Бульвар

Бульвар в цвете фонарей застывшего лета. Прохлада окутывает череду пустых скамеек. Под ногами хрустит красный гравий. Вглядываясь вдаль, видишь продолжение бульвара: фонари, деревья, скамейки...
Вроде и не хочется спать. Выпит маленький энергетик с полчаса как. Там вдали, возможно, и есть что-то, ради чего можно не спать, но отсюда очень трудно разглядеть.
Друг рядом. Белая, возможно рваная куртка, аккуратно причёсанные волосы блондина, светлые узкие джинсы. Он идёт. Идёт уже давно, несколько десятков лет. Мы разговариваем или около того. Суть не в диалоге. Даже не в том, слышим ли мы. Процесс, не имевший начала в памяти, будто тянется через время. Планов нет. Это август — с одной стороны лето, с другой — осень. Если понять это, можно двинуться дальше, прочь от бульвара. Я не очень думаю об этом.
Сухие записи в телефоне в виде хокку: практика письма упражняет мысль, точит ум о скалы действительности, что из ниоткуда растут в никуда.

Цветные льды сна
Атомоходы сквозь мглу
Режут по пути...

Пейзаж двоится, накладывается картинка воспоминаний. Более серое, дождливое, но то же место, те же люди. Что поменялось? Год? Вроде там ещё не было плитки.
Продолжая идти, мы углубились в островки ностальгии. У каждого они свои. И как дым от сигареты тянутся вслед.
Думается об окружении. Опять в возрасте и стиле 70-х плюгавенький мужичок и его бородатый поддатый друг с рюкзачком. Можем ли мы их понять?
Слышны голоса. Дома определённо живут своей жизнью, своей памятью.
Почти пришли. Сильно заросший садик, погружённый во тьму, силуэты деревьев, мираж детской площадки — старой, советской, протёртой. Объявления и провода, оборванные листы, краска. Подъезд.