Кислотой писяют

Кислотой писяют

Ромео Габашвили

— Привет и хорошего дня! Хохму рассказать? — написал я Наталье.
— Да, — тут же откликнулась она.
— Пятого числа в 14:00 на суде я сказал: «При всем уважении к вам, я вас в прокуратуру отдал на расследование». А она: «Меня? Это за что же?» Я говорю: «Прокурор Вахтанг Гаребашвили меня переспросил: "А в самом суде вы показывали факты нарушения?" Я ответил прокурору: "Нет". Он мне: "Советую показать, а потом прийти ко мне"».
— Она побледнела, — добавил я через минуту.
— И сейчас дело рассматривает та же судья? — спросила Наталья.
— Нет, все пять придурков-судей кислотой писяют. И она тоже.
— Понятно. Они наизнанку вывернутся, но будут стоять на своем.
— Нет, не думаю, — возразил я. — Они сказали, что будут договариваться с другими судьями. Я им создал парадокс: не живет Леван, не прописан Гоча (прописан в другом здании), чертеж с другого здания, незаконная переделка здания и перепродажа. В суде я сказал, что это от 3 до 9 лет тюрьмы. Никто не имеет права в обход мэрии квадраты прибавлять и незаконные дома легализовать. Показал доказательства и написал ходатайство о пересмотре дела.
— А то, что Леван — иностранец, ты указал?
— Им насрать, они боятся, что инспекция мэрии их в прокуратуру отдаст.
— Они умеют изворачиваться.
— Но она сказала, что она «за», но не только от нее зависит, а еще 5 придурков и начальник суда должны подписать, что Верховный суд брак допустил.
— В этом-то и дело, — отрезала Наталья. — Это значит для них — признать свою некомпетентность.
— Да ))
— Не думаю, что они на это пойдут. Что-нибудь придумают.
— Она сказала, решение суда, скорее всего, будет. Так бы не приняли заявление и оставили бы без рассмотрения. Судья отказал один раз без рассмотрения на сервитут, а она завела машину.
— Верится с трудом. Надо ждать.
— Да, но тем не менее она не смогла написать «не подлежит рассмотрению» на том основании, что вы проиграли три суда. Она сказала: «Вы проиграли три суда», но она возобновляет дело по новым обстоятельствам.
— Да. Хорошо, — смягчилась Наталья.
— Я был адвокатом.
— Отлично! Выиграешь дело — награжу пирогами))))
— Ура? И пи...дой!
— Это как пойдет...)))
— Ха-ха.
— Сообщишь результат?
— Ну конечно, через две недели.
— Это время на принятие решения?
— Да, я переписываюсь с помощником судьи.
— Молодец. Теперь понятно, когда ждать — числа 19 или 20 октября.
— Да.
— Пока отдыхай, сил набирайся. Тебе и в первый раз судья говорила, что ты выигрываешь, а получилось наоборот.
— Ок.
— Сложно все и непредсказуемо...
— Согласен.
— Ждем-с.
Я отложил телефон. Я тогда Наташке так и не признался и не сказал про тот другой случай.
Она спросила: «А почему вы дали чертеж на рассмотрение?» Я ответил ей как было: адвокат прямо сказал, что наше дело проиграно, потому что судья с ума сошла и решает все односторонне. Но я не сказал Наташе, что судья даже не показала обиду, а лишь удивленно выкрикнула: «Это неправда!»
Я только признался Наталье, что в том месте, где надо было проявить выдержку и дипломатию, у меня просто вырвалось... Сказалась тяжесть этих семи лет судебной волокиты с бесконечными перелетами Домодедово — Тбилиси, чтобы просто попасть на заседание.
 Я так и не смог объяснить Наташе, что, хотя в конце концов и обозвал судью её же именем, она всё равно даже не читала адрес здания в моём заявлении-жалобе в суд.