Города Израиля. Гиватаим

Города Израиля. Гиватаим

Александр Аит

Город, куда ходили к родным
Когда мы жили в Рамат-Гане, мы ходили в Гиватаим к сестре моей бывшей жены. Поэтому у этого города в моей истории есть вполне определённое место: семейные посещения, соседство, знакомое название. Прежде чем узнавать даты его основания и разбираться в названиях кварталов, я уже знал, к кому мы туда идём.
Ещё одно моё наблюдение: в Гиватаиме много русскоязычных. Именно так он мне запомнился. Не стану превращать это впечатление в демографическую справку или высчитывать долю жителей, говорящих по-русски. Для человека, осваивающего другую страну, знакомая речь сама по себе становится частью местности, такой же заметной, как название улицы.
Но у города, куда приезжаешь к родственникам, есть и собственная биография. Постепенно выясняется, что за обычным адресом стоят рабочие кооперативы, театральные вечера, подпольные склады, школа искусств и обсерватория. Гиватаим невелик, а сюжетов в нём хватает на несколько отдельных историй.
Два холма и немного больше
Название «Гиватаим» означает «два холма». В юбилейном издании Почты Израиля названы эти холмы: Борохов и Козловский. Так что привычное городское имя можно читать как короткую географическую справку. Оно сохранило память о рельефе, с которого начиналось поселение. Почта Израиля о столетии Гиватаима
В таком названии есть полезная подсказка для знакомства с городом. На карте улицы выглядят линиями, кварталы цветными пятнами, расстояния измеряются линейкой. На месте к этому прибавляются подъёмы и спуски. Рельеф меняет взгляд: там, где ожидаешь очередное продолжение улицы, может открыться пространство над соседними крышами.
Муниципальные материалы по сохранению наследия говорят уже о четырёх главных холмах. Город вырос за пределы исходной пары, а имя осталось. В тех же материалах подчёркивается разнообразие его истоков: социалистический Борохов, более буржуазный Рамбам, объединения работников, строивших жильё сообща. Нынешний Гиватаим сложился из кварталов с разными представлениями о том, как следует жить. Городское наследие и его сохранение
Сохранение такого наследия требует внимания к скромным постройкам. Громкое имя ещё помогает зданию остаться в общей памяти. Рабочий дом, бывшая мастерская или место собраний гораздо легче теряются среди более новых соседей. Между тем именно они позволяют понять, как был устроен город до привычных нам улиц и учреждений. Хорошо, когда память о квартале можно прочитать на месте, сопоставив рассказ с самим пространством.
Это обстоятельство многое объясняет. За общим названием не обязательно скрывается единая история. У соседних улиц могут быть разные отправные точки, разные основатели и даже разные общественные идеалы. Поэтому знакомство с Гиватаимом полезно начинать с кварталов.
Как рабочая идея стала городом
Датой основания считается 2 апреля 1922 года: тогда заложили квартал Борохов. Его назвали в честь Дова Бера Борохова, одного из основателей движения «Поалей Цион». Муниципальная история представляет его как первый городской рабочий квартал страны.
Со временем рядом сложились Шейнкин, Арлозоров, Рамбам, Кирьят-Йосеф и Меонот-ха-Поалим. В 1942 году шесть кварталов объединили в местный совет. Причина была очень земной: дороги, водоснабжение, школы и другие общие нужды становилось трудно обеспечивать по отдельности. В 1959 году Гиватаим получил статус города.
Среди первых домов Борохова сохранился дом Шнайдермана. Семья передала его муниципалитету для художественной деятельности; городские материалы рассказывают о работающем здесь центре керамики и скульптуры. Получилась красивая преемственность: дом раннего поселения продолжил жить благодаря ручному труду, только уже художественному.
