Чеснок

– «Суперлото»! Последний день продажи билетов!.. В розыгрыше квартира и машина…
– Девочки, не проходите!.. Посмотрите: куклы ручной работы…
– Сумки… перчатки… скатерти… Недорого…
Доносящийся в подземном переходе шум города, постоянное движение народа в сторону метро и из него… И всё это на фоне пения молодого парнишки под собственный гитарный аккомпанемент и выкриков стоящих с различным товаром продавцов. Эти продавцы всегда искали самые многолюдные места, ставили самодельные столики из больших коробок или специальные складные стульчики. Рядышком располагались попрошайки, сидящие прямо на бетонных ступеньках или полу. Особенно колоритной была молодая, прилично одетая особа, которая стояла на коленях на картонке с надписью «на хлеб». Но желающих положить монетки не находилось: спитое лицо с массивным синяком  под глазом никому не внушало доверия.
      Мимо равнодушно пробегала молодёжь, спешащая на учёбу; интеллигентного вида женщины и мужчины демонстративно отворачивались в сторону; кто-то общался на ходу по телефону, ничего не замечая; медленно двигались женщины-хозяйки с грузом собственных забот не только на лице, но и в руках…  Обычная жизнь большого мегаполиса в небольшом временном разрезе.
      В этом «броуновском движении» выделялась маленькая, худощавая седовласая старушка, одиноко стоящая в сторонке. На голове платок, аккуратно повязанный и убранный под воротник старенькой куртки. Широкая тёмная юбка до щиколоток, а в ладони согнутой левой руки – три крупные головки чеснока. Она стояла молча.
– Мать! Почём чеснок?
От неожиданности старушка вздрогнула. Среднего возраста плотный, широкоплечий мужчина вопросительно смотрел на неё.
– Рубль… – только и смогла она выдавить из себя.
– Головка?.. Дороговато…
– Да нет, все три… – тихо произнесла старушка. Мужчина заулыбался:
– Так ты себе и на хлеб не заработаешь… Чеснок-то, видно, со своего огорода.
– Со своего, сынок, – смущаясь, ответила пожилая женщина и добавила:
– Чистенький, без химии…
Мужчина достал портмоне и спросил:
– А ещё есть?
– Да… да… – почему-то заторопилась старушка и достала из сумки прозрачный пакетик, в котором лежало ещё несколько головок.
– Держи,– мужчина протянул ей 20 рублей.
– У меня не будет сдачи, касатик…
На глазах «продавщицы» выступили слёзы. Мужчина забрал пакетик и сунул в её сумку двадцатирублёвую купюру.
– Всё нормально, мать. Купишь себе ещё молока.
Повернулся и пошёл в метро. А старушка с благодарностью провожала его глазами…