Наблюдение за красавчиком

Наблюдение за красавчиком


Автор: A Franzhev


Иногда одиночество начинается не тогда, когда рядом никого нет.
Иногда оно начинается в комнате, полной людей.

Глава 1. Когда всё было нормально

Когда-то Артём совершенно не думал о том, одинок ли он.

Наверное, именно так и выглядит нормальная жизнь: ты не проверяешь её каждое утро на наличие счастья.

Ты просто живёшь.

Артём просыпался, опаздывал, торопливо ел, переписывался с друзьями, строил планы, которые половину времени отменялись. Мог несколько часов гулять по городу без особой цели. Мог вечером сидеть с кем-нибудь на кухне и говорить обо всём подряд.

Иногда разговор был настолько бессмысленным, что на следующий день он даже не помнил, о чём они говорили.

Теперь он отдал бы многое за один такой бессмысленный разговор.

Но тогда он этого не знал.

Ему было двадцать два.

Высокий, спортивный, тёмные волосы, правильные черты лица. Девушки иногда задерживали на нём взгляд. Мужчины быстро принимали его в компанию. Он умел пошутить в нужный момент и почти никогда не производил впечатления человека, который старается понравиться.

Он просто нравился.

— Тебе вообще легко живётся, — как-то сказал ему приятель Максим.

Они сидели летом возле реки.

— Почему?

— Посмотри на себя.

— И что?

— Нормальная внешность, спортом занимаешься, говорить умеешь. С людьми сходишься быстро. Тебе чего ещё надо?

Артём засмеялся.

— Миллион евро.

— Кроме миллиона.

— Два миллиона.

Они засмеялись.

В тот вечер они долго сидели возле воды. Потом кто-то предложил поехать в центр. Они поехали. Познакомились ещё с несколькими людьми. Вернулись домой под утро.

Обычный день.

Настолько обычный, что Артём не сделал ни одной фотографии.

Через много лет ему отчаянно захочется вспомнить именно этот вечер.

Он будет помнить реку.

Будет помнить голос Максима.

Будет помнить, что был счастлив.

Но не сможет вспомнить почему.

Наверное, потому что счастье тогда не было событием.

Оно было фоном.

У Артёма была семья. Были знакомые. Были люди, которым он мог написать:

«Ты где?»

И получить:

«Дома. Заезжай».

Существование таких людей казалось ему чем-то естественным.

Он ещё не знал, что однажды будет открывать список контактов и долго листать его вниз.

Сто двадцать семь номеров.

И ни одного человека, которому можно написать:

«Мне сегодня плохо. Можно я просто побуду рядом?»

Но до этого оставалось много времени.

Пока что Артём жил.

Учился.

Работал.

Влюблялся.

Разочаровывался.

Спорил.

Мирился.

Иногда грустил.

Иногда чувствовал себя самым счастливым человеком на земле.

И никогда не думал, что близость с другими людьми — это навык, который можно потерять.

;

Глава 2. Что-то произошло

Потом произошло что-то.

Если бы эта история была фильмом, сейчас должна была бы появиться конкретная сцена.

Один вечер.

Один человек.

Одно предательство.

Одна фраза.

После которой герой становится другим.

В жизни всё оказалось гораздо менее красиво.

Артём и сам много лет пытался определить тот самый день.

Иногда ему казалось, что всё началось после одного болезненного разрыва.

Иногда — после конфликта с друзьями.

Иногда он вспоминал несколько унизительных ситуаций, о которых остальные участники, вероятно, забыли уже через неделю.

А он почему-то не забыл.

Но, возможно, не существовало никакого одного события.

Была тысяча маленьких.

Человек редко строит стену за один день.

Сначала он кладёт один кирпич.

Потом второй.

А через несколько лет обнаруживает, что больше не видит людей с другой стороны.

Первое время никто ничего не замечал.

Артём всё ещё встречался с друзьями.

Всё ещё шутил.

Но что-то изменилось внутри разговора.

Раньше, если ему было плохо, он мог сказать:

— Последние дни вообще какие-то ужасные.

