В безмолвии утрат

В холодном сумраке угасшего светила,
Где тени прошлого сплетаются в узор,
Моя душа, как храм, где жизнь давно почила,
Вбирает тишину и вечный приговор.
Я слышу, как молчит разбитое былое,
Как звёзды падают в бездонный океан,
И сердце, некогда пылавшее любовью,
Теперь — холодный пепел, мрак и рана.

Я помню взгляд, что грел меня в ночи,
Улыбку, что рассветом называл,
Но время разбросало все лучи,
И я один средь ледяных зеркал.
Никто не ждёт, никто не позовёт,
Лишь ветер воет в проводах тоски,
И память, как безжалостный палач, ведёт
Меня к обрыву, где сгорают все мосты.

О, если б знать, что счастье — только дым,
Что нежность — призрак, ласка — мираж,
Я не поверил бы словам пустым,
Не отдал бы души своей в вираж.
Но поздно: сердце выжжено дотла,
И пепел разлетается по свету,
Где ты была — там пропасть пролегла,
И нет ни дна, ни края, ни ответа.

Луна восходит, бледная, как смерть,
И звёзды меркнут в бездне голубой.
Мне не согреться, не уснуть, не спеть,
Мой голос стал беззвучною мольбой.
Я — тень среди теней, я — крик в ночи,
Я — отблеск угасающего дня.
Приди ко мне, но только не молчи,
Скажи, зачем оставила меня?

Но тишина в ответ. Лишь дождь стучит
По крыше, словно отсчитывает дни.
И время, как безжалостный гранит,
Стирает даже призраки твои.
Я падаю в бездонный омут снов,
Где нет тебя, где нет меня, где нет
Ни света, ни тепла, ни даже слов,
Одна лишь тьма и ледяной рассвет.

Я проклинаю день, когда впервые
Увидел свет твоих карих глаз.
Я проклинаю ночи, что немыми
Стояли у окна в последний час.
Я проклинаю небо и себя,
За то, что всё ещё дышу и жду.
Я проклинаю память, что, любя,
Хранит в себе и боль, и пустоту.

О, если б можно было всё вернуть,
Всё изменить, исправить, пережить,
Я бы прошёл и самый страшный путь,
Чтобы тебя в объятьях удержать.
Но мир жесток и равнодушен к нам,
Он не прощает слабости и слёз.
Он разлучает души по частям,
Он губит всё, что было и сбылось.

Теперь я здесь. Один. В холодной мгле.
И снег ложится на мои плечи.
Я — голос, что затерян на земле,
Я — отголосок угасающей речи.
Мне не дождаться ни весны, ни дня,
Ни твоего прощального письма.
Лишь вечность, равнодушная, как я,
Стоит передо мной и смотрит в бездну сама.

И в этой пустоте я слышу зов,
Но не пойму, откуда и куда.
Быть может, это голос из оков,
А может, просто талая вода.
Я не ищу спасенья, не молю,
Я просто существую по инерции.
Я больше не смеюсь и не люблю,
Я — тень на фоне вечной декорации.

О, бесконечность горя и утрат,
Ты стала мне единственною верой.
Я твой навек, я твой немой солдат,
Пронизанный тоской, как стрелами судьбы.
И если завтра солнце не взойдёт,
Я не замечу — мне уже не важно.
Моя душа давно во тьме плывёт,
И тишина становится протяжной.