Наглость-второе счастье

Вечер. Конец рабочего дня. Накопившаяся за день усталость. Сжавшись в пучок, плетусь вместе с людским потоком на остановку — ждать автобус. Автобусы в нашем городе ходят с такой непонятной никому очередностью, что ждать его, скорее всего, придётся долго. Настроение падает с необратимой скоростью по наклонной.

Протоптавшись сорок минут, вдали узрела долгожданный автобус. Теперь бы так изловчиться и впихнуться в это чудо прогресса. Подскакиваю на подножку первой двери. Людей — тьма! Банка с селёдками заполнилась до отказа! За мной ещё три человека пытаются выдавить из меня кишки.

Один, самый последний мужчина, пытается руками запихнуть всю нашу человеческую массу вперёд. Конечно! Ему же не хочется остаться за дверью снаружи — он хочет ехать! Мало того, он ещё и начинает кричать во всё горло:

— Люди, пройдите вглубь, очень надо ехать!

А люди, может, и хотели бы продвинуться, но возможности нет. Всё это он прокричал практически мне в ухо. Психика моя не выдержала. Я честно держалась… Но любая система когда-то сдаёт. И я ему раздраженно ответила:

— Мужчина, вы чего такой наглый?

В этом бутерброде «попа к попе, грудь к груди» нас услышала добрая половина автобуса. Мужчина внимательно посмотрел на меня.

— А что, наглость — плохое качество?

— Ну не в этой ситуации, — раздражённо ответила я.

— Видите, что творится.

— Вижу.

Мужчина был невысокого роста, коренастый, на вид лет тридцати пяти. На мой взгляд, в его профиле было что-то греческое, а может, армянские корни. Он начал пристально меня разглядывать. Я отвернулась — ну как же это ужасно неприятно! Я ощущала всем телом, что он просто изучает меня под микроскопом. И тут он произнёс тихим голосом:

— Девушка, давайте познакомимся. Как вас зовут?

А я уже далеко не девушка — я уже глубокая тётенька, а если ещё честнее, то бабушка! Моему внучку исполнилось шесть месяцев. Вопрос поставил меня в тупик. На секунду я впала в ступор. А что ответить? Простой вопрос, казалось бы. И полетели в голову ассоциативные женские связи… Вот настроение как раз знакомиться! Тем более с этим наглецом!

— Меня зовут Девушка «Никак».

Лучшего ответа в моём перевозбуждённом мозге не нашлось.

Он ещё внимательнее на меня посмотрел.

— Ну имя у вас же есть?

— Есть, но вам я его не скажу.

Люди вокруг, сами того не ожидая, стали невольными свидетелями этого эпизода.

Мужик не унимался, скорее всего он подумал, что я с ним тут пококетничать собралась, типа дала знак:

— Вот вы какие, девушки! Сами плачете, что негде вам знакомиться с мужчинами, а сами не знакомитесь!

«Умник какой», — подумала я. Я вообще уже сто лет ни с кем не знакомилась, тем более в автобусах и в такой давке. И вообще, мне это не надо: я замужем тридцать лет.

Мой честный ответ его не остановил. Он начал просить, чтобы я дала ему свой телефон. Это было ужасно! Делал он это каждые две минуты — как навязчивый китаец с очками: «Купи очки, купи очки, купи очки». Мужик был предельно отмороженный.

Я уже молилась про себя, чтобы наш автобус скорее доехал до моей остановки, — хотелось выпрыгнуть из него и забыть весь этот кошмар. Люди, стоявшие рядом, делали вид, что ничего не слышат и не видят. Унять экспрессивного мачо было некому. Равнодушие толпы порой поражает.

И вот моя остановка! Чтобы выйти, мне надо пройти сквозь этого человека: он стоит прямо на пороге.

— Вы меня пропустите выйти?

— Нет, красавица, не пропущу, пока телефон не дашь.

— Тогда я вас сейчас побью!

Мужчина явно такого оборота не ожидал. Наверное, всё же сработало чувство самосохранения, и он пропустил меня к выходу.

Я выпрыгнула из автобуса, как будто мне дали ускорительного пинка под зад. Вдогонку мне помчалось:

— Красивая, мы ещё встретимся! Ты от меня не уйдёшь!

«С какого фига мы уже на “ты” стали?» — подумала я. Скорее всего, надо менять транспорт и маршрут: встретить его ещё раз мне совсем не хочется.

P. S.

По дороге домой, идя пешком, я не отпускала этот сюжет. Мне стало грустно и почему-то жалко этого мужчину. Может, он был с хорошими намерениями, может, правда хотел как лучше. Ну не повезло ему: понравилась женщина, а она несвободна, да ещё с таким паршивым настроением. Да и место неподходящее.

Где ещё людям знакомиться в наше непростое время, в ритме «дом — работа, работа — дом»? Обломается он так раз, два, три, четыре, а на пятый раз забьёт, руки опустятся, и желание всё рассыплется о догмы и парадигмы нашего общества. Пошлёт он всю женскую составляющую к чертовой бабушке, поселив в голове мысль: «Все бабы — дуры», — и закроется в своём мире за двухметровым забором.

А мог бы кого-то осчастливить!

Да не иссякнет ваша наглость, мужчины!

Наглость — это, как оказалось, не недостаток, а достоинство!