Теперь говорил:

— Да нормально всё.

Он научился произносить эту фразу без паузы.

«Как дела?»

«Нормально».

«Что нового?»

«Да ничего».

«Ты чего такой тихий?»

«Устал».

И это работало.

Люди редко задают второй вопрос.

Не потому, что они плохие.

Просто у каждого своя жизнь.

Артём постепенно понял очень удобную вещь: если ничего о себе не рассказывать, никто не сможет задеть то, о чём не знает.

Проблема заключалась в другом.

Если ничего о себе не рассказывать, никто не сможет тебя и узнать.

Этого он тогда ещё не понимал.

Он просто стал осторожнее.

После неприятных встреч прокручивал разговоры в голове.

«Зачем я это сказал?»

«Наверное, глупо прозвучало».

«Почему она так посмотрела?»

«Почему он не ответил?»

Иногда Артём открывал переписку и видел, что его сообщение прочитано.

Ответа не было.

Проходило десять минут.

Потом час.

Потом вечер.

Раньше он бы забыл.

Теперь внутри появлялось маленькое неприятное чувство.

«Я ему надоел».

Разум отвечал:

«Человек занят».

Но тревога говорила:

«Нет. Ты просто ему не нужен».

Тревога вообще умеет говорить очень убедительно.

Особенно когда повторяет одно и то же много лет.

;

Однажды друзья позвали Артёма на день рождения.

Он уже собирался.

Принял душ.

Оделся.

Посмотрел в зеркало.

Всё было нормально.

И вдруг подумал:

«А зачем я туда поеду?»

Он представил квартиру.

Громкие разговоры.

Людей, которых знает плохо.

Необходимость улыбаться.

Отвечать на вопросы.

Рассказывать, что происходит в жизни.

И почувствовал странную усталость ещё до того, как вышел из дома.

Он написал:

«Парни, сорри, плохо себя чувствую».

Ему ответили:

«Выздоравливай ;»

Артём лёг на кровать.

Сначала почувствовал облегчение.

Вот оно.

Тишина.

Никому ничего не надо объяснять.

Через несколько часов облегчение исчезло.

Он открыл социальные сети.

Увидел фотографии с праздника.

Люди смеялись.

Максим стоял рядом с какими-то новыми знакомыми.

И Артём неожиданно почувствовал себя забытым.

Хотя сам решил не приходить.

Это противоречие станет одним из главных противоречий его жизни.

Он будет избегать людей, потому что рядом с ними тревожно.

А потом страдать, потому что рядом никого нет.

;

Глава 3. Исчезновение

Дружба редко заканчивается словами:

«С сегодняшнего дня мы больше не друзья».

Обычно происходит иначе.

Сначала вы видитесь каждую неделю.

Потом раз в месяц.

Потом:

«Надо как-нибудь встретиться».

Потом:

«Сто лет тебя не видел».

Потом поздравляете друг друга с днём рождения.

Потом один из вас однажды забывает.

И ничего не происходит.

Мир продолжает вращаться.

И именно это иногда больнее всего.

У Артёма никто не умер.

Никто не исчез внезапно.

Просто люди уходили из его жизни настолько медленно, что он каждый раз успевал привыкнуть.

Максим женился.

Другой друг переехал.

Кто-то нашёл новую компанию.

Кто-то несколько раз приглашал Артёма встретиться, получал отказ и перестал приглашать.

Нельзя сказать, что люди бросили его.

Но нельзя сказать и обратного.

Артём участвовал в собственном исчезновении.

В двадцать семь лет у него было много знакомых.

Это важное различие.

Знакомые знали, где он работает.

Какую музыку слушает.

В какой спортзал ходит.

Какие фильмы любит.

Но никто не знал, чего он боится.

Никто не знал, как часто по вечерам он чувствует пустоту.

Никто не знал, что иногда после хорошего разговора с человеком он возвращается домой счастливым и ещё несколько часов мысленно продолжает этот разговор.

Потому что для другого человека это были пятнадцать минут.

А для Артёма — главное событие недели.

;

Однажды вечером он решил провести эксперимент.

