Города Израиля. Кирьят-Малахи

Города Израиля. Кирьят-Малахи

Александр Аит

В Кирьят-Малахи я бывал, и у меня здесь есть знакомые. С этого простого обстоятельства и начну рассказ. Личное знакомство с городом не отменяет необходимости разобраться в его прошлом: за нынешним названием скрываются и палаточный лагерь, и помощь из Калифорнии, и несколько очень разных историй переселения.
Кирьят-Малахи удобно рассматривать через небольшие подробности. Общий водопроводный кран. Радиоприёмник на батарейках. Первые мастерские. Книга на русском языке в городской библиотеке. Такие вещи помогают понять, как складывается место, которое однажды собирались использовать лишь как временную остановку.
Имя с двумя адресами
Название Кирьят-Малахи связывает израильский город с Лос-Анджелесом. Еврейская община американского города помогла финансировать первые жилые дома. Об этой связи сообщает «Энциклопедия иудаики», где Кирьят-Малахи назван городом развития на юге Израиля. Благодаря пожертвованиям далёкая географическая точка вошла в местную повседневность вполне осязаемо: деньги превращались в жильё для новых репатриантов. Энциклопедия иудаики
При этом привычное объяснение «израильский город ангелов» нуждается в уточнении. Муниципальная история связывает имя также с библейским пророком Малахией. Поэтому в названии слышатся сразу два мотива: библейский и благодарность общине Лос-Анджелеса. Это смысловая перекличка, которую слишком прямой перевод делает беднее. История города на сайте муниципалитета
У такого имени есть человеческий масштаб. Люди, помогавшие строить дома, могли находиться за океаном; люди, которым предстояло в них поселиться, только начинали жизнь в новой стране. Название сохраняет связь между ними. Его можно произнести за секунду, хотя за этой секундой стоят сбор средств, стройка, ожидание квартиры и переезд.
Пока адресом была палатка
Начало Кирьят-Малахи относится к 1950 году. В октябре в маабару Кастина прибыли десять семей из Ирака, Курдистана и Румынии. Их разместили в палатках и оставшихся строениях военного лагеря. К концу 1951 года здесь насчитывалось около трёхсот семей. Маабара была переходным поселением для репатриантов, но временная остановка постепенно превращалась в постоянный адрес.
Муниципальная хроника датирует решение сохранить поселение 1952 годом. В начале десятилетия началось строительство небольших домов и сборных бараков, появились первые промышленные предприятия и торговый центр рыночного типа. При этом работа оставалась болезненным вопросом: в 1957–1961 годах безработица сопровождалась демонстрациями и перекрытиями дорог. Позднее новые волны репатриации привезли в город востребованные профессии: врачей, медсестёр, механиков, сапожников и других специалистов. Муниципальная хроника первых десятилетий
За перечнем профессий легко пропустить главное. Для растущего поселения собственный механик означал возможность починить машину, медсестра была необходима семьям с детьми, а мастерская давала и услугу, и заработок. Из таких зависимостей складывалась городская самостоятельность. Одного строительства жилья для неё было недостаточно.
Один кран на всех
Особенно выразительны воспоминания первых жителей, опубликованные муниципалитетом. Один из рассказчиков описывает тонкую трубу с единственным краном: оттуда носили воду в палатки, готовили, стирали, мылись. Позднее добавили другие краны. В этой истории даже небольшое улучшение водоснабжения становится событием, достойным памяти.
Другой эпизод посвящён кафе в палатке. Посетителям предлагали чай, кофе и домино; затем в одном из таких заведений появился радиоприёмник на батарейках. Деталь почти домашняя, но она многое говорит о стремлении устроить привычную жизнь среди временных построек. Общению тоже требовалось место.
