В ожидании второго дыхания - 2019 год

Вот я и дома
Я вернулся из очередной поездки в Крым. Понежился под душем, разобрал рюкзак. Сбегал в магазин, чтобы мои голодные глаза (и желудок) насытились молочными и мясными продуктами. Теперь стиральная машина урчит, вымывая из футболок, шорт, трусов и носков въевшуюся с потом соль. Уже   11   раз    летом   выезжаю   в Крым на две недели, чтобы с помощью рюкзака и палатки «заземлиться» и избавиться от раздражительности, нервозности и надышаться душистым воздухом.  Я встречал   отчаянных   людей в одиночестве, бродивших по горным перевалам. Не осуждаю их, но и не понимаю. В любом серьезном наставлении по туризму говориться, что группа не должна быть менее 3 человек, а если поход сложный и продолжительный, то и более. Потому что чем дальше от цивилизации, тем выше требования к безопасности. А с природой шутки плохи. Я сторонник путешествия в группе, даже если сам маршрут не считается спортивным.
    Фирма в Симферополе, занимающаяся   организованным туризмом, когда-то предлагала 10 туров. Сейчас их 5, зато самые проверенные и востребованные. Избегаю рекламы, но желающие могут в сети набрать в поисковике «Время гор» и получить подробную информацию   о фирме.  Тем не менее несколько слов о маршрутах.
 «Южнобережный». Можно увидеть пещеры Красную и Мраморную, водопады   Джур-Джур и Су-Учхан. Коктебель, Музей М. Волошина. Знаменитая Голицынская тропа, поселок Новый Свет и завод шампанских вин.
«По побережью двух морей». Плато Караби, гора Карадаг. За один тур побываете на Черном и Азовском морях.
«К просторам Тарханкута». Мыс Тарханкут- самая западная точка Крыма.  Это степной Крым. На маршруте пещерные города Чуфут-Кале, Мангуп-Кале, мыс Фиолент, Крепость Чембало.
«Озера западного Крыма». Озера в Крыму рукотворные   и создавались для накопления воды во время таяния снегов и дождей. Бахчисарай с музеями, Большой Каньон, Чертова лестница. Строили ее римские солдаты, между прочим.  Перевал Инжир, Балаклава с музеями, Инкерман и Севастополь.
«От Чатырдага до Карадага». Партизанский аэродром, Караби –Яйла, Белая скала. В этом месте снимали несколько фильмов, в том числе «Всадник без головы».  Арпатский водопад, Голицынская тропа, Генуэзская крепость. Карадаг и Коктебель.
   Заранее   выбираю   период   тура и сообщаю об этом организаторам походов «активного туризма с автосопровождением». Это означает, что группу вот таких же, как я, любителей, будут опекать два профессиональных инструктора. Это Сергей и его надежная опора Любовь.  При движении один всегда идет первым, а другой замыкает, чтобы никого не потерять на маршруте. В группе, как правило, 15-25 человек. Иногда бывает больше или меньше. Два повара избавляют нас от забот с приготовлением пищи.  А тяжелые рюкзаки со всеми вещами и палатками перевозятся двумя водителями на УАЗ с прицепами. Так что нас ожидают нагрузки на ноги, легкие, но никак уж   на позвоночник. Оплата тура на месте. В стоимость входят сопровождение, питание, поездки на транспорте. Можно взять на прокат палатку или спальник. Встречают   нас   в аэропорту Симферополя или на вокзале и доставляют в базовый лагерь. Часто это село Перевальное, где когда-то размещался летний лагерь военного училища. Кормят обедом и дают часа два на отдых.  А затем трехчасовая прогулка. Я обратил внимание, что во время прогулки Сергей присматривается, «как кто тянет». Это делается для того, чтобы в дальнейшем кому-либо вежливо предложить какой-то участок пути проехать на автобусе, если ожидаются крутые подъемы или спуски.
   Дни складываются по схеме: в 7 утра подъем, в 8 часов завтрак.  На завтрак каша овсяная, чай, хлеб с джемом или    с сыром.  В   9 часов с легкими рюкзачками (плащ, вода и какие-то продукты) отправляемся на маршрут. В час дня легкий обед с бутербродами и продолжаем движение. Возвращаемся в лагерь, если маршрут радиальный или на новое место, куда уже перевезли наши вещи. Часов в 5-6 легкий обед (салат и суп). Ужин часов 8 вечера, уже что-либо поосновательнее – каша с мясом или курицей. Потом совершенно свободное время и ложимся спать. До утра.      
Я довольно укрупненно   это описал, чтобы Вы, уважаемый читатель, получив общее представление о турах решили для себя, стоит ли читать дальше.  В любом случае выражаю Вам свою благодарность. 
Более чем уверен, что Вы сравнили количество предлагаемых маршрутов с количеством   моих   поездок.  По всем этим маршрутам я проходил уже несколько раз и даже порой припоминаю, где стояла моя палатка в прошлый поход или где размещался костер. Я знал несколько человек, прошедших по всем этим маршрутам и уже    выбирающих себе иные направления для поездок.  Они продолжают познавать мир дальше. Есть Кавказ, есть Урал, есть, наконец, Турция и иная заграница. Например, австрийские Альпы. Я давно смирился с тем, что не смогу объять необъятное, в этих турах в Крым я набираюсь здоровья и душевного равновесия, чтобы жить дальше. И, немаловажно, что инструкторы, водители и повара группы интересные люди и мне с ними легко в общении.  Мы рады друг другу, нам есть, о чем поговорить. 

Как я дошел до такой жизни.
В молодости я   часто ходил в многодневные автономные походы.  Автономный поход, это когда все несешь в рюкзаке. Вес рюкзака зависит от   многих причин.  На день питания одного человека требуется от 0,6 кг до одного килограмма сухого веса. Нужна палатка, спальник, коврик, теплая одежда, защита всего имущества от дождя, костровые принадлежности, личная аптечка. И если продукты со временем «тают», то прочее снаряжение надо нести до конца. Чем   поход   продолжительнее, тем больше вес продуктов.  Я не буду рассказывать о «забросках», когда заблаговременно создаются мини склады на пути следования, в таких походах я не участвовал. Одним словом, рюкзак весом 25 килограммов вполне реальная величина.       
 В молодости такой груз за спиной не тяготил. Более того, когда на небольшом отдыхе или на привале рюкзак снимался, наступало состояние радости. Как известно, чтобы насладиться теплом надо как следует замерзнуть. Однако два случая заставили задуматься о моем участии в транспортировке грузов.  Первый случай произошел во время моего похода по северному Кавказу в   Карачаево – Черкессии. Не стану вдаваться в подробности, шел я   с группой туристического клуба   Петербурга, и инструктор банально перегрузил меня общим снаряжением. Кроме своей палатки я нес и чужую, трос и прочее. Общий вес рюкзака составлял 32 килограмма и это при моем весе в 69 килограммов. И шли мы к озерам Архыза, это все выше и выше в горы. Как-то   за день   мы прошли … всего один километр. Правда, не по горизонтали, а по вертикали. Дней через 7 такой жизни я начал отставать на марше от группы, когда шли по валунам и камням и   каждый шаг следовало делать с осторожностью. Тогда инструктор разгрузил меня килограммов на 5, и я уже шел   со всеми вместе. Только из-за бесконечных переходов ручьев и рек вброд ботинки задубели и пальцы на ногах оказались сбиты. В Москве я обнаружил, что несколько ногтей почернели и потом они сошли. Тогда впервые   я задумался, не пора менять спортивные интересы. Потом успокоил себя тем, что если бы инструктор внимательно подошел бы к распределению имущества между туристами, то без перегруза я нормально прошел бы весь маршрут.
   Другой   случай произошел со мной во время похода по Большому Соловецкому острову. В составе оказался один москвич более старшего возраста, чем все остальные. Он казался бывалым туристом, побывал во многих местах на Кавказе и Урале. Вот только личных вещей он набрал столько, словно предполагалось использование вьючных животных. Одни его литые, резиновые сапоги весили несколько килограммов. Кстати, сапоги ему так и не пригодились, в болото мы не забрели. И вот на одном из переходов у него заболело колено, да так, что уже не мог идти.  А следовало до конца дня добраться до берега, чтобы нас перевезли на Анзерский остров на лодках.  Дата   заранее   согласована.  Инструктор принял решение всем мужчинам в группе кроме своего рюкзака нести по 20 минут и рюкзак туриста с больной ногой. А ему передвигаться налегке. Хотя, правильнее, на мой взгляд, следовало   раскидать его имущество по всем членам группы. Однако никто из мужчин, кроме меня, не возразил.  Кажется, потом об этом пожалел и сам инструктор.  Один рюкзак на груди, другой на спине. Пот льется градом, в ушах звенит. Все-таки дошли. Потом стояли на той точке несколько дней, ходили в радиальные выходы и заметно разгрузили рюкзак травмированного коллеги.  А у меня закралось опасение, чтобы со временем не стать обузой для группы. Надо бы учитывать свои возможности со своими желаниями. И со своим возрастом.
 Спустя какое-то время, в походе выходного дня в Подмосковье, я разговорился с одним туристом, рассказавшем мне о своей поездке в Крым в группе Сергея К*. Это те самые туры с автосопровождением, когда туристы идут с легкими рюкзаками через перевалы, а все остальное имущество перевозится на автобусах с прицепами. О продуктах не надо думать, о хворосте для костра, о воде для супа и каши. Этим занимаются повара. Ходи себе с инструктором   по горам долам и радуйся. Оплата самая умеренная. И людей в возрасте до 60 лет они принимают в группы. Мне как раз исполнялось 60 лет. Я воспользовался адресом в интернете и получил согласие на участие в походе   с 16 до 29 сентября.   