Положил телефон экраном вверх на стол.

И решил не писать никому первым.

«Посмотрим, кто вспомнит».

Прошёл час.

Два.

Восемь.

На следующий день пришло сообщение.

Сердце Артёма дёрнулось.

Он схватил телефон.

Банк.

«Подтвердите операцию…»

Он усмехнулся.

Потом стало неприятно.

Прошло три дня.

Четыре.

На пятый написал коллега:

«Ты завтра в первую смену?»

Артём ответил:

«Да».

И продолжил эксперимент.

Через неделю он понял, что эксперимент давно закончился.

Но не смог решить, какой результат получил.

«Никому до меня нет дела».

Эта мысль казалась очевидной.

Он не подумал о другом.

Что где-то мог сидеть человек, который думал точно так же:

«Почему Артём больше никогда не пишет первым? Наверное, я ему не нужен».

Одиночество обладает странной математикой.

Два человека могут скучать друг по другу и одновременно не написать ни одного сообщения.

Каждый ждёт доказательства собственной значимости.

И оба получают доказательство обратного.

;

Глава 4. Красавчик

К тридцати годам Артём выглядел лучше, чем в двадцать два.

Это казалось почти издевательством.

Он тренировался четыре раза в неделю.

Не курил.

Редко пил.

Следил за одеждой.

Читал.

Хорошо зарабатывал.

Умел поддержать разговор.

Женщины обращали на него внимание.

Иногда в кафе он замечал взгляд девушки за соседним столиком.

Иногда ему улыбались.

Иногда знакомство даже происходило.

— Ты очень уверенный, — сказала ему одна девушка на втором свидании.

Артём чуть не рассмеялся.

Если бы она знала.

— Наверное.

— И немного загадочный.

Вот это слово он слышал постоянно.

Загадочный.

На самом деле никакой загадки не было.

Просто он боялся рассказывать о себе.

На первых встречах это действительно выглядело привлекательно.

Он не жаловался.

Не рассказывал всю биографию.

Умел слушать.

Шутил.

Не навязывался.

Но потом отношения должны были перейти куда-то дальше.

И здесь начиналась проблема.

— О чём ты сейчас думаешь?

— Ни о чём.

— Точно?

— Да.

— Ты какой-то далёкий.

— Тебе кажется.

Ей не казалось.

Артём мог находиться в полуметре от человека и одновременно быть за тысячу километров.

Он хотел близости.

Но близость требовала того, чего он боялся больше всего:

быть увиденным настоящим.

Не красивым.

Не смешным.

Не спокойным.

Не спортивным.

Не тем человеком, который всегда справляется.

Просто собой.

А что, если этого окажется недостаточно?

Поэтому он показывал людям лучшие комнаты своего внутреннего дома.

А двери в остальные держал закрытыми.

Потом удивлялся, почему никто не остаётся жить.

;

Однажды девушка по имени Лена сказала:

— Я не понимаю тебя.

— В каком смысле?

— Ты как будто всё делаешь правильно.

— Это плохо?

— Нет. В этом и проблема.

Он улыбнулся.

— Очень понятно объяснила.

Она не улыбнулась.

— Я серьёзно. Ты спрашиваешь, как прошёл мой день. Помнишь, какой кофе я люблю. Приезжаешь вовремя. Ты смешной. С тобой интересно. Но я совершенно не понимаю, нужна ли я тебе.

— Конечно нужна.

— Тогда почему я этого не чувствую?

Артём замолчал.

Он хотел сказать:

«Потому что если я покажу, насколько ты мне нужна, ты сможешь сделать мне больно».

Но произнёс:

— Не знаю.

Через месяц они расстались.

Лена плакала.

Артём не плакал.

Он обнял её и сказал:

— Всё хорошо.

По дороге домой он чувствовал почти ничего.

Через два месяца увидел её фотографию с другим мужчиной.

И только тогда его накрыло.

Он сидел на кухне до трёх часов ночи и пытался понять, почему человек становится особенно дорогим в тот момент, когда вернуть его уже нельзя.

На следующий день пошёл в спортзал.