Эти свидетельства передают и тяжесть труда. Молодые репатрианты искали заработок на дорожных работах, хотя у некоторых до переезда совсем не было опыта физической работы. Воспоминания о помощи соседей соседствуют с рассказами о нехватке продуктов, грязи и сложностях с жильём. Читать их стоит вместе: иначе ранняя история города слишком легко превращается в удобную легенду. Рассказы первых жителей
Один кран или радио гораздо точнее возвращают масштаб времени, чем общее слово «трудности». Они позволяют увидеть, сколько отдельных задач скрывалось за официальным выражением «обустройство репатриантов».
Кастина до маабары
У названия Кастина есть более ранняя история. В этой местности находилась палестинская деревня Кастина, обозначаемая в англоязычных источниках как Qastina. По данным исторической энциклопедии PalQuest, в 1944–1945 годах её население составляло 890 человек. Основой хозяйства было земледелие; существовали мечеть и начальная школа, которую посещали также дети из соседней деревни.
В июле 1948 года Кастину заняла бригада «Гивати», жители покинули деревню в ходе военной операции. PalQuest приводит как распоряжения об изгнании гражданского населения, так и позднейший израильский военный отчёт о бегстве жителей с началом наступления. После войны на землях деревни возникли новые населённые пункты, в том числе Кирьят-Малахи. Саму деревню, военный лагерь и последующую маабару важно различать. PalQuest: Кастина
Для истории города это необходимая часть контекста. Рассказ о новых домах начинается на земле, у которой уже были свои жители, хозяйство и память. Сохранить эту последовательность значит точнее описать место, не сводя его прошлое к одной дате основания.
Работа по соседству с полями
Кирьят-Малахи постепенно развивался как центр, обслуживавший окружающий сельскохозяйственный район. «Энциклопедия иудаики» перечисляет среди его производств переработку птицы, изготовление мороженого, текстиля, картона, пластмассовых и металлических изделий. Это историческое описание хозяйства, а не список предприятий, гарантированно действующих сегодня. В 1998 году Кирьят-Малахи получил статус города. Энциклопедия иудаики: хозяйство и городской статус
У промышленного списка своя география: рядом выращивают и производят сельскохозяйственную продукцию, а городу нужны переработка, упаковка, ремонт, торговля. Так можно понять его место в регионе без обязательного поиска знаменитой достопримечательности.
Нахалат-Хар-Хабад
Отдельная глава связана с районом Нахалат-Хар-Хабад, основанным в 1969 году. В историческом материале хабадского журнала Derher его появление рассматривается в связи с приездом евреев из Советского Союза, прежде всего из Грузии и Бухары. Для них стремились создать среду, где можно было сохранять религиозную жизнь и воспитывать детей в своей традиции.
В Кирьят-Малахи нашли подходящие незаселённые дома. Вслед за решением Любавичского Ребе сюда переехали молодые семьи из Кфар-Хабада, помогавшие организовать общину и приём репатриантов. Материал включает воспоминания участников и архивные фотографии, поэтому даёт возможность увидеть становление района изнутри. Derher: основание Нахалат-Хар-Хабада
Грузинская и бухарская линии делают выражение «советская репатриация» более конкретным. За одним названием страны стояли разные общины, языковые привычки и семейные традиции. В новой городской среде им предстояло заново организовать многое из того, что прежде воспринималось как само собой разумеющееся.
История этого района помогает понять, почему описание Кирьят-Малахи одной социальной или культурной характеристикой неизбежно будет тесным.
Память о дороге из Эфиопии
Присутствие эфиопской общины хорошо видно в городской работе с памятью. В мае 2025 года муниципалитет сообщил о пешем памятном шествии и церемонии в честь евреев Эфиопии, погибших на пути в Израиль. По сообщению организаторов, в шествии участвовали более трёхсот молодых людей; завершилось оно у городского амфитеатра. В церемонии участвовали представители общины и её духовные руководители, кесы. Муниципальное сообщение о памятном шествии
У такого события несколько уровней. Для семей это память о конкретной истории переселения и её потерях. Для школьников и молодёжных движений это возможность узнать, какой ценой другим людям дался путь в страну. Для города это способ включить историю одной общины в общий календарь.
