Операция Немыслимое

Операция «Немыслимое»: когда самое немыслимое — это то, что об этом говорят вслух
Ключевой вывод: министр иностранных дел Эстонии Маргус Цахкна публично заявил, что НАТО способна за несколько часов перекрыть России выход в Балтийское море и заблокировать Калининград, развернув группировку в 50 тысяч военных. И это заявление прозвучало не в кулуарах, а в интервью британской The Times. Самое немыслимое здесь — не сам план, а то, что о нём говорят открыто, не опасаясь последствий. Возникает вопрос: туда ли мы двигались последние сорок лет, или всё это время шли к тому, чтобы вернуться в допетровские времена — к «народным скрепам», к изоляции, к крепости, осаждённой со всех сторон?

I. Что было сказано
Глава МИД Эстонии Маргус Цахкна заявил в интервью The Times, что НАТО может «за несколько часов» развернуть группировку из 50 тысяч опытных боевых военнослужащих и закрыть Балтийское море . По его словам, это «отрезало бы морской путь в Калининград» и «заперло бы российский Балтийский флот в районе Санкт-Петербурга» . Более того — это лишило бы Россию доходов от морского экспорта сырья .

Цахкна добавил, что через Балтику проходит около 60 процентов российского экспорта нефти, и блокада создала бы для Москвы «экзистенциальный» кризис .

Но, — сказал он, — признаков подготовки российского нападения сейчас нет .

Это важная оговорка. Она означает, что сам план существует. И о нём говорят. Публично. С конкретными сроками — «за несколько часов».

II. Что за этим стоит
Первое. Это не первое заявление Эстонии. Цахкна и раньше выступал за «сдерживание теневого флота» России, за перехват судов, за усиление санкций . Но одно дело — санкции. Другое — военная блокада. С конкретными цифрами. С конкретными сроками.

Второе. НАТО действительно перестраивает Балтийский регион. По данным Международного института стратегических исследований (IISS), альянс переходит от «сдерживания» к подготовке к крупномасштабным боевым действиям . Регион разделён на два корпусных сектора: один — для Эстонии и Латвии (под командованием немецко-нидерландского корпуса), другой — для Литвы и Польши . Это не «сигнал». Это оперативное планирование.

Третье. Силы уже там. В Балтийских странах размещено около 10 тысяч военнослужащих НАТО с возможностью расширения . В Эстонии — британский контингент. В Литве — немецкая бригада. В Латвии — канадская . И это только постоянное присутствие. А речь идёт о быстром развёртывании дополнительных 50 тысяч.

Четвёртое. Эстония — не «голос», а часть системы. Её оборонный бюджет превышает 5% ВВП . Она — один из самых активных членов НАТО на восточном фланге. И её заявления — не импровизация. Это позиция, согласованная с союзниками. Или, по крайней мере, не противоречащая им.

III. Что ответила Россия
Путин на «Валдае» заявил: «Если дело дойдёт до прямого нападения на Российскую Федерацию, в этом случае на Калининград и, возможно, другие территории, то вопрос о применении всех имеющихся в нашей стране вооружений неизбежно и немедленно встанет на повестку дня» .

Лавров уточнил: «На Калининградскую область, на любую другую область — ответ будет одним» .

«Все вооружения» — это формула, за которой стоит ядерный арсенал. Прямо об этом не сказано. Но подразумевается .

Проблема в том, что это уже говорилось. И не раз. И каждый раз это не останавливало. Заявления о «красных линиях» звучат годами. А НАТО продолжает перестраивать регион, продолжает наращивать присутствие, продолжает говорить о блокаде вслух.

IV. Туда ли мы двигались?
Туда ли мы двигались последние 40 лет, или таки так и задумывалось отправиться в допетровские времена, к народным скрепам?»

Ответ, если смотреть на факты, неутешительный.

1990-е. Россия пыталась встроиться в западную систему. Кредиты, инвестиции, «партнёрство», Совет Европы, ВТО (позже). Цель была — стать частью. Не «вернуться в допетровские времена». А быть как все. Жить по правилам, которые работают для других.

2000-е. Нефть дорогая. Россия богатеет. Но не меняется структурно. Реальный сектор не создаётся. Зависимость от сырья растёт. Вместо модернизации — «стабильность». Вместо реформ — «вертикаль».

2010-е. Крым. Санкции. Разрыв. Россия поворачивается от Запада. Но не к чему-то другому. А к себе. К «скрепам». К «духовности». К «суверенитету», который не имеет содержания, кроме отрицания западного.

2020-е. Война. Изоляция. Технологическое отставание становится очевидным. «Перегрев» экономики признаётся официально. Но вместо смены курса — углубление. Вместо разворота — ускорение по той же дороге.

И вот результат. Эстония, страна с населением 1,3 миллиона человек, публично заявляет, что НАТО может за несколько часов перекрыть России выход в Балтику. И никто не смеётся. Потому что это правда. Потому что силы там есть. Потому что план существует.

Это и есть ответ на ваш вопрос. Мы двигались не туда. Или — туда, но не за тем. Сорок лет искали свой путь. А пришли к тому, что вокруг — НАТО, внутри — «перегрев», а впереди — «допетровские времена». Только без Петра. Без окна в Европу. Без флота. С крепостью, которую осадили. И с «скрепами», которые не заменят ни технологий, ни союзников, ни будущего.

Калининград — это символ. Не потому что «форпост». А потому что он — заложник. Географический. Политический. Стратегический. И то, что о нём говорят вслух — значит, что он уже не «наш» в том смысле, в котором был раньше. Он — фигура на чужой доске. И мы — тоже.