Первый поход в Крыму с группой «Время   гор».
С удивлением узнал, что спустя десять   лет   инструктор   Сергей       помнит тот поход, хотя вроде бы времени прошло немало. Обычно в группе   большинство составляют женщины. В тот раз   преобладали   мужчины, среди которых нашлось    много колоритных.
  Один из них работал охранником в магазине и имел расшатанную нервную систему, мог легко возбудиться из-за пустяков.  Однажды утром он заявил, что ночью у него кто-то украл ботинок.  Я предположил, что надо бы искать одноногого, потому что если бы украли, то два ботинка.  Он требовал вернуть похищенное, но хорошо, что начали собирать палатки и оказалось, что один свой ботинок    вчера   в темноте сумел засунуть под палатку.  Другой раз он вспомнил, что забыл    брюки на месте прошлой стоянки.  А мы уже удалились     далеко   от того места, часть пути проехали на автобусе, часть прошли пешком.  Хорошо, что на новом месте предполагали стоять два дня. С разрешения инструктора он отправился на поиски, и к вечеру вернулся с брюками.
Из женщин запомнилась Наташа в длинной и широкой юбке. Именно в этой юбке она ходила по всем горам, перелезала через завалы. Когда кто-то   предположил, что в брюках или шортах, возможно, ей было бы удобнее, она гордо ответила, что и «по Памиру прошлась в этой юбке».  Надо отдать ей должное, что она не отставала, не жаловалась на какие-то неудобства. В конце концов, ей так удобнее, это ее право выбора одежды.
Самым   колоритным, вне сомнения выглядел Павел-парикмахер.  Мастер он действительно отличный, прекрасно подстриг инструктора в полевых условиях. Павел уже успел побывать владельцем парикмахерской, но не выдержал арендной платы и разорился. Да я более чем уверен, что он старался прилично платить своим коллегам, поэтому получал скромные доходы, если не убытки.  Последнее время работал по вызовам, но и в этом не очень преуспел. Зато набрал массу различных кредитов, погашая старый кредит с помощью нового.  Ему постоянно звонили операторы различных банков, и он всем вежливо объяснял, что сейчас в командировке и как только возвратится в Москву, выполнит необходимые платежи. По-моему, он и сам в это верил.  Как-то наш лагерь разбили невдалеке от пляжа нудистов. Нередко для своих пляжей нудисты выбирают удаленные части побережья, на которые не проехать на транспорте. Пусть это валуны или скалы, зато вдали от цивилизации. Павел пригласил Наташу, и они отправились на этот пляж при первой возможности. Павел потом объяснял, что «это неэтично посещать нудистский пляж мужчине без дамы. Есть же этика поведения».
 Павел был знаком с начальником милиции какого-то подмосковного городка и тот отправил с ним в Крым сына Мишу на перевоспитание природой и здоровым образом жизни. Мише уже годков под 25, он высокий, крупный. И очень ленивый. Все это сочеталось с его спокойствием и добродушием.  Папа оплатил учебу сына в институте, но Миша не работает. «Чего я там не видел», - объяснял тот. Папа купил ему квартиру и женил на дочери владельца сети бензоколонок в городе. Жена ушла, но Миша сообщает, что и сам бы ее выгнал, потому что «она дура». Миша   две недели находился в лагере и переезжал в автобусе с места на место.  Когда группа уходила на маршрут, Миша укладывался на коврик, курил, смотрел на небо.
 Я тогда еще верил в переустройство мира и пытался убедить Мишу попробовать себя в движении. Однажды, все-таки он согласился и вышел со всеми вместе за пределы лагеря. Как только подошли к небольшому подъему, Миша посмотрел вверх и остановился. «Нет, я лучше вернусь в лагерь».
  Миша ленился устанавливать палатку и спал на коврике в спальнике под открытым небом. Благо стояла сухая погода. Только, как и положено в таких случаях, однажды ночью пошел дождь. Миша стал громко проситься к Охраннику в палатку, тот один спал   в двухместной. Охранник ему не отказал, но объяснил, что вначале необходимо разобраться в палатке, чтобы принять гостя. Ночь, темень. Фонарь Охранник куда-то засунул, так что подготовка заняла время. Миша сумел и сам промокнуть, и спальник промочить. Вот какую тут сказку вспомнить? Про трех поросят? Тут только один. И даже не очень его жалко. Тем более, что он не простудился.
 Я легко встроился в   заведенный порядок в группе и у меня не возникало никаких проблем. Возможно потому, что   до этого похода принимал участие в походах с более тяжелыми условиями. Более того, оценил прелесть движения без тяжелого рюкзака и статичной нагрузки на позвоночник. Однако не делайте вывод, что и на следующий год я вновь собирался провести отпуск с группой «Время гор». На следующий год я поехал в автономный тур в Карпаты. Впрочем, об этом я написал произведение «Дожди в Карпатах», уже давно ставшее библиографической редкостью. И лишь через год я прочно связал   свои активные походы с Крымом и группой «Время гор».   

