Виктор Пронин

Первый секретарь Воскресенского райкома партии (компартии Советского Союза) Виктор Иванович Пронин с утра был в добром расположении духа.
Ночью он не просыпался от фантомных болей в несуществующей левой руке, да к тому же свежая сводка по надою молока была с плюсом к предыдущему дню и прошлому году
.
Руку ампутировали выше локтя после ранения на Волховском фронте. Перед началом заседаний он бережно укладывал протез здоровой, сильной рукой на столешницу…
Сейчас, спустя более полувека с того дня можно сопоставлять название его партийной должности и дела с современными, и недоумевать и даже ёрничать. А сомневаться –то ни в чём и не надо. По тем временам он и был хозяином района. Тем более, что кроме бюро райкома, семнадцать лет возглавлял Виктор Иванович исполком районного совета народных депутатов.
А хозяйство – то немалое. Лесистый район, раскинувшийся по обеим берегам реки Ветлуги по территории был и сейчас остаётся одним из самых крупных в Нижегородской области.

Члены бюро и аппаратчики чётко усвоили одну примету. Если Первый при разговоре просто поглаживает свою искусственную руку, значит, быть добру. А вот если начинает чуточку пристукивать ей, то думай, что и как говоришь.
Все представители районной номенклатуры частенько здоровались с ним, буквально, затаив дыхание. Не потому, что от страха трепетали, нет. Он был выдержанным в общении и вполне демократичны партократом. Пронин просто на дух не переносил выпивох и опохмеляющихся, как коммунистов, так и беспартийных.
Хорошо помню один наш разговор
 В свои двадцать шесть лет я тоже был «первым», и тоже секретарём, только райкома комсомола.
Осень одна тысяча девятьсот семьдесят шестого года. Если верить передовице тогдашней «главной» газеты «Правда», трудящиеся Советского Союза ринулись выполнять решения юбилейного, двадцать пятого съезда родной КПСС, прошедшего весной этого года.
Ближний круг Генерального секретаря Леонида Брежнева, приболевшего тогда, опасался, что Николай Подгорный может его подвинуть с высокого поста.
Но московские страсти ни коим боком не касались Виктора Пронина. Главными для него оставались поставки районом государству молока, мяса, зерна, льноволокна, картофеля и далее по списку. Ну и, само собой – воспитание колхозников и рабочих в духе советского патриотизма, верности идеалам и. тд.

А ведь и ПОСТАВЛЯЛИ, и ВОСПИТЫВАЛИ в соответствии с пунктами устава!
…Та осень схожа была с приличной зимой. Ветлуга встала рано, и при немалой воде. Снега почти ещё не было. Молодой ноябрьский лёд всё крепче заваривал правый, поросши осокой и кустами тальника брег Ветлуги. Около двухэтажного, силикатного кирпича здания райкома, на берегу изредка слышны были, постепенно затухающие где – то в Затоне перезвоны ледяных полей.
С ура пораньше я пришёл на разговор к Виктору Ивановичу, который не меньше, чем за полчаса до начала рабочего дня всегда был на месте. Речь шла об обмене комсомольских билетов у многотысячной армии воскресенской молодёжи, которая, надо признать, не очень и верила к тому времени в идеалы Павки Корчагина.
Наш ПЕРВЫЙ, как всегда был опрятно одет и по – военному подтянут.
Поручкались.
- Ну ка дела, комсомол? Что с обменом?
- Да неважно, Виктор Иванович. Переженились многие, детей, домашнее хозяйство завели – не до собраний и субботников.
- А что обком?
- Обком план требует, выговорами грозит. А до меня в школах, где легче, вручили новые билеты. Вот теперь по колхозам за каждым гоняемся. По выходным да с фотографом, чтобы сразу фотки клеить.
Вот этой тирадой, я, как говорят маху и дал!
- И кому это ты выговариваешь, кого укоряешь? – старший ПЕРВЫЙ поправил свою седую шевелюру и продолжал:
- Мой тебе совет. – Никогда не вали на того, кто до тебя в кресле сиживал. Люди не поймут и для себя толку никакого. Взялся за дело, - доведи его до конца и ни на кого пальцем не указывай. Если  надо, давай, я поручу партийцам на местах помочь твоим первичкам.
- Конечно, надо.  –
горячо поддержал я это его предложение.
И чтобы снять возникшее напряжение, я напоследок ещё раза три «спасибо» сказал.
Он никогда не повышал голоса. Только сменой интонации на более отчётливую ставил на место любого оппонента.
 Неумолимое время не остановить и не повернуть назад.
Как - то подумалось:
А что бы я сегодня мог бы сказать человеку, который далеко не только в моей судьбе сыграл определяющую роль и которого добрым словом
впоминают многие воскресенцы.

Наверное, следущее:
«Вот Вы, товарищ Пронин, тридцать лет руководили районом с населением к 1979 году в тридцать четыре тысячи человек. С соратниками, победив жестокого врага, подняли послевоенные поветлужские деревни, посёлок выстроили. Люди по – человечески жить начали.
Вы высшую  награду  СССР имеете – орденом Ленина награждены, кроме других орденов и медалей, добрую память о себе оставили.
Как и чем оценить Ваш вклад в становление района?
 Современные районные власти звание Почётного гражданина присвоили. Фотографию скромную на Доску почёта вывесили наряду со всеми. Да – да, на ту, куда лучшие из лучших колхозов, ферм, леспромхозов, ПМК, строительных и других организаций заносили.
Живётся нам, в целом неплохо. Но - главное:
Дети и внуки помнят и высоко ценят вашу Победу в Великой войне прошлого века. Так случилось, что и на их дою выпала «СВО» – своя война с тем же фашизмом. И мы, за вами вслед, часто повторяем, ставшие клятвой поколений слова:
«Наше дело правое! Победа будет за нами!»

Светлая память нашему замечательному земляку, Пронину Виктору Ивановичу.  ------------------------------------
 Пётр Родин.