Другой ориентир старого Борохова, площадь Ришоним, находится у пересечения улиц Борохов и Керен-Каемет-ле-Исраэль. Рядом с первоначальным общественным пространством стоял барак, в котором размещались школа, квартальный комитет и амбулатория. Несколько важнейших служб молодого поселения соседствовали буквально под одной крышей. История Гиватаима на сайте муниципалитета
В последовательности «1922, 1942, 1959» легко увидеть обычную справочную строку. За ней, однако, стоит переход от инициативы соседей к полноценному городскому хозяйству. Можно спорить о политических программах, но детям всё равно нужна школа, домам вода, а улицам уход. Именно на этом уровне большие идеи проходят самую требовательную проверку.
Кооператив с театром
Насколько серьёзно основатели Борохова относились к устройству общей жизни, показывает рассказ музея Эрец-Исраэль. Квартал годами существовал как кооператив, своего рода городской кибуц. Его устав запрещал сдавать комнаты, нанимать работников и заниматься частной торговлей внутри квартала.
Сегодня такие правила заставляют остановиться. Человек строил собственный дом, но принимал ограничения, продиктованные общей идеей. Основатели пытались заранее договориться о том, какие экономические отношения допустимы между соседями.
При этом культурная жизнь была деятельной. В доме Авраама Альдемы устраивали вечера, совместное пение и спектакли театров «Охель», «Габима», «Матате». В 1927 году появился амфитеатр для собраний и представлений. Позже он стал известен как стадион «Ха-Махтеш». Музей Эрец-Исраэль о квартале Борохов
В этой истории особенно выразителен домашний адрес, превращавшийся в культурный центр. Чтобы собрать публику, ещё не требовалось большого театрального здания. Достаточно было человека, готового принимать у себя общие дела. Жизнь небольшого поселения держалась и на таких решениях.
А превращение амфитеатра в стадион показывает, как меняется назначение городских мест. Одно пространство успевает вместить несколько поколений зрителей: одни приходят на спектакль, другие на матч. Слой воспоминаний остаётся даже тогда, когда первоначальная функция уже забыта.
Голубятня с секретом
У дома Альдемы была и другая сторона истории. Муниципалитет рассказывает о тайнике оружия организации «Хагана», устроенном в его дворе. В его сооружении участвовали Элиягу Голомб и Йосеф Хехт. Для вентиляции подземного помещения использовали приподнятую голубятню, которая одновременно служила прикрытием. Тайник Альдемы
Вот деталь, которую трудно забыть: над землёй голубятня, под землёй склад. Она позволяет представить инженерную изобретательность подполья без громких обобщений. Обычная хозяйственная постройка приобретала дополнительное назначение, известное лишь посвящённым.
В рассказах о ранних израильских кварталах подобные пересечения встречаются постоянно. Один и тот же двор мог принадлежать семейной жизни, культуре и подготовке к обороне. Разделить эти истории на аккуратные музейные разделы бывает гораздо легче, чем было разделить их в повседневности.
Именно поэтому стоит читать местные памятные таблички. Они возвращают обычному дому конкретных людей и конкретные поступки. Без них легко пройти мимо, заметив только фасад.
Город под звёздами
В Гиватаиме есть место, которое неожиданно расширяет масштаб разговора: обсерватория в саду Второй алии. Израильская астрономическая ассоциация называет её своим домом. Обсерватория проводит занятия для посетителей, располагает телескопами и цифровым планетарием.
Программа знакомства с небом сочетает рассказ об астрономии, проекцию звёздного неба и наблюдения. Видимость Луны, планет и других объектов зависит от погоды и от того, что находится над горизонтом в конкретный вечер. Это важная оговорка: небо не подстраивается под купленный билет.
На сайте отдельно предупреждают, что историческое здание имеет лестницы и не оборудовано для безбарьерного доступа. Перед посещением нужно проверять актуальную программу и условия. Обсерватория Гиватаима
Само соседство жилых улиц и телескопа замечательно. Астрономия оказывается делом, ради которого можно выбраться вечером в пределах города. Человеку дают возможность увидеть объект, о котором он до этого читал, и задать специалисту самый простой вопрос.
