Маргарита, чай с лимоном и клюквой

   

   Одна из моих приятельниц  - дама во всех отношениях особа приятная. Она воспитана в лучших традициях этикета позапрошлого века, прекрасно образована, умна, и, кажется, имеет  аристократические корни.
 
   «Да, прав Коровьев! Как причудливо тасуется колода! Кровь!».

Мне думается, что Михаил Афанасьевич не просто так  включил эту фразу в текст.  Речь шла о том, что  его литературная героиня Маргарита   была задумана, как  далекий потомок знаменитой Королевы Марго (1553-1615 г.). Да, той самой обворожительной Маргариты де Валуа, прославившейся своими многочисленными любовными историями. Дочь короля Генриха второго и Екатерины Медичи, жена Генриха четвертого Наварского  просто была похожа на то время, в котором жила.
 
   В стране победившего социализма любые сословные титулы, как мы понимаем,  гроша ломаного не стоили. И даже совсем напротив: с самой высшей точки власти народу было спущено откровение: государством может управлять  кухарка (упаси нас, Боже!). И народ поверил. Раз власть говорит, значит, это правда. Но мы-то с вами знаем, что это возмутительная ложь.
 
   Когда кухарка пытается надеть маску принцессы, эпатажа во власти и вокруг нее не избежать, как и больших проблем. История неоднократно предлагала  нам всем множество подобных примеров. И чем ближе к нашему времени, тем они печальнее и, увы, смешнее. Правда, смех удручающий, горький, как говорили наши бабушки - полынный.
 
   Кухарку всегда выдаст кровь.  Все дело в ней.  Так думает моя приятельница. Поначалу мне казалось, что ее убеждения очень близки к гордыне. Ну, что значит кровь?
 
   - Тогда с какой целью Михаил Афанасьевич именно этот факт ввел в текст романа? Что им руководило? –  Спросила меня Ариадна Георгиевна.
 
 И тут я вспомнила, что рукопись  «Мастера и Маргариты» во времена моей юности запрещали на самом высоком уровне. И даже в университете, на гуманитарных факультетах  роман тайно ходил в ротапринтном издании, как говорили студенты «по рукам».  Мы записывались в очередь, чтобы получить  его всего на три дня для прочтения. Кстати, и Есенина в те годы не печатали. Разве что в молдавских издательствах? Сейчас уже не припомню.

   - Откуда же мне знать? – Ответила я ей смущенно и откровенно.
 
Мне ли анализировать творчество Булгакова?
 
   Так вот, моя приятельница убеждена, что именно благородная кровь Маргариты была тем средостением, на котором держался весь роман.
 
   - Дорогая моя, - говорила она мне, подливая чай,  - вы можете себе представить кого-нибудь  из сегодняшних титулованных в 90-е годы «дворян», способных на такое самоотречение, какое было у Маргариты? Может быть, мы напрасно скоро и необдуманно, отказались от сословий? Может быть, в таком построении нашей империи был свой тайный и великий смысл? В каких уголках нашей империи   вы сегодня отыщите «честное купеческое слово»? Или девиз русского офицера: «Душа - Богу, жизнь - Отечеству, честь - никому!».
 
   В этот момент я с ней не согласилась категорически, потому что лично знала таких офицеров. Как, впрочем, и других тоже. Увы.
 
   Так все-таки, кровь – это про врожденное   благородство? Про честь? Про высоту идеалов? Про осознание того, как на самом деле устроен мир? Про то,  что иерархия в нем – дело не из последних?

   Есть много достойных женщин, родившихся, например, не в столицах (в Москве или Санкт-Петербурге), а  в провинции и не облагороженных кровью  «столбового дворянства".  Я могу согласиться с  приятельницей: некоторым из нас не достает воспитания, потому что ему просто неоткуда было взяться в той стране, где боролись с любым проявление «барства». Но прошло столько лет… И    со временем многое стало очевидным.
 
   Если взглянуть из сегодняшнего дня на то далекое прошлое, которое мы потеряли, то  становится очевидным -  кухарка не может управлять страной.  Любое самопричисление себя к элите - ничто иное, как беда души человеческой. И что истинная одаренность всегда скромна и ненавязчива.
 
   Для меня в романе есть два важных эпизода. Один -  про платок, который каждое утро в качестве наказания приносят Фриде. Маргарита отказывается от Мастера   ради женщины, с которой до сей минуты не была  знакома. Разве Мастер был ей менее дорог? Нет, конечно!  Но она совершает поистине королевский поступок долга. Второй эпизод  – когда  Маргарита слышит, как на коммунальной кухне в довольно вульгарной форме ссорятся меж собой соседки:

  « - Свет надо тушить за собой в уборной, вот что я вам скажу, Пелагея Петровна, — говорила та женщина, перед которой была кастрюля с какой-то снедью, от которой валил пар, — а то мы на выселение на вас подадим!
    -  Сами вы хороши, — отвечала другая.
    -  Обе вы хороши, — звучно сказала Маргарита, переваливаясь через подоконник в кухню. Обе ссорящиеся повернулись на голос и замерли с грязными ложками в руках. Маргарита осторожно протянула руку между ними, повернула краны в обоих примусах и потушила их. Женщины охнули и открыли рты».

   Кстати, автор оставляет слово «грязные». Не «запачканные», не «замаранные», не «сальные», а именно «грязные». Он  как бы проводит черту, уберегая королеву от кухарок, которые  по сути своей, по  внутреннему наполнению никогда  не смогут стать ей ровней. И снова – увы.

   Но мне интересно еще и другое: почему так много девочек, мечтают  стать принцессами? Что такого притягательного в том – чтобы ими быть?

   И думаю, у меня есть ответ на этот вопрос. Принцесса (если, конечно, она настоящая), имеет внутренний доступ ко всем  самым чудесным, лучшим проявлениям женской природы. Это не просто благородство манер, а высота мировоззрения, способность жить в энергиях созидания и дарить их миру. Принцесса всегда «над» пошлостью, глупостью, тщеславием. Она  восприимчива к красоте и миротворчеству, к сопереживанию. Чуткое сердце – это не про игру в принцессу. Это про  умение нести боль других, как свою. И при этом не выставлять личную внутреннюю красоту напоказ. Принцесса не про превосходство, не про самолюбование, не про статусность и. конечно, не про особый талант.  Мне думается, что если бы маленькие девочки узнали, что быть принцессой – это не просто носить красивое платье, корону из фольги и донимать окружающих «хотелками», то, скорее всего в нашей сказочной стране "королев" значительно  поубавилось бы. Зато в ресторанах появилось бы множество мастериц  изысканной кухни.

   Моя приятельница во многом со мной не согласна. Но ей, как  принцессе, виднее.