Инструкторы, водители, повара.
Группа «Время гор» — это коммерческая организация, нацеленная на успешную экономическую деятельность. Только берусь утверждать, что для членов этой команды прибыль не главное. Несомненно, важное, но не главное! Утверждаю, потому что много раз видел, как в группе при решении каких-то проблем экономическая целесообразность уступала доброжелательным человеческим отношениям. Состав команды за десять лет немного менялся, но совсем незначительно. Немного слов о каждом. Сейчас они достигли пенсионного возраста, а до этого несколько лет, с мая по сентябрь, организация туров являлась для них основным занятием и заработком. 
 Сергей, главный инструктор, до развала Союза работал инженером на радиозаводе и активно занимался различными восхождениями по Крыму, Кавказу, Мастер спорта по горному туризму.  Когда завод в независимой Украине закрыли за ненадобностью, задумался, как жить дальше?  Так родилась идея об организации походов по Крыму для любителей активного отдыха. Он прекрасно знает Крым, человек увлеченный. В зимний период привлекает к горам школьников Симферополя и это у него хорошо получается. Его жена Люба – это финансовый мозг фирмы. Если бы не она, вряд ли бы сумели сводить доходы с расходами. У нее разряд по горному туризму. Сергей и Люба прекрасно понимают друг друга.   
Сергей и Люба никогда об этом не говорили (при туристах), но соблюдение техники безопасности для них важнейшее условие. Выдерживается правило: один инструктор возглавляет группу при движении, другой идет последним. Я стал свидетелем случая, когда одной немолодой женщине стало плохо с сердцем. (Приехала она с мужем, внучкой и внуком, чтобы показать детям живую природу). Сергей тут же поручил Любе вести группу одной, а сам связался с лагерем и вызвал УАЗик   к ближайшей доступной дороге. Женщина приняла лекарство, отдохнула и вернулась в сопровождении в лагерь на транспорте. Потом она переезжала с одной стоянки на другую, уже не рисковала сама ходить в горы.  Люба как-то рассказывала, что в одном из заездов принимал участие мужчина с шунтом в сердце. «А если бы что случилось?». Наверное, следовало бы отказать такому туристу. Но, в конце концов, каждый   сам должен думать головой.  Люба по образованию историк и с удовольствием рассказывает о прошлом Крыма. Она утверждает, что «Крым — это такой котел, в котором с годами все переваривается». Поэтому она с оптимизмом смотрит на будущее этого уникального полуострова.
Водители УАЗиков Влад и Валерий не только повелители дорог, но и выполняют множество хозяйственных работ. Когда группа переходит на новое место стоянки, они вначале подвозят народ к тропе, чтобы исключить движение пешком по дорогам. А затем возвращаются   в лагерь, грузят наши тяжелые рюкзаки в прицепы, собирают кухню и едут на новое место. И когда туристы, преодолев к вечеру спуски и подъемы выходят на новое место, они видят перебазированный лагерь, кухню, на которой готовится обед.  Мы разбираем рюкзаки, устанавливаем палатки и никаких хлопот у туристов уже не предвидится до конца дня. На водителях лежит забота о воде. В Крыму с водой непросто, поэтому   воду запасают во флягах. Для   этого надо знать источники воды, наполнить фляги, погрузить, привезти, разгрузить… Я неоднократно принимал участие в заготовке воды и видел, что где-то вода льется тонкой струей, где-то мощные потоки, только успевай относить полные фляги. В любом случае, к воде следует относиться бережно. Особенно в Крыму.
 К Владу у меня глубокая и устойчивая симпатия. Он труженик, никогда не сидит без дела, аккуратный и запасливый человек. У него всегда найдется веревочка, гвоздь, клей, и   тому подобное, если срочно что-то потребовалось. Влад любит поэзию и музыку. Он   заинтересовался   появлением   знаменитой песни «Мы идем по Уругваю…», собрал в своей фонотеке   самые различные интерпретации мелодии. Своими открытиями охотно делится с окружающими. А 6 июня Влад самый активный участник празднования дня рождения А.С. Пушкина. Люди собирались у костра и читали стихи поэта, кто что помнил.  Правда, в прошлом году встреча не состоялась. «Всех пригласил, никто не пришел», - грустно сообщил Влад.  А еще он учится играть на гитаре.
Валерий доброжелательный и спортивный человек. Зимой он работает инструктором по горным лыжам. По-моему, у него просто невозможно плохое настроение. Он всегда готов помочь окружающим и делает это так легко, что порой кто-то из туристов этим просто злоупотребляют.
 Люся наш основной повар. Приготовить пищу в полевых условиях совсем непросто. Пища готовится на газе (газ надо экономить!) или на дровах, если дрова имеются в наличии. Влад переделал   старую стиральную машину в очаг, так что жар не уходит попусту и легко ставить, и снимать котлы с огня. Мне кажется, что Люся вообще никогда не отдыхает: едва покормила народ завтраком, собрала продукты на перекус на маршруте, а надо уже начинать   подготовку   к обеду, затем к ужину.   Туристы лишены обязанности мыть за собой посуду. Тарелки и ложки после приема пищи моются поварами. Так и чище, и воды меньше расходуется, что немаловажно. Люди приезжают со своими кружками, а тарелки и ложки получают на месте. Есть некоторые, что едят вилками, но это, простите, уже снобизм.
 Вторым номером на кухне выступает Александр. Об Александре надо говорить особо. Он бард, автор и исполнитель песен под гитару. Его песня «Балаклава» могла родиться только в Крыму, так много в ней   моря, воздуха, радости жизни. Есть в его репертуаре песня на стихи Р. Бернса в переводе С.Я. Маршака. По-моему, это просто шедевр. Уверен, что и Бернс, и Маршак одобрили бы эту задорную мелодию и исполнение: «Пробираясь до калитки полем вдоль межи, Дженни вымокла до нитки вечером во ржи…». Александр много читает по истории страны и ему хочется   поделиться прочитанным, узнать мнение собеседника, о чем-то поспорить, с чем-то согласиться. Для туристов он проводит песенные вечера, исполняет свои песни, рассказывает об их создании.  А порой из его палатки звучит новая мелодия, Александр пишет песню.

Снаряжение
 Давно заметил, что есть тема, о которой бывалые туристы готовы говорить с удовольствием и неоднократно –это о снаряжении   для   походов: рюкзаки, фляги, палатки, ботинки, носки, шорты и так далее. Сколько раз я принимал участие в дискуссиях о том, как экипироваться, чтобы не ругать себя, что какие-то вещи взял, а нужное забыл. Или же взял, да не то. Надо, чтобы   снаряжение оказалось легким и прочным.
 