В этом есть особая ценность просветительских мест. Здесь не требуется заранее разбираться в теме. Любопытства достаточно, чтобы начать. А маленький городской холм становится точкой, откуда пробуют понять расстояния, почти недоступные воображению.
Искусство по школьному расписанию
Ещё один важный адрес Гиватаима находится в квартале Борохов: школа искусств «Тельма Елин». Она основана в 1959 году и названа в честь виолончелистки, стоявшей у истоков музыкального образования в стране. В школу приезжают ученики из разных частей Израиля.
Особенно интересна подробность из описания учебного процесса. В конце первого семестра обычные общеобразовательные занятия на три недели уступают место ежегодному фестивалю искусств. В это время проходят театральные и танцевальные представления, выставки, концерты симфонического оркестра и хора, выступления джазовых ансамблей и показы ученческих фильмов. О школе «Тельма Елин»
Три недели школьной жизни, отданные представлению собственной работы, говорят об отношении к искусству убедительнее рекламных определений. Здесь результат должен прозвучать, появиться на сцене, занять место на выставке. Репетиция получает срок, замысел встречается со зрителем.
У города благодаря таким учреждениям появляются связи далеко за его административными границами. Для одного человека Гиватаим остаётся местом семейных посещений, для другого становится городом, где он учился музыке или впервые показал свой фильм. Эти личные географии существуют одновременно.
Место для обычного дня
Есть у Гиватаима и вполне осязаемый зелёный масштаб. Муниципалитет описывает парк Гиватаим в районе Бен-Цви: около 35 дунамов, то есть 3,5 гектара, с газонами, деревьями, фонтанами и игровыми площадками. Ещё один заметный зелёный уголок расположен в саду Второй алии, рядом с обсерваторией. Городские парки и сады
В разговоре о городах обычно перечисляют достопримечательности. Однако для повседневной жизни не меньше значит возможность выйти с ребёнком, посидеть на скамейке, встретиться без специального повода. Парк занимает место в биографии жителей постепенно, через повторение обычных дней.
Свою часть городской жизни собирает театр Гиватаима. В его афише представлены музыка, детские спектакли, развлекательные выступления и лекции. Сам набор жанров показывает, насколько разные поводы могут приводить людей в одно здание. Конкретный вечер, конечно, стоит выбирать по действующему расписанию. Афиша театра Гиватаима
Так складывается современный портрет: жилые кварталы, места учёбы, небольшие зелёные пространства, культурные адреса. Они нужны в разное время суток и на разных этапах жизни. По отдельности каждое выглядит привычно. Вместе они объясняют, почему городской характер нельзя свести к одному знаменитому сооружению.
Возвращаясь к знакомому адресу
Теперь, когда я собираю историю Гиватаима, к семейному адресу добавляются другие ориентиры. Борохов с его строгим кооперативным уставом. Дом, где собирались на спектакли. Голубятня над тайником. Школьный фестиваль. Телескоп на холме.
Но отправной точкой для меня остаётся то время, когда мы жили в Рамат-Гане и ходили сюда к сестре моей бывшей жены. И остаётся моё впечатление от русскоязычного Гиватаима, знакомая речь среди израильских названий.
Такие воспоминания не обязаны охватывать весь город. У каждого из нас сохраняется своя его часть. Позднее можно открыть справочники, уточнить даты, узнать имена основателей. Тогда прежнее название становится объёмнее: рядом с собственной историей обнаруживаются десятки чужих.
Гиватаим даёт для этого достаточно поводов. За его двумя холмами в названии стоят разные кварталы, трудные общественные эксперименты, художественные занятия и человеческие связи. Моё знакомство с ним началось с родственных посещений. Эта глава позволила разглядеть, сколько городской жизни находилось вокруг того знакомого адреса.