Осень по-прежнему прекрасна

Мир давно приобрёл больше серых оттенков: оттенков дорожного полотна, мрачного дождливого неба, машин, забрызганных вылетающей водянистой пылью из-под колес и не только своего авто, но и попуток, и встречных, окраса которых практически не было видно. С утра особенно.  Да и вечером. К тому же фары встречных машин слепят.
 
Что ещё можно увидеть за рулём по дороге на работу и с работы?

В выходные, если не работала, от поездок отдыхала. Отдыхала вообще от всего, за исключением каких-то домашних, бытовых забот. Магазин. Не как раньше — с выездом куда-нибудь в центр, прогулками по городу и между делом, чаще на обратном пути, покупки. Сейчас выбирала ближайший, покупала самое необходимое и домой. Дома уборка, стирка, готовка и за вязание. Или просто упасть и лежать. Ещё музыку слушать.

Казалось так больше и дольше получится отдохнуть. По-настоящему отдохнуть.
Понимала самообман. Но обманывалась добровольно.

***

Где-то там, у кого-то по поводу неё были другие планы. И неведомые силы вмешались. Машина потребовала замены передних подвесок и тормозных дисков. «Ездить, — сказали в автосервисе, — нельзя».

Первое утро без машины вызвало тревожность, хотя, накануне вечером изучила весь городской транспорт.
 
Две пересадки: автобус, метро, автобус. Чтобы успеть на работу, в метро нужно было быть в шесть. Это означало ранний подъём. Но пугало и тревожило совсем не это. Что, если автобус подведёт? Или она чуть замешкается и не успеет на нужный?
Так со страхами и добиралась. Легче стало, только когда увидела здание офиса. И опять вокруг ничего — мельтешение. В голове только — успеть и не пропустить.

***

Вечером всё было иначе.

Прогулочным шагом до автобусной остановки. Заметила ещё зелёную траву, кусты  цветов синим или желтым проглядывающие на полуголых стеблях. Летящие под ноги листья. Где-то в душе засияло солнце. Потеплело.

Мир из черно-белого с преобладанием серого, стал проявляться как фотография на цветной фотобумаге.

Появились люди со своими лицами, характерами, настроением. Появилась жизнь. И она раздвинула свои границы вокруг.

Появилась озвучка! Голоса, смех, шум ветра, шорох травы и падающей листвы, шин велосипедов и самокатов — всё наполнило пространство вокруг.
***

После метро большую часть пути шла пешком. Решила, пока ноги не устанут, будет идти. Когда-то могла этот маршрут весь пройти пешком. В этот раз не рискнула. Но хотя бы часть — позволила себе.

Площадь. Центр города. Шумно, суетно. Трепетно-жизненно. Уже сумеречно для того, чтобы зажечь фонари и иллюминации, подсветить объекты инсталляции. Ещё светло, чтобы не увидеть ярко-красные, огненно-рыжие и жёлтые листья клёнов, осин и берёз. Краснеющие гроздья рябины.

Перешла дорогу на зелёный свет и прямиком по аллее мимо новых лавочек, сделанных в современном виде, обгоняя гуляющих старушек и мамочек с колясками, пока не остановила сама себя — куда спешит?

Остановилась. Пошла спокойно, и память медленно, ненавязчиво закинула её на много лет назад. Что натолкнуло? Эта аллея? Этот уютный октябрьский вечер? Этот воздух, наполнивший лёгкие свежестью и ноткой грусти одновременно?

***

Ах, как осень та была прекрасна! Сколько красок, сколько солнца, сколько света и тепла! Бабье лето затянулось и надолго.

Мир вокруг был так ярок, так разнообразен в своих красках, что всё казалось невероятно сказочным. Сердце стучало учащенно, в душе преобладало великое волнение, как ожидание чего-то необычного, чего-то важного и очень значимого.
Она спешила... Хоть на самом деле шла тогда также медленно, как и сейчас по этой же аллее.

Вон там, у конца этого участка, где эту красоту «перерезает» дорожное полотно городской улицы, её ждал он.

Они договорились заранее. Ещё неделю назад. Это было их первым свиданием.
Она очень волновалась тогда. Уже заранее. Почти сразу после его звонка. Переживала в чём идти. Какую сделать причёску. Не понимала, как ей себя вести. О чём они будут говорить...

***

Мальчишка нравился ей ещё во время учёбы. Вот как-то так: увидела случайно и поняла, что пропала. А время и судьба сводила их всё чаще и чаще. Но ни слова о любви. Ни он. Ни она.