Неоднократно видел, как турист демонстрировал, что вместо куска мыла привез какой-то обмылок, в тюбике зубной пасты осталось чуть-чуть… Вес экономит. Зато, если покопаться в его рюкзаке, найдется надувной матрас на 3 кг, тяжелая куртка. Впрочем, это выбор каждого. Расскажу о своей экипировка и начну с обуви.
  Свои лучшие туристские ботинки я купил в 1991 году в ГУМе. Это были солдатские ботинки иранской армии.  Ботинки высокие, легкие, мягкие, прочные. Язык плотно пришит к боковинам, и я переходил неглубокие ручьи не замачивая ног. Долго носил ботинки, пока не стерлась подошва, а они все как новые. Запомнил период приобретения потому, что тогда мэром столицы был Г.Х. Попов. Под руководством доктора экономических наук, профессора, разработали и выдали москвичам «визитные карточки покупателя» с фотографиями и фамилиями. Вот такой взлет экономической мысли.  Широко оповестили, что продукты и товары в столице будут продаваться только   при   наличии таких визиток. Вроде бы забота о москвичах, в 1991 году и с продуктами, и с вещами в то время было откровенно плохо. Знали об этом нововведении приезжие, однако работникам торговли хватало мудрости, чтобы проигнорировать указание мэрии и продавать товары всем желающим. Когда в обувном отделе ГУМа я оплатил покупку и собирался уходить, к продавцу подошла начальствующая тетя и строго спросила, «а ты проверила у него наличие визитки?». Продавщица ответила утвердительно (хотя обошлись без этого), я не поленился, достал картонку и сунул под нос бдительной сотруднице. Сейчас думаю, что   визитки потребовались, чтобы и дальше росло раздражение людей на «эту такую-то советскую власть».  Вот это-то то как раз успешно получилось.
 Затем носил другие ботинки - берцы, внешне похожие на те солдатские, только после контакта с водой они становились «дубовыми» и отчаянно натирали ноги. Пришлось выбросить, ноги для меня нужнее.
 Первый раз в Крым приехал во вполне приличных берцах, но инструктор Люба, критически осмотрев мою экипировку, объяснила, что «кроссовки предпочтительнее, в них ноги не сопреют в 30 градусов жары».  В следующий раз у меня на ногах были прочные кроссовки и в рюкзаке легкие тапочки, чтобы переобуваться на стоянках. А для вхождения в воду с каменистым дном приобрел «кораллики», - тапочки, плотно облегающие ступни и с прочной подошвой. В воде не сползают.
 Носков, трусов и носовых платков приходится брать побольше, стирки нереальны. Мне удалось купить костюм для походов, которому мои коллеги присвоили наименование «колониальный». Рубашка и штаны из легкой материи цвета   хаки, бандана, защищающая      от солнца   затылок.  Загорали только кисти рук и лицо. Во время движения по горам надевал шорты и футболки. Тогда я наносил на руки и ноги защитный крем, потому что крымское солнце жесткое.
 Банданы   предпочтительнее бейсболок, потому что и весят меньше, и пот впитывают. А еще неоднократно видел, что, когда группа переваливала через очередной хребет, порыв ветра срывал бейсболку (козырек как парус!)   и   уносил   ее куда-то вниз, так что спускаться за ней пришлось бы несколько часов. Бейсболку списывали в «невозвратимые потери».
Днем жарко, зато ночью откровенно холодно, особенно в горах. Поэтому имею в рюкзаке   толстовку и комплект термобелья. Спальник лучше с капюшоном, тогда при необходимости открытым можно оставлять только нос. Проверял   различные спальники, но остановился на спальниках в форме «кокон». Пусть тесновато, зато согреться легче. А еще я использую вкладыш в спальнике. Это как простынка между тобой и спальником.  Весит он немного, но в нем значительно теплее. Греют, как известно, слои одежды, а не толщина. В жаркую ночь вкладыш заменит спальник.   Коврики   под спальник бывают разные, очень заманчивыми выглядят надувные.  Хороший надувной коврик весит прилично, а ночью с него легко сползти, особенно, если палатка установлена с небольшим уклоном.  И все время думаешь, как бы коврик не проткнуть. Остановился на полиуретановом коврике, состоящим из нескольких секций. Такой коврик и весит мало и в рюкзак хорошо укладывается, в отличии от целикового, который сворачивают в рулон.  Под голову можно, конечно, положить одежду. Если вам нравится ходить в мятой одежде. А так надувная подушка легко вписывается под голову.
 От дождя можно взять плащ, но мне больше нравится водостойкая куртка и такие же брюки. Обязательно водозащитный чехол на рюкзак, иначе рюкзак быстро наполнится водой, хотя это вам совсем не нужно.
 И в подмосковные походы хожу с   телескопической   тростью, привык к этой помощнице. С одной стороны, трость разгружает ноги, с другой стороны на нее можно опереться, особенно на подъемах и спусках. На подъемах я уменьшаю ее длину, на спусках увеличиваю. Прежде чем наступить на валун   при движении по   каменистым берегам, тростью проверяю, насколько прочно этот валун держится.  Весьма полезно. Некоторые предпочитают ходить в походы с палками для скандинавской ходьбы. Но с тростью одна рука у меня всегда свободна, можно перекладывать трость из одной руки в другую. А при необходимости свободной рукой за ветку или камень схватиться можно.
Налобный фонарик необходим вечером. А еще есть совсем крошечный аккумуляторный, позволяющий в темноте разложить вещи в палатке.
Рюкзаков беру два, один большой для всего имущества, включая палатку, коврик и спальный мешок, а другой, маленький на 20 литров, нужен для выхода на маршруты. В нем продукты для перекуса, фляга с водой или чаем, куртка от дождя и   сидушка, чтобы не сидеть на голых камнях. Фляга на 0,8 литра у меня в чехле. Если налить в нее холодную воду из родника, то вода дольше остается прохладной. На поясе в чехле    швейцарский   нож    Victorinox   с разумным количеством лезвий. Эта фирма в рекламе не нуждается.
Еще аптечка, средства для личной гигиены.  Следует быть готовым к расстройству желудка и мозолям на ногах. Зеленка и бинт как страховка.  Обязательно требуется термокружка. Тогда горячий чай не обжигает руки пока идешь от костра к своему месту.   Беру   с собой маленький раскладной стульчик. Усаживаюсь на него, а сидушка на коленях становится столиком. Готов к приему пищи. Иначе пришлось бы ставить тарелку на колени, а это горячо и неудобно, необходимо придерживать тарелку рукой.
 Есть несколько гермопакетов, для документов, денег, мобильника и фотоаппарата. Такой пакет, даже попадая в воду, обезопасит содержимое от проникновения влаги.  Очень ценная вещь, в Карпатах меня выручили, когда рюкзак оказался в воде.   
 Общий вес такого рюкзака где-то 15 килограммов, если ничего лишнего. Почему-то    за ниткой с иголкой принято обращаться ко мне. К предметам необходимым отношу и плеер, с которым так уютно в палатке, и фотоаппарат. Когда-то брал с собой монокуляр. Это такой потомок подзорной трубы. Весит гораздо меньше бинокля, зато увеличивает изображение в несколько раз. Все-таки интересно посмотреть на какую-то вершину или парящего ястреба. Потом отказался от этого реквизита.  Поскольку едва я доставал монокуляр из рюкзака, кто-нибудь обязательно говорил, - «дай посмотреть». Затем увеличительный прибор плавно переходил к другому туристу и так далее. Ко мне он возвращался, когда звучала команда продолжить движение. И зачем он мне нужен, если я в нем и так ничего не вижу?
 Несколько лет я привозил с собой воздушного змея и отпускал его полетать над горами. Но как-то увидел полеты парапланов над Коктебелем и решил, что все-таки лучше запускать змея в Москве, на набережной, где никакие другие летательные аппараты не составят ему конкуренции. Я ценю искусство в себе, а не себя в искусстве.

