Том 5. Глава 55. Автор, который обиделся, что чита

# Том 5. Глава 55. Автор, который обиделся, что читатель ушёл к другому

Автор написал Сергею утром.

Коротко.

Без приветствия.

— Я, кажется, понял вашу систему.

Сергей насторожился.

— Какую?

— Вы приводите читателей, а потом они уходят к другим.

Сергей перечитал.

Достоевский поднял глаза.

— Началось?

— Похоже.

Робот вывел:

**ОБНАРУЖЕНА ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ РЕАКЦИЯ НА МАРШРУТ ЧИТАТЕЛЯ.**

— Пока не драматизируйте, — сказал Сергей.

— Я лишь классифицирую.

— Вот именно.

Сергей написал автору:

— А что случилось?

Ответ пришёл быстро.

— Человек пришёл ко мне. Прочитал. Написал хорошую рецензию. Потом вы ему кого-то порекомендовали, и теперь он там.

Сергей задумался.

— А он перестал вас читать?

— Не знаю.

— Тогда почему вы считаете, что ушёл?

Пауза.

— Потому что у него теперь там переписка.

Сергей улыбнулся.

Не насмешливо.

Скорее узнающе.

— А у вас с ним?

— Тоже была.

— И сейчас?

— Реже.

— Понятно.

---

Через некоторое время автор написал:

— Наверное, глупо звучит.

Сергей ответил:

— Не глупо. Человечески.

— Я просто подумал, что если читателю понравилось, он должен остаться.

— Должен?

— Ну… не должен. Но хотелось бы.

— Вот это уже точнее.

Автор прислал:

— Да.

Робот записал:

**«ХОТЕЛОСЬ БЫ» — НЕ РАВНО «ДОЛЖЕН».**

Сергей сказал:

— Оставьте.

---

Вечером они созвонились.

Автор оказался спокойнее, чем в переписке.

— Я ведь понимаю всё головой, — сказал он. — Читатель не собственность.

— Конечно.

— Но когда он сначала пишет тебе, потом начинает писать другому, всё равно как будто тебя выбрали, а потом передумали.

— А вы сами читаете одного автора за раз?

— Нет.

— Только одного?

— Конечно нет.

— И если нашли нового, старые перестали существовать?

Автор усмехнулся.

— Нет.

— Тогда почему от читателя вы ждёте другой логики?

Пауза.

— Потому что когда читаю я — это свобода.

— А когда читают вас?

— Хочется верности.

Сергей рассмеялся.

— Вот мы и нашли.

---

Достоевский вмешался:

— Читательская верность — опасное выражение.

Автор удивился.

— Почему?

— Потому что писателю легко незаметно перейти от благодарности за внимание к требованию исключительности.

Сергей кивнул.

— Вот.

Автор сказал:

— Но ведь приятно, когда человек возвращается.

— Конечно.

— Когда ждёт новый текст.

— Конечно.

— Когда пишет именно тебе.

— Конечно.

— Тогда где граница?

Сергей задумался.

— Наверное, там, где «мне приятно, что ты возвращаешься» превращается в «ты обязан возвращаться».

Робот тут же вывел:

**РАДОСТЬ ОТ ВОЗВРАЩЕНИЯ 
; ОЖИДАНИЕ 
; ПРИВЫЧКА 
; ТРЕБОВАНИЕ 
; ОБИДА ЗА ЧУЖУЮ СВОБОДУ.**

Автор долго смотрел на эту лестницу.

— Неприятная штука.

— Поэтому полезная.

---

На следующий день произошёл ещё один поворот.

Тот самый читатель снова написал этому автору.

Не длинно.

Всего несколько строк.

Но по существу.

Под новым текстом.

Автор тут же переслал Сергею:

— Вернулся.

Сергей ответил:

— Он никуда и не уходил.

Пауза.

Потом:

— Да. Пожалуй.

Через минуту:

— Значит, это я придумал уход.

Сергей написал:

— Вы увидели уменьшение внимания и назвали это уходом.

Робот добавил:

**СНИЖЕНИЕ ЧАСТОТЫ КОНТАКТА ; РАЗРЫВ.**

— Вот это тоже оставьте, — сказал автор.

---

Потом он признался:

— Я, кажется, вообще иногда считаю отклик подтверждением собственной ценности.

Сергей не стал отвечать сразу.

— А кто не считает?

— Вы тоже?

— Конечно.

— Но вы же всё время говорите про свободу читателя.

— Одно другому не мешает. Можно понимать принцип и всё равно хотеть внимания.

— Тогда как не сойти с ума?

Сергей улыбнулся.

— Не делать из каждого молчания приговор.

— Легко сказать.

— Очень.

---

Достоевский подошёл к окну.

— Писателю вообще трудно.

— Спасибо, — сказал автор.

— Он пишет один. Потом отдаёт текст людям. И после этого хочет сразу две несовместимые вещи.

