .

Интересно, что Остап Бендер изначально задумывался как второстепенный персонаж. Главным героем должен был стать Воробьянинов, а у Бендера была лишь одна фраза: «Ключ от квартиры, где деньги лежат» . Однако в процессе работы персонаж разросся и стал центральной фигурой.

; Как создавался «Золотой телёнок»
Этот роман дался авторам значительно труднее. Если «Двенадцать стульев» были написаны «на одном дыхании», то работа над продолжением шла медленно и мучительно .

Замысел начал созревать в 1928 году, а непосредственная работа стартовала в 1929-м. Первая часть была написана в августе 1929 года за три недели, но дальше процесс застопорился . Сюжет второй и третьей частей окончательно определился только после поездки авторов на Турксиб (Туркестано-Сибирскую железную дорогу) в апреле-мае 1930 года. Впечатления от крупнейшей стройки первой пятилетки во многом определили характер третьей части романа .

Для работы авторы использовали папку с надписью «Дело № 2», на которой перечисляли возможные названия: «Бурёнушка», «Телушка-полушка», «Великий комбинатор» . Публикация романа началась только в январе 1931 года в журнале «30 дней» — спустя почти три года после выхода первого романа .

; Интересные детали
Судьба Остапа Бендера в конце «Двенадцати стульев» была решена с помощью жребия. Авторы спорили, убивать героя или нет, и бросили бумажки с черепом и без него. Впоследствии Петров сожалел об этом «легкомыслии», так как им пришлось «воскрешать» Бендера для продолжения .

Основа сюжета «Двенадцати стульев» перекликается с рассказом Конан Дойля «Шесть Наполеонов», где драгоценный камень спрятан в одном из бюстиков . В качестве дружеского подарка после выхода книги авторы получили коробку с шестью пирожными «Наполеон» .

;; Кто был прототипом Остапа Бендера
Самый известный и «каноничный» прототип — Осип (Остап) Вениаминович Шор (1899–1978), одесский знакомый Валентина Катаева (брата Евгения Петрова).

Совпадений с литературным героем действительно много:

Имя: Друзья звали его Остапом, и это редкое имя авторы сохранили.

Внешность и характер: Высокий (около 190 см), атлетического сложения, с «романтическим, чисто черноморским характером».

Биография: Служил в уголовном розыске Одессы, раскрывал ограбления, а после гибели брата (его по ошибке застрелили бандиты, охотившиеся на самого Осипа) уехал из города.

Когда романы вышли, Шор даже разыскал авторов и «потребовал гонорар за списанного с него Бендера». Позже он работал снабженцем на строительстве Челябинского тракторного завода, что тоже перекликается с авантюрным духом героя.

Однако Бендер — образ собирательный. Исследователи находят и другие «следы»:

Тургун Хасанов: авантюрист союзного масштаба, арестованный в 1925 году в Гомеле. Он разъезжал по стране с поддельным удостоверением, выдавая себя за председателя ЦИК Узбекской ССР, и выпрашивал деньги у местных исполкомов.

Дмитрий Ширмахер: одесский знакомый, чьи черты и полутурецкое происхождение также могли повлиять на образ.

; Откуда взялась фамилия «Бендер»
С фамилией всё ещё интереснее — это литературная находка Ильфа и Петрова, а не «списанная» с прототипа.

Одесский след: Ильф жил на Малой Арнаутской, и по соседству находилась мясоторговля некоего Бендера. Фамилия запомнилась и «легла» на героя.

Саратовский след: Есть версия, что Ильф привёз фамилию из Саратова, где видел вывеску «Торговый Дом А. Бендер и С-ья».

Географическая версия: Некоторые исследователи связывают фамилию с городом Бендеры (турецкая крепость), что перекликается с легендой о «турецкоподданном» отце героя.

; Откуда взялся «Антилопа-Гну» и другие детали
Многие яркие эпизоды романов — не чистый вымысел, а переработанные реальные истории и встречи.

Прототип Адама Козлевича: Иосиф Карлович Сагассер, ярославский шофер, который подрабатывал частным извозом и часто фигурировал в судебных делах о растратах («возил всех развращенных, других шоферов не было»).

Турксиб: Впечатления от поездки на строительство Туркестано-Сибирской железной дороги (апрель-май 1930) легли в основу третьей части «Золотого телёнка». Очерк «Осторожно! Овеяно веками!» почти целиком вошёл в роман.

;; Почему «Ключ от квартиры, где деньги лежат»
Эту фразу Ильф и Петров услышали от одного из одесских знакомых — она показалась им настолько «бендеровской», что её без изменений вложили в уста героя.
Романы Ильфа и Петрова были запрещены к переизданию в конце 1940-х годов из-за идеологических претензий, которые сформировались в рамках кампании по борьбе с «безыдейностью» в литературе.