 Установка палатки
Палатку, спальник, коврик можно взять напрокат. Предпочитаю пользоваться своими палаткой и спальником, потому что именно они образуют надежный тыл туриста.  Помню, как ставили палатки в мои пионерские годы. Палатки тяжелые, брезентовые. В наставлении по туризму предлагалось срубить пару стволов орешника для стоек. А под дно палатки укладывали лапник- густые и мягкие ветви елки. Сейчас вспоминаю это с содроганием, после такого привала лесу приходилось залечивать раны.  Тогда как-то не задумывался об этом. Жаль. Да и выбора не имелось, так ходили в походы все.
 Теперь имеется большой выбор палаток. Чем больше вместимость и меньше вес, тем выше стоимость.  На мой взгляд, лучше всего двухместные. Предпочитаю двойные, а не одинарные палатки. В этом случае на внутреннюю палатку (почти накомарник), надевается внешняя из водозащитного материала. Но у внутренней палатки должна иметься нижняя часть (корыто) из прочного и водозащитного материала. Высота такого «корыта» 10-15 сантиметров. Однажды ночью на Северном Кавказе облако зацепилось за вершину и весь запас воды вылился на наш лагерь. Я слышал, как поток струился вдоль корыта моей палатки, но его высоты хватило, чтобы защитить внутренность палатки от воды. Мои соседи на следующий день сушили спальники. Их палатка весила на 200 граммов меньше, чем моя. И именно за счет высоты корыта. Обычный вес палатки двушки около трех килограммов.
Первый раз я приехал в Крым с палаткой, испытанной в Карелии, в Карпатах и на Кавказе, в характеристике которой отсутствовал параметр «ветрозащитная». Впрочем, большинство и ходят с такими палатками. И на прокат предоставляются эти же палатки. А потом, когда мы стояли под Коктебелем на высоко берегу, мне предстояла бессонная ночь. Тихий ветер сменился резким и порывистым, палатка ходила ходуном. Это не преувеличение, я видел, как стенки палатки приближалась к моему лицу то с одной стороны, то с другой и на пределе скрипели алюминиевые стойки. Утром мы узнали, что у двух палаток стойки не выдержали и палатки завалились. Спасибо водителям, потерпевших    разместили   в салонах автобусов. Поэтому позже я купил палатку «Ай- Петри 2», которая прекрасно держит   ветер   благодаря   особенностям конструкции. У нее не две, а три стойки, благодаря чему ветреная нагрузка перераспределяется на всю конструкцию.  Палатка ниже обычных, однако, не настолько, чтобы влезать в нее ползком. (Есть и такие     варианты палаток).  А еще в этой палатке комфортно в жару. У нее два боковых входа и две форточки. Входы и форточки двойные – из плотного материала и сетчатого. Можно с помощью молнии отстегнуть плотный материал и тогда в палатке появляются сквозняки даже в самую жаркую и безветренную погоду. Не кондиционер, но все-таки.
 Это только кажется, что место для установки палатки выбрать легко. Неровности, а то и какие-то колючки обязательно напомнят о себе ночью. Поэтому лучше предварительно руками проверить площадку, прежде чем приступить к установке. Если же палатка находится под тенью дерева, то это везение, в ней не будет душно. Потом вставляешь стойки и натягиваешь растяжки, чтобы притянуть палатку к земле. Как только палатка собрана, вносишь в нее имущество и закрываешь вход на молнию. Если забыть это сделать, то непременно появятся квартиранты. Вы же никого не приглашали?
 В Евангелии говорится о человеке безрассудном, который построил свой дом на песке. «И пошел дождь, и разлились реки, и подули ветры, и налегли на дом тот; и он упал, и было падение его великое» (Мтф, 7, 27). Я воспринимал это как притчу, но заблуждался. Это не только притча.  Ранее, до приезда в Крым, я ставил палатки на различных грунтах и считал, что устанавливаю палатки умело.  Хорошо   запомнил   свою первую ночевку на пляже.  Днем   палатка   смотрелась   идеально: ни одной складки. Просто днем стояла безветренная погода. Вечером, когда я забрался в спальник, пошел дождь, подули ветры и колышки один за другим стали выпрыгивать из песка. Палатка готовилась сложится. Предупреждение в Евангелии оказалось не напрасным. Вылезаю и под дождем начинаю собирать камни (время пришло), забивать колышки и придавливать их сверху   камнями. Мокрый, но счастливый вновь залезаю в спальник и быстро согреваюсь. Позднее   я узнал, что при установке   палатки на песке или на продуваемом ветрами месте неплохо и по углам палатки разместить валуны. Или целлофановые мешки с песком.
  Однажды в группе появилась пожилая пара с внуком и внучкой, погодками. лет 10. Наша первая   стоянка   размещалась   под   Инкерманом на большой поляне. Так случилось, что едва выгрузились из автобусов, как заморосил дождь. Спрятаться некуда, дождь усиливается. Раздали палатки, а что с ними делать?  Бабушка с дедом пытаются поставить палатку для детей, но что-то не   получалось.  Увидел в глазах детей растерянность. Бросил   установку своей   палатки, благо в ее комплект входит еще и гермочехол, так что она не промокала.  И вместе   мы быстро установили палатку для детей, затем я расстегнул молнию и предложил малышам спрятаться с вещами в укрытии. Для них все это выглядело   чудом, как небольшой сверток превратился в домик, в котором можно спрятаться от непогоды. Дети уже улыбаются, оказалось, немного надо для радости.   Слышу, как   в палатке брат и сестра весело переговариваются, расправляя коврики и спальники.
  На следующей   стоянке   дети   решаются   самостоятельно установить палатку. Я издалека наблюдал за ними, но оказалось, один раз увидев, они уверенно выполняли необходимые действия. Потом услышал, как Злата (так звали девочку), строго сказала брату: «Дядя Сережа   учил, колья для растяжек надо забивать под углом, а ты что делаешь?» Брат что-то ворчит, но    вижу, как он извлекает колышек из земли с тем, чтобы потом вогнать уже как положено, натягивая растяжку. Согласитесь, все-таки приятно быть авторитетом?

Что может быть лучше горного леса?
  Любой тур состоит из тех частей: горная часть, затем движение по плоскогорьям и далее спускаемся к морю и идем вдоль побережья. По горным лесам для меня идти приятнее всего. Идешь между высоченными деревьями, воздух прохладный и слегка влажный. Солнечные лучи падают на вершины деревьев, но, когда они достигают земли   успевают охладиться.  Шуршит листва под ногами, рядом бежит ручей.
Порой выходишь на открытое пространство, перелезаешь через какие-то завалы и вновь торопишься спрятаться под деревьями.  Я замечал, что первые несколько дней 12-15 километров кажутся тяжелыми. Устаешь, хочется пить. Вроде бы в Москве регулярно хожу, а тут такая вялость! Ноги кажутся тяжелыми, с удовольствием останавливаешься через час движения на привал. Надо отмобилизоваться и выдержать эти дни акклиматизации.  Уже знаю, что этому способствует равномерный шаг, без рывков, ускорений и замедлений. Так идет Люба и я стараюсь держаться на маршруте поближе к ней, не отставать и не обгонять.   Возможно, вы помните, что где-то в начале я уверял, что приезжаю в Крым для того, чтобы избавиться от раздражительности, нервозности и надышаться душистым воздухом? Так вот, я вас обманывал! Еду я затем, чтобы вновь и вновь испытать незабываемое чувство, когда открывается «второе дыхание»!  Это великолепное ощущение, когда неожиданно понимаешь, что ноги идут вроде бы по тропе сами по себе, и ты сам по себе!  Пропадает всякое напряжение, приходит невероятная легкость и кажется, что вот так можешь идти бесконечно долго. По-видимому, это состояние близко   к   трансу, поскольку обостряются чувства, слышишь шорох деревьев, пение ручья, щебетание птиц.  Думается тогда непонятно, о чем, мысли прыгают, то хочется просить прощение у обиженных мною когда-то людей, родных и чужих, то начинаешь ликовать от радости бытия, от единения с окружающим миром. В этот момент очень важно, чтобы и я сам, и люди рядом со мной хранили тишину. Потому то и стараюсь идти рядом с теми, кто, как и я способны на молчание. Поболтать можно вечером у костра. Во время движения по плоскогорьям   состояние транса приходит реже, но есть возможность ахать и охать от земной красоты.
Хочется пить, но понимаешь, что много пить нельзя, так как резко увеличивается потоотделение и футболка становится мокрой не только на спине, но и на груди. Потому-то на привале делаешь глоток воды и не торопишься проглотить, чтобы смочить полость рта. Ничего, вечером    чаем можно восполнить потери жидкости в организме. И чай пьется великолепно. Вы, возможно, слышали о рюкзаке Абалакова, прославленном советском туристе и альпинисте?  А о будильнике Абалакова, слышали?  Вряд ли.  Рассказываю, это когда перед сном дежурные пьют    полулитровую   кружку   чая.  И рано утром будильник исправно сработает, дежурным - подъем. Когда идешь по плоскогорьям тени почти нет, ты открыт яркому солнцу. Зато испытываешь блаженство, если на   небольшой отдых садишься в тени скалы или кустов.  У меня есть совсем легкий коврик, поэтому   могу не только посидеть, но и полежать, чтобы расслабить и ноги, и спину. Пусть это всего 10 минут, но оно того стоит.
Движение вдоль берега моря – это движение по камням. С одной стороны, у тебя отвесная скала, с другой стороны - море. Здесь привалы делаются по полчаса, чтобы можно было бы и искупаться.
Заходить   в воду следует осторожно, морское побережье дикой части Крыма изобилует валунами.  Хорошо, что инструкторы выбирают место для купаний с относительно ровным дном. При движении по каменистому пляжу помогают палки или трости, чтобы камень не поехал под ногой.  Еще встречается коварная «сыпучка». Это мелкие камни, вроде бы неподвижные на дороге.  Однако опасность этих камней в том, что едва наступишь ногой, как они поехали, потому что лежат друг на друге толстым слоем. Вот тут трость помогает остановить движение ноги. Видел, как одна опытная туристка на сыпучке   поехала назад, неловко подвернула руку и получила перелом руки.  На следующий год она уже ходила с тростью, так надежнее. Порою форсируем ручьи.  Если нет возможности перейти по камешкам или жердочкам, снимаем кроссовки и заходим в воду. Кто-то держит обувь в руках, я же связываю кроссовки и вешаю себе на шею как украшение. Зато руки свободны. Вода ледяная, течение быстрое, дно колкое. Иду, страхуя себя тростью.
 А какое блаженство испытываешь, когда после брода организм охладился и вся усталость уплыла.  Конечно, это хорошо, если вечером в лагере не чихают и не кашляют.