Добавил вес на штангу.

Сделал тренировку.

Выложил фотографию.

Кто-то написал:

«Красавчик».

Он поставил лайк.

;

Глава 5. Человек, который очень старался

Несправедливо было бы сказать, что Артём сдался.

Наоборот.

Он старался больше многих.

В какой-то момент он понял, что так жить нельзя.

Начал читать книги по психологии.

Подчёркивал предложения.

Сохранял цитаты.

«Выходите из зоны комфорта».

Он выходил.

«Занимайтесь спортом».

Он занимался.

«Находите новые увлечения».

Нашёл.

«Не сидите дома».

Не сидел.

По субботам ходил в библиотеку.

Иногда просто выбирал книгу и садился там среди людей.

Ему нравился тихий шум страниц.

Чужие шаги.

Кашель человека за соседним столом.

Шёпот.

В библиотеке можно было быть среди людей и не объяснять, почему ни с кем не разговариваешь.

Это было идеальное место для одинокого человека.

Однажды напротив села девушка.

У неё были светлые волосы и огромная книга по архитектуре.

Несколько раз их взгляды встретились.

Артём подумал:

«Скажи что-нибудь».

Через минуту:

«Сейчас».

Ещё через пять:

«Когда она отложит телефон».

Потом:

«Не буду мешать».

Через сорок минут девушка собрала вещи.

Проходя мимо, она улыбнулась.

— Пока.

— Пока.

Она ушла.

Артём посмотрел на дверь.

В голове мгновенно появились двадцать прекрасных фраз, которые можно было сказать.

Мозг всегда становился невероятно смелым после того, как возможность исчезала.

;

Но были и победы.

Он заставлял себя разговаривать с людьми.

Спрашивал дорогу, даже когда знал её.

Заводил короткие разговоры в спортзале.

Однажды познакомился с мужчиной по имени Денис.

Они несколько недель тренировались вместе.

После тренировки Денис предложил:

— Поехали поедим.

Первая реакция Артёма была автоматической:

«Сегодня не могу».

Но он поймал себя.

— Давай.

Они сидели почти два часа.

Разговаривали о работе, родителях, отношениях.

В какой-то момент Денис рассказал о собственном тяжёлом периоде.

Артём слушал.

Вот он.

Момент.

Можно сказать:

«У меня тоже бывает».

Всего четыре слова.

Он почти произнёс их.

Но что-то остановило.

— Да, понимаю, — сказал он вместо этого.

Домой Артём ехал счастливым.

Он думал:

«Вот. Всё меняется».

На следующей неделе они снова тренировались.

Потом ещё раз.

Потом Денис сменил зал.

Первые недели переписывались.

Потом реже.

Через полгода поздравили друг друга с Новым годом.

Ещё один человек превратился из друга в контакт.

;

Артём начал замечать закономерность.

Он умел знакомиться.

Он не умел оставаться.

Первый разговор — легко.

Второй — нормально.

Пятый — сложнее.

Десятый требовал близости.

А близость требовала открытости.

И здесь система ломалась.

Можно научиться знакомиться с сотней людей.

Но если каждый раз убегать в тот момент, когда тебя начинают узнавать, количество знакомств ничего не изменит.

;

В тридцать четыре года Артём впервые пошёл к психологу.

Женщина лет пятидесяти спросила:

— Почему вы пришли?

— Не знаю.

— Хорошо. А что вас беспокоит?

Он усмехнулся.

— Наверное, одиночество.

— Наверное?

— Я привык.

Она посмотрела на него.

— Привыкнуть и перестать страдать — не одно и то же.

Эта фраза ему не понравилась.

Именно потому, что была точной.

На следующих встречах он рассказывал понемногу.

Психолог однажды спросила:

— Когда вам плохо, кому вы звоните?

Артём задумался.

— Никому.

— Почему?

— А зачем грузить людей?

— А если плохо вашему другу?

— Это другое.

— Почему?

Он не нашёл ответа.

Она сказала:

— Мне кажется, вы хотите отношений, в которых другие могут нуждаться в вас, но вы не позволяете себе нуждаться в них.