Особенно важно, что участниками становятся молодые люди. Связь поколений приходится поддерживать: семейные рассказы могут оставаться внутри дома, если для них не находится места в школе, на площади или в общественной церемонии. Кирьят-Малахи здесь даёт вполне конкретный пример того, как такое место создают.
Что показывают дети
В мае того же 2025 года в «Бейт ха-ришоним», Доме первопоселенцев, представили общественную выставку, названную организаторами общинным музеем. Её подготовили центр для одарённых и способных школьников «Ларом», городские начальные школы и молодёжный отдел. Среди работ были рисунки, скульптуры, трёхмерные проекты и исследования, посвящённые культурному разнообразию города.
Муниципальная публикация рассказывает и о портрете местной жительницы, которую для своей работы выбрал её внук. Такая подробность многое объясняет: право оказаться в музейном пространстве получает человек, известный прежде всего своей семье и соседям. Сообщение о выставке в Доме первопоселенцев
Название здания связывает экспозицию с началом поселения, а детские работы переводят разговор в настоящее. Кто представляет город? Чью историю стоит записать? Что можно узнать о соседях, если попросить детей исследовать собственное окружение?
Эта выставка интересна именно таким способом задавать вопросы. При этом сообщение о её открытии не стоит превращать в обещание постоянно действующей экспозиции: перед отдельным посещением её нынешний режим работы следует уточнять.
Библиотека на нескольких языках
У городской библиотеки есть спокойный, но содержательный ответ на вопрос о культурном разнообразии. На её сайте указаны книги на иврите, русском, английском и французском языках. Фонд пополняется художественной и познавательной литературой для разных возрастов. Читателям также предлагают аудиокниги и доступ к цифровому чтению, включая коды для приложения «Иврит». Городская библиотека
Перечень языков объясняет устройство города с неожиданной стороны. Человек может жить на иврите в магазине и учреждении, а книгу выбирать на языке, на котором привык читать. Для другого читателя библиотека становится местом перехода к новому языку. Обе потребности имеют право на полку.
Цифровой доступ добавляет ещё одну возможность: связь с библиотекой сохраняется и за пределами её здания. Для семей с детьми, пожилых читателей, людей с разным распорядком дня это может быть существенной частью культурной жизни. По таким повседневным учреждениям тоже стоит судить о городе. Они редко оказываются на первой фотографии, зато отвечают на повторяющиеся человеческие запросы.
Следующие кварталы
Муниципальная программа перехода к устойчивой энергетике описывает развитие новых районов, среди которых Кармей-ха-Надив, Ха-Махане, Неот-ха-Кфар и Гиват-ха-Савьоним. В документе речь идёт о строящемся и запланированном жилье: весь заявленный объём нельзя считать уже завершённым.
Там же отмечены старая промышленная зона с пищевыми предприятиями, автомастерскими и небольшими бизнесами и развитие «Малахи-Тек» за шоссе № 40. Отдельная тема связана с ручьём Эла: документ описывает восстановительные работы и дальнейшие предложения по благоустройству его берегов. Муниципальная программа развития и устойчивой энергетики, разделы 2.1–2.3
Именно здесь ранняя история города получает современное продолжение. Новому кварталу опять нужны работа, общественные пространства и удобные связи с остальным городом. Жилищное строительство ставит вопросы, которые не решаются одним подсчётом квартир. Важно, как новая часть будет жить рядом со старой и чем смогут пользоваться обе.
Я бывал в Кирьят-Малахи; здесь есть мои знакомые. На этом личном основании и завершу главу. А сам город оставлю читателю с несколькими точными подробностями: первым краном, радио в палатке, многоязычной библиотекой, детскими работами в Доме первопоселенцев. Через них лучше видна длинная жизнь места, начавшегося как временный адрес.