Перекус
  Перекусом называют прием пищи на небольшом привале, без разведения костра. Утром была каша и чай с бутербродом. А перед выходом на маршрут Люба и Люся предлагают туристам разобрать пакеты с едой для перекуса. Пакетов столько же, сколько взрослых участников   выхода. Пакеты — это условное название, потому что картошка, яйца, помидоры, огурцы - в пакетах, а еще в рацион входят банки со шпротами, бычки в томате, хлеб.  Беру обычно пару пакетов, или несколько консервных банок. Однако, порой часть пакетов оказываются невостребованной и сиротливо лежат. Тогда Люба проявляет волю к победе и легко вычисляет уклонистов.  Подходит с батоном в руках и строго спрашивает: «А вы что взяли на перекус?», - и   вручает батон или еще что-либо. Кто-то тушуется и молча берет свою часть общего груза (важно участие!), но встречаются исключения. Одна женщина стала объяснять Любе, что ей «не в чем нести». «На груди у меня рюкзак для документов, а на спине водная система». (Это такая трубка от емкости с водой, поэтому можно пить при движении).   
Однако Люба прекрасно разрешает эту проблему: «Тогда несите в руках». Это помогает. В следующий раз для перекуса находится место. Перекусы не люблю, поскольку в этих ситуациях проявляются не лучшие качества людей.  Давно заметил, что существуют несколько типов поведения людей на перекусах.
 Если поход автономный и продукты нормированы, то на перекусе все делится поровну между участниками. Если кто отказывается, его право.
В крымских походах продукты выкладываются на знаменитую клеенку. Разрезана колбаса и нарезан хлеб, помидоры, огурцы. Открыты консервные банки. Ждут банки с кабачковой икрой. Клеенка маленькая, всем не усесться рядом. И вот тут начинается любопытное. Вроде бы простая логика подсказывает, что можно взять бутерброд, отойти от стола, чтобы не мешать другим.  Следующий   подход возможен только после того, как бутерброд тщательно разжеван и проглочен. Однако, некоторые люди ведут себя иначе. Женщина с «водной системой» усаживается со своим сыном у клеенки сразу, как только та появляется. И ждут, пока не закончатся приготовления. Потом начинают есть и не отходят от стола до насыщения. Она как-то не задумывается, что шпрот и бычков в томате не так уж много, кто-то может и не попробовать. Замечаний ей никто не делает, она с ребенком.  Другая женщина садится у стола со своей тарелкой и начинает готовить бутерброды себе и мужу. Один бутерброд, второй, третий. А теперь и с рыбой. Пока она это не закончит, другим подойти нельзя, надо ждать. Подойти к столу невозможно. Кто-то лезет через голову, но это совсем неудобно.
 Мне тяжело это видеть, потому что я верю в то, что «человек – это звучит гордо!».  Это зрелище для крепких людей, слабонервным следует удалиться, и я удаляюсь, жду, пока окружение вокруг стола ослабеет. Подхожу, беру яйцо, огурец и хлеб.  Мне протягивают бутерброд с колбасой. Я не отказываюсь, чтобы не обидеть человека. А еще я достаю из рюкзака   козинаки   и грызу сладкую палочку. Орехи в меду и вкусно, и сытно.  Козинаки в Крыму можно купить в любом магазине, поэтому имею неснижаемый запас. Делаю несколько глотков кисловатого каркаде. Я ношу с собой коробку сырков «Виола». Удивительно, но на жаре треугольники сыра не плавятся. А так как сливочного масла нет и на завтрак, то эти сырки служат очень калорийным дополнением.   Прием пищи закончен. Еще минут десять могу полежать под кустом, абсолютно ни о чем не думая. Перекус завершается сбором остатков от приема пищи в мусорный пакет. В пакете консервные банки, стеклянные банки от икры, очистки от колбасы и яиц. Мусор после себя не оставляем. Пакет с мусором надо нести до ближайшего селения, где имеются урны. Иногда это далеко, уж как получится.  Если удается закрепить пакет с мусором на рюкзаке, тогда вообще никаких проблем. В рюкзак нельзя, масло от шпрот предательски выливается и отстирать невозможно.    Стараюсь в первый же выход выполнить эту повинность, чтобы потом уже вновь предложить свои услуги через несколько дней. Должен отметить, что у мужчин   очередь на перенос устанавливается как-то негласно и я знаю, что на следующий день точно понесет кто-то другой. А там посмотрим по обстоятельствам.
  Возвращаемся в лагерь во второй половине дня.  Если это новое место, то разбираем свои рюкзаки и начинаем устанавливать палатки.  Люся стучит в кастрюлю, сзывая на обед, но пока палатки не стоят, ни о чем другом не думаем.  Женщина   с «водной системой» приехала с чемоданом и на ночь просит водителей убрать чемодан в салон автобуса. А если ей что-то требуется, то также вежливо просить ей достать багаж. Чемодан то достается, то убирается. Не автобус, а какая-то передвижная камера хранения. Все остальные почему-то размещают чемоданы или рюкзаки в палатках.
  Легкий обед   состоит из салата из капусты, огурцов и помидор, и вегетарианских щей, чая или компота. Порой компот варится из яблок, собранных в одичавших колхозных садах во время похода. Когда-то к обеду еще раскладывался на столах лук и чеснок, но в связи с ростом   цен   на овощи теперь эти витамины туристы покупают самостоятельно и угощают друг друга. Это если по дороге удалось заехать на рынок.  Около 8 часов вечера часов плотный ужин из гречки, макарон с мясом или курицей.  К ужину салат и укроп. Чай с печеньем или джемом. Размеренная и здоровая жизнь. Сны на продуктовую тему начнут посещать не ранее, чем через неделю. Зато за две недели на маршруте я избавляюсь от 1-2 килограммов лишнего веса без всякого вреда для здоровья. А взамен получаю упругую походку, которой в Москве хватает месяца на три.