— Какие?

— Чтобы текст жил собственной жизнью.

— Да.

— И чтобы жизнь эта всё время помнила, кто его написал.

Тишина.

Сергей повернулся.

— Вот это сильно.

Робот записал:

**АВТОР ХОЧЕТ ОТПУСТИТЬ ТЕКСТ — И ОДНОВРЕМЕННО НЕ ПОТЕРЯТЬ СВЯЗЬ С ТЕМ, КУДА ОН УШЁЛ.**

Автор тихо сказал:

— Да. Именно.

---

Через несколько дней Сергей заметил ещё одну вещь.

Автор, который переживал из-за одного читателя, сам оставил рецензию совершенно другому человеку.

Потом ещё одному.

Потом вступил в длинную переписку с третьим.

Сергей написал ему:

— Вы ушли.

— Куда?

— К другим авторам.

— Я не ушёл. Я просто читаю.

— Вот именно.

Пауза.

Потом пришёл смайлик.

— Всё, понял.

Сергей ответил:

— Отлично. Теперь примените это к читателю.

---

На доске появилась новая формула:

**ЧИТАТЕЛЬ НЕ УХОДИТ ОТ АВТОРА К ДРУГОМУ АВТОРУ ТАК, КАК УХОДЯТ ИЗ ОДНОЙ КОМНАТЫ В ДРУГУЮ.**

Ниже:

**ОН МОЖЕТ НОСИТЬ С СОБОЙ СРАЗУ МНОГО ТЕКСТОВ, ИМЁН, ГОЛОСОВ И СВЯЗЕЙ.**

Робот спросил:

— Сколько?

— Не знаю.

— Тогда формулировка неконкретна.

— Здесь можно.

---

Позже автор написал Сергею:

— Я теперь решил ничего не отслеживать.

— Совсем?

— Нет, конечно.

— Я так и думал.

— Но хотя бы не проверять каждый день, кому он ещё написал.

Сергей рассмеялся.

— Уже прогресс.

— И знаете что?

— Что?

— Я теперь даже рад, что он нашёл того автора.

— Почему?

— Потому что их переписка интересная.

— Вот.

— И я сам теперь того автора читаю.

Сергей остановился.

— То есть читатель ушёл к другому автору, а потом привёл туда вас?

— Получается, да.

Робот вывел новую схему:

**АВТОР А 
; ЧИТАТЕЛЬ 
; АВТОР Б 
; ОБРАТНО К АВТОРУ А, НО УЖЕ ЧЕРЕЗ НОВУЮ СВЯЗЬ.**

Достоевский сказал:

— Великолепно. Ревность превратилась в маршрут.

---

Сергей посмотрел на карту.

Раньше линии казались ему чем-то почти геометрическим.

Теперь он всё чаще видел:

каждая линия несла ожидания.

Надежды.

Страх быть забытым.

Желание нравиться.

Желание быть выбранным.

И иногда — желание быть единственным.

Но сеть не могла жить, если каждый узел требовал исключительности.

Тогда это была бы не сеть.

А цепочка обид.

---

Сергей написал:

**ЧИТАТЕЛЬ ИМЕЕТ ПРАВО ЛЮБИТЬ МНОГО АВТОРОВ.**

Потом подумал.

Добавил:

**АВТОР ИМЕЕТ ПРАВО РАССТРАИВАТЬСЯ, ЕСЛИ ВНИМАНИЯ СТАЛО МЕНЬШЕ.**

Ещё ниже:

**НО РАССТРОЙСТВО НЕ СОЗДАЁТ ПРАВА НА ЧУЖОЕ ВНИМАНИЕ.**

Достоевский кивнул.

— Вот это честно.

Автор тоже прочитал.

— Да.

Потом добавил своё:

**ЕСЛИ ЧИТАТЕЛЬ ВЕРНУЛСЯ — ЭТО ПРИЯТНО. 
ЕСЛИ НЕ ВЕРНУЛСЯ — ТЕКСТ ВСЁ РАВНО УЖЕ БЫЛ ПРОЧИТАН.**

Сергей улыбнулся.

— Оставляем.

---

Вечером тот самый читатель написал обоим авторам.

Одному — про новый рассказ.

Второму — про старый.

Никого не выбрал окончательно.

Никого не бросил.

Просто продолжал читать.

И Сергей подумал, что, возможно, читатель вообще редко живёт по той схеме, которую придумывают для него авторы.

Он не распределяет верность.

Он просто идёт туда, где в этот момент что-то отозвалось.

А потом иногда возвращается.

Иногда нет.

Иногда приводит кого-то ещё.

Иногда уносит одну строку и исчезает на годы.

И никакой автор не имеет карты его будущего маршрута.

Даже если очень хочется.

**Следующая глава: Том 5. Глава 56. Человек, который оставил одну рецензию — и нечаянно познакомил пятерых**