Ортопед

Я вышла из кабинета врача, кипя от ярости. Воздух в коридоре медицинского центра, пропитанный запахом кварца и дорогих антисептиков, казался густым и удушливым. Каждый шаг отдавался в больной ноге тупой, ноющей болью, которая теперь была лишь фоном для бушующего внутри пламени.

Пару недель назад нога просто начала болеть. Сначала я, как всякий нормальный человек, решила, что «само пройдет». Мало ли – потянула, неудобно спала, пройдет. Но она не проходила. Боль становилась навязчивой. Она мешала жить –  превращала подъем по лестнице в пытку, а обычную прогулку – в испытание. Пришлось признать: нужен ортопед.

Районная поликлиника была исключена сразу. Я слишком хорошо знала этот квест: встать в шесть утра, чтобы к семи быть у дверей, отстоять очередь из таких же страждущих, а потом услышать от сонной женщины в окошке регистратуры сакраментальное «записи нет» или, в лучшем случае, получить талончик на «через месяц». Моя нога с таким графиком была категорически не согласна.

Я пошла по пути цивилизованного человека: отзывы, рейтинги, стаж, категории, ученые степени. После нескольких вечеров, проведенных в интернете, я выбрала платный медицинский центр недалеко от дома. На экране монитора врач выглядел безупречно: опытный, с регалиями, кандидат наук. Цена за первичный прием кусалась, но я убедила себя, что здоровье дороже. Чтобы не идти с пустыми руками и сэкономить время, я заранее сделала рентген.

К назначенному времени я, как прилежная ученица, сидела у двери кабинета. Очень скоро выяснилось, что «назначенное время» — понятие в этой клинике философское. Передо мной томились еще двое страдальцев: женщина с ортезом на руке и мужчина с гипсом на ноге. Мы переглядывались с тем особым выражением лиц, которое бывает у людей, уже заплативших за сервис, но внезапно оказавшихся в атмосфере обычной государственной безысходности. Нетрудно догадаться, что в кабинет мне удалось попасть значительно позже указанного времени.
 
– Присаживайтесь, – предложил ортопед, мужчина неопределенного возраста с аккуратно подстриженными усиками а-ля фюрер, которые придавали его лицу брезгливое выражение. – Рассказывайте, что болит.
Я начала свой тщательно подготовленный рассказ: где болит, как, когда началось, что провоцирует боль… Но он прервал меня на полуслове.
– Так, все понятно. Чем болели в детстве? А потом? Операции были?
– Да, были, – растерянно ответила я.
– А…, на позвоночнике! Ну, ясно. Ваши боли от позвоночника.
Внутри меня что-то щелкнуло. Он даже не дослушал, где у меня болит!
– Доктор, может быть, вы мои рентгеновские снимки посмотрите?
– Да, конечно, сейчас с вами договорим, и посмотрю, – небрежно бросил он, продолжая свой допрос. – Вас кто оперировал? Когда? Я назвала фамилию хирурга и год. – Не мог этот врач вас оперировать, – безапелляционно заявил он. – Он уже тогда работал в другом месте.

Я почувствовала, как кровь приливает к лицу. Он спорит со мной о фактах моей собственной биографии? Он, который видит меня первый раз в жизни, утверждает, что лучше знает, кто и когда прикасался скальпелем к моей спине?! Ярость, до этого момента тлевшая где-то в глубине, начала разгораться.
– Может быть, вернемся к моим снимкам? – процедила я сквозь зубы, стараясь сохранить остатки самообладания. – Так, снимки, ну что же… – Он лениво взглянул на монитор. Секундная пауза. – Вижу артроз. Возможно, боль от него. – Доктор, в заключении к снимкам написано, что артроз первой степени. Он не может вызывать такую сильную боль, – возразила я, цепляясь за слова рентгенолога. Но мои возражения остались без внимания.

Я все ждала, когда начнется осмотр. Ну, знаете, тот самый старомодный ритуал, когда врач хотя бы смотрит, где именно болит, просит согнуть, разогнуть, нажимает, проверяет объем движений. Но, видимо, современные ортопеды, особенно кандидаты, считают это избыточной роскошью. Осмотра не было. От слова «совсем».

Весь «прием», заявленный как получасовой, уложился в пятнадцать минут. Я не получила диагноза. Я не получила ответов. Я не получила даже элементарного человеческого участия. Зато я получила приглашение на повторный прием – за те же немалые деньги. – Заключение возьмете на ресепшен – сказал ортопед на прощание.  И вот я иду по коридору, сжимая в руке бесполезную бумажку. На бланке стандартный набор фраз и лекарств – противовоспалительное, мазь, хондропротектор. Тот самый джентльменский набор, который Гугл выдает по запросу «болит сустав».

Пятьдесят минут ожидания, пятнадцать минут бесполезно потраченного времени, минус несколько тысяч из кошелька. А боль в ноге никуда не делась. Я вышла на улицу. Было холодно, но щёки горели. В голове крутилось только одно: больше никогда. Никогда я не буду выбирать врача по звёздам в приложении и красивым регалиям. Потому что регалии не лечат. А некоторые, судя по всему, даже не осматривают.

Я достала телефон и открыла чат с подругой, которая работает в другой клинике.
Пальцы всё ещё дрожали, когда я набирала: «Найди мне нормального ортопеда. Такого, который хотя бы смотрит на пациента, а не на свою диссертацию. Желательно без усов. И желательно, чтобы  умел отличать ногу от позвоночника. Срочно»