Валентина –звездочет
  Так получалось, что с несколькими интересными людьми я встречался в крымских походах неоднократно. Вообще-то Валентина не звездочет, а астроном.  Это я про себя называю ее звездочетом. Астрономы – это земные люди, профессиональные интересы которых связаны с небом. Звездочеты – хранители знаний о вселенной, недоступных простым землянам. Для Валентины, кажется, космос свой, родной и понятный. Пусть что-то она не знает, но узнает обязательно. Как-то у костра, спонтанно, Валентина коснулась вопросов о небе и звездах. Еще один раз убедился, что люди, любящие свое дело, могут рассказывать о нем так, что окружающим становится интересно. Эта была лекция, в которой даже самые несведущие люди стали понимали, насколько важна и нужна астрономия. Гипотезы о происхождении вселенной, открытия и проблемы. И предлагалось задуматься о мироздании самим.
 Валентина кандидат наук, и по словам ее коллеги, смогла бы преуспеть на научном поприще. Вот только чиновником ей совсем не хочется становиться, поэтому в руководители она не стремится. Поражаюсь энергии этой хрупкой женщины: она приезжает на две недели чтобы ходить по горам, затем едет в поселок Научный, где работает   в обсерватории.  И, очень может, потом сразу улетает куда-то в научный центр Средней Азии.  Сожалею, что   другие, а не она пишут учебники по астрономии. Ее учебник стал бы лучшим.   А еще у нее и дача, и собака, и автомобиль.   Однажды на маршруте она подвернула лодыжку. Никакой истерики, больно, но Валентина держит удар и мужественно доходит до автобуса. Через пару дней она вновь на маршруте с забинтованной ногой, хотя могла сидеть в лагере и переезжать с одной стоянки на другую.
 Еще она безумно любит внука, воспринимающего заботу бабушки без должного понимания. Бабушка ведет его с собой в горы, чтобы мальчик окреп, повзрослел. Жаль, но мальчик не торопится взрослеть и не чувствует, как надо любить свою беспокойную бабушку. Впрочем, я надеюсь, что у него все это произойдет внезапно и скачкообразно, как количество перейдет в качество. Поступать в институт ему, а бабушка занимается с ним математикой, преодолевая сопротивление внука.  Думаю, что, когда внук начнет учиться в институте, Валентина переключит свое внимание его шестилетней сестренке. А возможно станет опекать и внука, и внучку.
 К Валентине люди притягиваются сами, и она постоянно кому-то в чем-то помогает. Похоже, по-другому жить она не может.
 При всей интеллигентности   Валентина может постоять за себя и за других. Однажды на перекусе она заметила, что я еще без бутербродов.  На вопрос, почему же не принимаешь участия в трапезе, ответил, что жду пока народ немного разойдется от стола. Еще успею. Но Валентина с этим мириться не захотела, она вежливо разогнала массовку у клеенки и появился свободный проход к продуктам для всех остальных желающих. Еще Л.Н. Толстой утверждал, что не всегда важно, что говорят, но всегда важно, как говорят. Вот это «как» у Валентины получается великолепно.
Вечерами, когда нет костра, я и другие туристы подходят к палатке   Валентины поболтать так, ни о чем. Темы всегда находятся сами собой. Она и ее подруга Татьяна радуются мелочам, восхищаются закатами и рассветами, залезают   на вершину только потому, что оттуда открывается необыкновенный вид на море.
 Надо сказать, для полноты образа, что   в   душе Валентина авантюристка.  Но, во-первых, своим авантюризмом она никогда не доставит хлопоты окружающим, все сама, а во-вторых, без авантюристов мир станет скучным!

Татьяна и Настенька
Турфирма официально допускает участие в походах детей от 6 лет. Только дети бывают разные, как и родители. Встречаются шестилетние, имеющие опыт пеших походов и с удовольствием шагающие рядом с родителями по тропе. Дети шагают легко, есть выносливость и сила. Малыши получают удовольствие от дороги. Можно только восхищаться такими семьями. Другие родители привозят детей, не задумываясь, насколько готовы их чада к преодолению 12-15 километров за день по горам?  Помню одного крепкого отца, шедшего за инструктором и периодически кричащего своему малолетнему сыну: «Миша, ты что отстаешь?». На окрик сын подбегал, но едва папа отворачивался, сын садился на дорогу. Мальчику было откровенно тяжело. Где-то в конце колонны шла и мама. Родители не понимали, что могли бы по очереди ходить на маршруты, оставаясь с сыном в лагере.  И не создавать неудобств малышу, себе и всем остальным, созерцающим эти картины и крики при движении.   
   Совсем иное впечатление оставляли мама Татьяна с дочкой Настенькой. 
Так складывалось, что уже несколько лет подряд я встречался с этой семьей в турах. Папа никогда не приезжал с ними, но поддерживает со своими девочками   телефонную связь.    Отношение между мамой и дочерью напоминают отношения подруг. Не помню, чтобы мама повышала голос или Настя капризничала. Как-то им удается мирно   разрешать свои проблемы. Девочка настолько доверяет маме, что ей, кажется, все равно, куда идти или ехать, лишь бы мама рядом. 
По вечерам в палатке мама с дочкой читают книги вслух. Без вечернего чтения Настя не засыпает. Я уже и не помню все секции и кружки Насти, но арфой она занимается с увлечением. Девочка   наделена редкостным нравственным здоровьем, благодаря которому все дурное обходит ее, даже не задевая. Дети порою оказываются в общении злыми и даже жестокими, но ничего это нет в характере Анастасии.  Она доброжелательна, приветлива и в хорошей физической форме. Легко общается со взрослыми, но предпочитает общение с ровесниками. Забавно, что, когда приходим в лагерь после тяжелого перехода, и взрослые могут прилечь на ковриках, положить на рюкзак ноги, дети начинают свою беготню. За все время общения не помню, чтобы она жаловалась на усталость или капризничала из-за того, что надо идти под дождем. Единственное, что заметно, девочка плохо кушает за общим столом. Однако это связано только с тем, что она привыкла к хорошей калорийной еде.   Поэтому, когда   наш лагерь   располагается вблизи населенного пункта, Настя уговаривает маму покушать в кафе. Там она ест с удовольствием.  У Насти есть старшая сестра, кончившая институт, но девочка привязана к маме и о сестре не упоминает. Зато рассказывает с гордостью, что мама занималась альпинизмом и мне, по секрету, сообщает, что однажды мама сломала ногу и теперь не залезает на скалы. Когда говорит о маминой травме, то   в голосе звучит сочувствие, хотя   произошло   это давным-давно.   Случайно узнал, что параллельно с игрой на арфе Настенька решила заниматься в секции самбо. Она крепкая, выносливая, хорошая реакция – такая девушка   сможет добиться успехов и в силовых видах спорта. Забавно, ко всему этому она собирается стать врачом. Кем бы она не стала, а человечек растет отличный!
Мне кажется, что участие детей от 6 лет   и старше в многодневных   походах необходимо. Если у ребенка не сформировалось еще понимание, что кроме него есть и другие люди, с кем надо считаться, заботиться, помогать, то в многодневных походах для приобретение этого качества души есть все условия. Уверен, что даже если в нынешней жизни преуспевают нередко те, кто успевают «первым сесть, первым съесть!», чувство общинности, коллективизма не теряют свою ценность. Надеюсь, что имеет место временное   отступление   от   этой   человеческой   нормы.
 В одном из туров появилась молодая мама с сыном лет девяти. Мама Наташа была ветеринаром по профессии и легко переносила все тяготы нашего быта, так как все практики во время учебы проходила в деревнях.  Да и по человеческим качествам вызывала уважение и легко восприняла все неписанные правила похода.  Мальчик Саша ныл на переходах, спрашивал у мамы, когда придем на место, скоро ли будет привал, хотя выглядел крепеньким пареньком.  За общим столом кушал только под постоянным давлением мамы.  Но в силу того, что мальчик добрый от природы, он охотно помогал взрослым при обращении к нему. Палатку удобнее ставить вдвоем, для костра надо всем собирать хворост, на трудном подъеме следует и руку подать ближнему, и ветку удержать, чтобы не хлестнула по лицу. И салату из общей миски стоит брать столько, чтобы всем досталось, мы же не дома.  А если осталось, то можно попросить и добавок. Детей в том заезде оказалось мало, и мы с Александром довольно часто общались, благо появилась взаимная симпатия. Какие-то книги обсуждали, обдумывали события, «а что, если…»  Я заметил, что часть общих с мамой забот он стал выполнять сам: наполнит фляги водой, встанет в очередь за кашей. А еще он стал помогать и мне.  Когда   я устанавливал палатку, то Саша подходил и предлагал свою помощь. В этом случае ребенку отказывать нельзя! Благодарил мальчика, сообщал, что сегодня я действительно устал, его участие очень желательно. А потом подходил к маме и рассказывал о добром поступке ее сына. Делал так, чтобы Саша слышал об этом. Мальчик расцветал, потому что гораздо чаще получал различные замечания (и справедливые!) за свою несобранность.  Добавлю, что на следующий год Наташа приехала в поход уже всей семьей, - с   мужем, младшим сыном и любимцем Сашей. Для ее мальчиков походная жизнь очень полезна.  Кстати, младший сын сам по себе оказался очень непохожим на старшего брата. Такое впечатление, что у родителей с ним вообще никаких проблем. Вот ведь как бывает, родные братья, а такие разные!   Похоже, что   Саша что-то рассказывал обо мне брату, потому что тот обращался ко мне за какими-то консультациями как к старому знакомому.  Признаюсь, мне было приятно такое отношение. 
Можно регулярно возлагать цветы к памятникам солдатам   Великой Отечественной войны, устраивать шествия и торжественные заседания, но этого мало для воспитания у детей патриотизма.  Чтобы любовь к Родине поселилась в сердечке маленького человека, гораздо действеннее увидеть места боев, посмотреть в каких тяжелейших условиях сражались советские солдаты за свою Родину. Крым в Великой Отечественной войне прошел через тяжелые испытания. Кровопролитные бои на мысе Херсонес, оборона Севастополя. Сдача в плен многих тысяч людей, у которых кончились боеприпасы и продовольствие. Сражались до последней возможности.   Партизанское движение в Крыму создавало немецким войскам столько неудобств, что неоднократно против партизан проводились полномасштабные военные операции с участием боевых частей. Высоко в горах мы увидели мемориальную землянку, восстановленную по воспоминаниям партизан.   
В землянку можно   заглянуть, и дети ахали, понимая, в каких условиях партизаны встречали холодные зимние ночи, в горах ночью и летом холодно, а зимой, когда дуют сильные ветры!  И постоянное напряжение, что, заметив дым от печки или костра, немецкий самолет сбросит бомбы и направит отряд полицейских для уничтожения лагеря партизан. А еще им рассказали, что   часть   тайников с оружием и продовольствием, которые   подготовили для партизан, были раскрыты теми местными жителями, что люто ненавидели Советскую власть. Одни уходили в партизаны, другие становились полицейскими.  Потеря запасов еще больше усложнило жизнь партизанам.  Об этой землянке дети говорили и чувствовалось, что землянка найдет место в их памяти.   Такое увиденное гораздо действеннее огромных памятников. По крайней мере, для детей.