Он позвонил неожиданно. Она даже и не знала, что это Женька. Незнакомый номер. Взяла, хотя было желание не брать. 
— Привет, — он волновался. — Как дела?
Пожала плечами, рефлекторно. Хорошо, что он не видел.
— Привет. Нормально.
— В следующую пятницу до которого часа работаешь?
— Как обычно. До шести.
Очень хотелось спросить: «А что?»
Не спросила. Сдержалась.
— Давай, погуляем? В кафе где-нибудь посидим? Погоду хорошую обещают. Домой потом провожу.
— Хорошо. Давай, — сказала спокойно, сдержанно, но внутри всё ликовало. Внутри гремели салюты, сверкали фейерверки и её внутренние голоса кричали что-то вроде: «Ура!»

***

Женька, как только увидел её, поспешил навстречу. Он улыбался так, что на аллее стало светлее в несколько раз. А уходящее к горизонту солнце, то и дело прячущееся за высотными зданиями, казалось блёклой, перегорающей лампочкой.

Он даже обнял её. Вот уж чего она не ожидала.
— Чего так долго?
— Ничего не долго. Быстро, — она взглянула на часы. — От работы до сюда ровно десять минут. Если не бегом.
— Может то, что я ждал, да еще пришёл заранее, — он отпустил её из объятий. — Куда пойдём?
— Понятия не имею, — она развела руками. — Ты пригласил, тебе и решать.
— Сильно голодная?
— Нет. Но всегда готова, — засмеялась и почувствовала, как волнение уходит.
— Тогда идём до конца аллеи, а там я знаю хорошее кафе, — он взял её за руку, и они пошли.

***
 
Ух как выпрыгивало сердце. Стучало так, что отдавалось в висках. И как металась в груди душа, готовая взлететь над ними, над этой аллеей, над этим городом, чтобы достать до небес или даже до появившейся на востоке луны, или до звёзд.

А Женька всю дорогу говорил. Он тоже волновался. Она это чувствовала. Но не знала, что сделать, что сказать, чтобы он успокоился и понял — всё будет хорошо. Она же рядом. Хотя её чувства так же метались, так же не были уверены ни в чём, если бы не рука, которой он держал её. Он то ослаблял её, то сжимал крепче. Но держал. Не отпускал.

***

Прогулка затянулась на час. В кафе тоже где-то с час просидели. Когда вышли над городом нависла тьма. Но фонари и иллюминации, летящие вдоль дорог огни фар, светофоры и гирлянды на деревьях делали ночной город всё таким же ярким и красочным. А тёплый ветерок напоминал, что бабье лето ещё не ушло.

На улицах не было дневной суеты, хоть они и не были пусты. Каждый шёл неспешно, словно наслаждаясь этим вечером, этой удивительной осенью.

У подъезда дома Женька её крепко обнял, а потом поцеловал. Сладко. Наивно. Но искренне.

***

Ей сейчас вспомнился этот поцелуй. Она даже почувствовала его. Сердечко затрепетало, сжалось. От тревоги, от нахлынувших воспоминаний, от обиды. И ещё каких-то других смешанных чувств, как тогда, когда он неожиданно вдруг исчез, без объяснений, без звонка — от невозможности принять данность.

Полгода встреч, общих планов и... Пустота...

Когда терпение лопнуло, позвонила сама. Ответила женщина. Сказала, что она ошиблась номером. Эта женщина не могла быть её соперницей. Она скорей всего могла быть его мамой.

Вторая попытка была столь же безуспешна. Но с предупреждением не звонить и не доставлять беспокойств.

Ей не нужно было повторять трижды. Этих двух раз хватило...

Потом бессонные ночи. Слёзы в подушку. Желание исчезнуть и раствориться.

Спасла работа. В другом офисе, у чёрта на куличках. Переезд в новостройки города. Обустройство. Автошкола. Покупка машины. И дальше рутинная, казалось бы, жизнь. До сего дня.

***

Сегодня она взглянула на эту жизнь иначе.

А ведь ничего не изменилось. Осень по-прежнему прекрасна и радует, и восторгает. И поэтам дарит вдохновение! Молодым возможность мечтать и строить планы. Старикам успокоение и уют, воспоминания. Таким, как она, возможность понять, что жизнь идёт. Она не остановилась. Не поставила точку.

Просто никогда не поздно вырваться из своей скорлупы независимо ни от чего и открыть глаза. Как она это сделала. Не сама. По случаю. Не важно. Но это случилось.

Подхватила кленовый лист, падающий прямо перед ней, забавно кружа, словно вальсируя. Улыбнулась.

Аллея закончилась.

Остановилась у светофора. Перешла дорогу и направилась к автобусной остановке.

Она только теперь почувствовала, что ноги устали (ступни горели огнём). Но усталость была приятная.

09.10.2026