; Официальная причина: Постановление 1948 года
Ключевым документом стало постановление ЦК ВКП(б) от 14 декабря 1948 года «О грубой ошибке издательства „Советский писатель“». Поводом послужил выход в 1948 году сборника, включавшего оба романа. Власти сочли это ошибкой, и запрет на любые публикации, связанные с «Двенадцатью стульями» и «Золотым теленком», действовал до 1956 года.

; Суть идеологических претензий
Критики и партийные чиновники обвиняли авторов в следующем:

«Безыдейность» и «обывательщина»: Внимание авторов, по мнению рецензентов, было сосредоточено исключительно на «отрицательных, теневых сторонах советской действительности» того времени. Критик Борис Горбатов писал, что романы «приносят немалый вред» и содержат «много обывательского» и «пустого юмора ради юмора».

«Клеветничество»: В 1948 году секретариат Союза писателей даже официально назвал книги «пасквилянтскими и клеветническими», а их переиздание — способным «вызвать только возмущение со стороны советских читателей».

«Устаревшая» сатира: Ещё ранее, при обсуждении «Золотого телёнка», Александр Фадеев отмечал, что сатира Ильфа и Петрова «поверхностна» и характерна лишь для периода НЭПа, а похождения Бендера «навряд ли мыслимы сейчас».

; Недостатки с точки зрения системы
Главная проблема, с точки зрения идеологии, заключалась в фигуре Остапа Бендера. Он был «сукиным сыном», но при этом самым симпатичным персонажем повести, что не вписывалось в каноны социалистического реализма. Советская действительность не могла допускать существования обаятельного авантюриста, не вписанного в систему и не осуждаемого однозначно.

; Конец запрета
Возвращение романов к читателю произошло только после 1956 года, в период «оттепели». В том году они были переизданы с предисловием Константина Симонова.

;; Что вырезали и переписывали
1. Фрагменты, связанные с «неудобными» темами

Эмиграция и «бывшие люди»: В «Двенадцати стульях» есть эпизод с «Союзом меча и орала» и разговоры о тех, кто «за границей». Часть этих диалогов в поздних изданиях сокращали, чтобы не напоминать о массовой эмиграции после революции.

НЭП и частник: Романы буквально пропитаны атмосферой нэпа — частные лавочки, артели, «бывшие» торговцы. В послевоенных изданиях некоторые бытовые зарисовки и реплики вычищались как «идеологически чуждые».

2. Религиозные и «неприличные» намёки

Из текста убирали или смягчали религиозные выражения (например, «ей-богу», «господи»), которые для советской печати считались недопустимыми.

Убирали двусмысленные шутки и «физиологические» детали. Например, в сцене, где Воробьянинов и Бендер спорят о том, как делить стулья, некоторые реплики звучали слишком фривольно для печати.

3. «Неправильные» политические реалии

В «Золотом телёнке» есть эпизод, где Остап рассуждает о «великом комбинаторе» и советской бюрократии. Некоторые фразы, которые можно было трактовать как критику системы (например, о «параллельной» советской экономике), вымарывались.

Герои-иностранцы и «заграница»: Упоминания о заграничных поездках, иностранных подданных (вроде «турецкоподданного» отца Бендера) иногда сокращали, чтобы не создавать «ненужный» интерес к зарубежью.

4. Финалы и «идеологическая правильность»

В «Двенадцати стульях» финал с убийством Бендера (в ранних редакциях) и последующей сценой с Воробьяниновым менялся. В некоторых изданиях акцент смещали, чтобы «наказание» героев выглядело более однозначным.

В «Золотом телёнке» концовка с «великим комбинатором», уехавшим в Рио-де-Жанейро, тоже вызывала вопросы: слишком уж «безнаказанным» выглядел авантюрист. В поздних редакциях добавляли намёки на то, что он «сломался» и «не нашёл себя».

;; Как это происходило технически
Авторские правки при жизни: Ильф умер в 1937-м, Петров — в 1942-м. Они сами вносили изменения под давлением редакторов, особенно в 1930-е.

Посмертные редакции: После 1956 года тексты «причёсывали» уже без авторов. В 1961 году вышло собрание сочинений, где многие фрагменты были даны в «сокращённом» виде.

«Канонический» текст: Только в 1990-е и 2000-е годы исследователи (например, текстолог М. П. Одесский) восстановили по черновикам и первым публикациям полные версии романов. Современные издания часто печатают именно их.

; Почему это важно
Романы Ильфа и Петрова — не просто «приключения Бендера». Это сатира на советскую действительность 1920–1930-х, где много намёков, аллюзий и «двойного дна». Цензура вырезала именно те места, где сатира становилась слишком острой или где «неправильно» звучала нота сочувствия к «бывшим».