Артём долго молчал.

— А разве плохо быть самостоятельным?

— Нет. Но самостоятельность и невозможность попросить о помощи — разные вещи.

Вечером он записал эту фразу в телефон.

Потом закрыл заметки.

И никому не позвонил.

;

Годы шли.

И вот это оказалось самым страшным.

Не происходило ничего катастрофического.

Он просто становился старше.

Тридцать пять.

Тридцать восемь.

Сорок один.

Работа.

Спортзал.

Магазин.

Квартира.

Книга.

Телефон.

Сон.

Снова работа.

Иногда путешествия.

На фотографиях всё выглядело прекрасно.

Горы.

Море.

Красивые города.

Улыбающийся Артём.

Люди писали:

«Вот это жизнь».

Никто не видел, как после фотографии он убирал телефон в карман и ещё два часа гулял один.

Со временем одиночество перестало выглядеть трагично.

Оно стало бытовым.

Одна чашка.

Одна зубная щётка.

Одна тарелка в раковине.

Один билет.

Один человек в гостиничном номере.

Один голос, который иногда говорил вслух просто потому, что весь день не произнёс ни слова.

;

Глава 6. Время

В сорок семь лет Артём встретил Максима.

Случайно.

В супермаркете.

Они несколько секунд смотрели друг на друга.

— Артём?

— Максим?

Обнялись.

Максим изменился.

Поседел.

Набрал вес.

Но улыбался точно так же.

— Сколько лет прошло?

— Не знаю. Лет пятнадцать?

— Больше.

Максим показал фотографии детей.

Рассказал о жене.

Работе.

Доме.

Потом спросил:

— А ты?

Артём рассказал о работе.

О путешествиях.

О спорте.

— Женился?

— Нет.

— Дети?

— Нет.

Максим замолчал.

Не из жалости.

Просто не знал, что спросить дальше.

Они обменялись номерами.

Хотя номера друг друга у них уже были.

— Надо встретиться нормально, — сказал Максим.

— Обязательно.

Оба знали эту фразу.

Артём вышел из магазина и сел в машину.

Не заводил двигатель минут десять.

Он вдруг вспомнил тот летний вечер у реки.

«Тебе вообще легко живётся».

Он улыбнулся.

Потом почему-то заплакал.

Совсем немного.

Вытер лицо.

Завёл машину.

И поехал домой.

Максиму он так и не написал.

Максим ему тоже.

;

После пятидесяти Артём перестал активно бороться с собой.

Не потому, что победил.

Он устал.

Спорт остался.

Книги остались.

Прогулки остались.

Иногда он разговаривал с людьми.

С соседями.

С продавцами.

С коллегами.

Его считали приятным мужчиной.

Один новый сотрудник как-то сказал:

— Артём, мне кажется, тебя вообще все любят.

— Возможно.

— Классно тебе.

Артём посмотрел на него.

Он хотел объяснить одну вещь.

Можно нравиться многим людям и не быть близким ни одному.

Можно получать поздравления в день рождения и провести вечер одному.

Можно иметь сотни контактов и не знать, кому позвонить ночью.

Можно быть интересным собеседником и годами не произносить вслух самые важные мысли.

Можно быть красивым.

Умным.

Сильным.

Смешным.

Можно всю жизнь работать над собой.

И всё равно оставаться за стеклом.

Но Артём ничего этого не сказал.

— Да, наверное, — ответил он.

;

Он прожил долгую жизнь.

Никакого эффектного финала не произошло.

Жизнь редко уважает законы драматургии.

Артём старел.

Лицо изменилось.

Волосы поседели.

В спортзал он стал ходить реже.

Потом вместо тяжёлых тренировок появились долгие прогулки.

Книги всё ещё лежали возле кровати.

Иногда он возвращался в ту самую библиотеку.

Там всё время появлялись новые люди.

Студенты.

Пары.

Подростки.

Пожилые мужчины.

Женщины.

Однажды он увидел молодого парня, который сидел один.

Высокий.

Красивый.

Спортивный.

Парень несколько раз посмотрел на девушку за соседним столом.

Хотел что-то сказать.

Артём узнал этот взгляд.

«Давай», — подумал он.

Парень посмотрел ещё раз.

Девушка собрала вещи.

Ушла.

Он проводил её взглядом.

Артём хотел подойти к нему.

Сказать:

«Не жди слишком долго».

Но не подошёл.

Это была чужая жизнь.

;

В последние годы Артём наконец понял вещь, которую хотел бы узнать в двадцать пять.

Он всю жизнь думал, что сначала должен стать достаточно хорошим, чтобы его полюбили.

Поэтому улучшал себя.

Тело.

Работу.

Знания.

Одежду.

Речь.

Характер.

Он постоянно строил улучшенную версию себя для будущих людей.

А людям, возможно, был нужен не улучшенный Артём.

Им нужен был настоящий.

Тот, который иногда боится.

Который может скучать.

Который может первым написать:

«Ты свободен сегодня?»

Который способен сказать:

«Мне плохо».

«Мне одиноко».

«Я рад тебя видеть».

«Не уходи пока».

Но эти простые предложения всю жизнь казались ему опаснее любых тяжестей, которые он поднимал в спортзале.

;

Артём умер стариком.

Спокойно, от естественных причин.

Квартира после него осталась почти идеально чистой.

В шкафу висела аккуратная одежда.

На полках стояли десятки книг по психологии.

В телефоне находились сотни номеров.

Несколько человек пришли проститься.

Бывшие коллеги.

Сосед.

Дальний родственник.

Даже Максим узнал и приехал.

Он долго стоял молча.

— Хороший был человек, — сказал кто-то.

— Очень хороший, — ответил Максим.

И это была правда.

Потом люди разошлись.

Через несколько дней продолжили жить.

;

Среди вещей Артёма нашли старую фотографию.

На ней несколько молодых парней сидели возле реки.

Один из них был Артём.

Ему двадцать два.

Он смеялся, запрокинув голову.

На обороте фотографии ничего не было написано.

Ни даты.

Ни места.

Ни имён.

Только фотография человека, который ещё не знал, насколько сильно однажды будет скучать по собственной жизни.

;

Эпилог. Наблюдение

Эта книга называется «Наблюдение за красавчиком».

Но она никогда не была о красоте.

Красота здесь нужна только для одного.

Чтобы убрать удобное объяснение.

Мы любим думать, что одинокими становятся люди, которым чего-то не хватает.

Красоты.

Уверенности.

Денег.

Интеллекта.

Харизмы.

Интересов.

Артёму всего этого хватало.

Ему не хватило другого.

Смелости быть несовершенным рядом с другим человеком.

Он слишком долго ждал момента, когда станет достаточно интересным, спокойным, успешным и уверенным для настоящей жизни.

Не заметив, что настоящая жизнь уже идёт.

Ему казалось, что отношения появляются после правильных слов.

Но близость чаще начинается после неправильных.

После неловкого:

«Я не знаю, как это сказать».

После:

«Я переживаю».

После:

«Мне кажется, мы отдалились».

После сообщения, которое страшно отправить первым.

После приглашения, на которое могут ответить отказом.

После признания, что тебе нужен другой человек.

Мы часто представляем одиночество как пустую комнату.

Но настоящее одиночество может выглядеть совершенно иначе.

Красивый мужчина выходит из спортзала.

Здоровается с пятью людьми.

Шутит с администратором.

По дороге покупает кофе.

Девушка за кассой улыбается ему.

Он улыбается в ответ.

На улице звонит телефон.

Рабочий вопрос.

Он отвечает.

Проходит по городу среди сотен людей.

Возвращается домой.

Закрывает дверь.

И наступает тишина.

Никто из встреченных за день людей не знает его.

И он не знает их.

Но самое страшное даже не это.

Самое страшное — однажды решить, что теперь уже поздно что-то менять.

Потому что человеку может быть двадцать пять, сорок или семьдесят.

Пока существует возможность сказать другому человеку:

«Привет»,

история ещё не закончена.

История Артёма закончилась.

Наша — нет.