Иеромонах Даниил
   В Крыму есть монастыри, до которых надо долго идти по горным тропам, потому что нет даже подобия каких-то дорог. Вот в одном таком горном монастыре, где   из 5 насельников три монаха и два послушника, живут в кельях, вырубленных в скале в невероятно древние времена.   Я разговорился с монахом лет сорока.  Он москвич, когда-то работал инженером, был женат и имеет дочку. Я не спрашивал, что подвигло этого человека оставить жену и дочь и уйти в обитель, а сам он не рассказал. Только чувствовалось, что ему в этом монастыре хорошо. В пещере, где живут монахи, металлическая печь-буржуйка, немногочисленные иконы на стене. Монастырь сейчас обустраивается, условия жизни самые суровые. «В этом году окна поставили, а то прошлую зиму закрывали одеялами, как в средние века», - поделился он радостью. На вопрос, почему он выбрал для монашества этот монастырь, а не обосновался в другом, с хорошими условиями для братии, ответил просто: «От людей дальше, к Богу ближе». Наши туристы заказали службы за здравие и упокой и оставили какие-то очень скромные деньги («сколько считаете возможно»).  Он внимательно просмотрел записочки (все ли разборчиво) и куда-то их отнес. А сам надел сандалии (до этого ходил босым) и сказал, что отправляется в село за хлебом. «Вот братья придут, и хлеб будет», - пояснил он. К Богу ближе…   
И все же есть в Крыму монастыри, в которые паломников привозят автобусами. Монастырь в горах, но рядом дорога и подняться к нему по дорожке легко. К сожалению, среди тех, кто посещает святые места, есть случайные люди. В одном таком монастыре я увидел письменные наказы, оставленные и подписанные иеромонахом Даниилом для посетителей. Этими наказами увешаны скамейки, столбики в окрестностях монастыря. Можно только восхищаться долготерпению этого священнослужителя и его стойкости.  Привожу содержание части этих наставлений:
Вы на территории древнего
монастыря и святого источника,
а не на пляже.
Просим вас вести тихо и благопристойно.

Братья и сестры!
В купели посуду не мыть,
С мылом не купаться.
Белье не стирать.

Вода   чистая.
Из колодца.
А не из купели.

Убедительная просьба
мусор забирать с собой.
               
Уверен, что все наставления продиктованы жесткой реальностью. Хотелось бы надеяться, что   не иссякнут   силы у отца Даниила, а в монастырь будут приходить люди с чистыми помыслами и достойно вести себя.

Сон в палатке
Похоже, что, называя цель крымских походов, я вас уже дважды обманывал. Привыкайте. Еще одна мотивация.   Что делать, если сон в палатке в горном лесу, на продуваемом ли ветром плато или на пляже для меня необыкновенное удовольствие?  Может, за этим и езжу в Крым?  Чем тяжелее день, чем больше накопилась усталость, тем радостнее ночь в палатке. Особенно хорошо залезать в палатку, если целый день шел под дождем.  Каждый раз, когда приезжаю в Крым, мне местные говорят, что уже месяц как стоит сушь. Я уверенно сообщаю, что проливные дожди на подходе.  Сомнений   нет, потому что     через 2 – 3 дня каждый раз после приезда начинались дожди. Дожди случаются проливными, когда через несколько часов вновь светит солнце, а потоки воды смывают грунт и несут его в ручьи, реки и море. Гораздо полезнее затяжные дожди на день, а то и два. Мелкий дождичек капает, капает, капает, все вокруг пропиталось влагой, земля, трава, деревья, воздух. Идти в такую погоду непросто, глинистая дорога раскисает и чавкает под ногами, камни становятся предательски скользкими. Однажды, на второй или третий день такой жизни я поинтересовался у Любы, не планирует ли она дневку. «Идем, идем, это еще не дождь!», -получил ответ.
 В дождь на мне непромокаемые легкие куртка и штаны из пленочного материала, на рюкзаке защитный чехол. Можно надеть плащ, но ветер норовит задрать полу плаща и промочить брюки.   Тем, кто не заботился о защите своего рюкзачка, придется нести в рюкзаке еще и дождевую воду. А это может измеряться литрами. Все равно, несмотря на плащи и куртки, через несколько часов движения влажность проникает вовнутрь. Есть   мембранные материалы, пропускающие испарения тела и защищающие от внешних осадков, но, когда узнаешь стоимость такой одежды, понимаешь, что дождь все-таки когда-нибудь кончится и вполне можно обойтись чем-то попроще.
   На стоянке повара с героическим усилиями приготовили ужин. Они натянули над столовой тент, но места всем все равно недостаточно, а косой дождь достает и под тентом. Сидишь на стульчике, капли дождя падают в тарелку, но на аппетит это не влияет. Кружка обжигающего чая разносит   по телу блаженное тепло и все, можно отправляться спать. Палатку   под дождем требуется устанавливать   как можно быстрее, чтобы не промочить ее изнутри. А если палатка поставлена заранее, так это роскошный подарок самому себе! 
 Влезаю в палатку, снимаю походную одежду и натягиваю термобелье.  В отдельном пакетике у меня спрятаны носки из верблюжьей шерсти.  В них никогда не хожу, только для сна.  Мокрые носки снимаю, распрямляю и засовываю в спальник. За ночь они высохнут. Выполняю сложные движения, чтобы одновременно оказаться во вкладыше, а тот, в свою очередь, разместился в спальнике.  Согревают слои, а не толщина, как известно! Натягиваю на голову капюшон, затягиваю   фиксатор так, что из спальника торчит только нос.  Еще холодно, но   достаточно   потерпеть   несколько минут, свернувшись калачиком, и начинает приходить тепло.
 Есть у меня маленькая металлическая фляга, в которой хранятся 100 миллилитров горячительного напитка. Чаще всего ром, но в данном случае это почти лекарство. Если подбирается простуда, то делаю маленький глоточек для профилактики. Если же фляга к концу тура осталась полной, то в последний вечер ее содержимое разливается по кружкам с чаем. Надо совсем немного, чтобы аромат рома ударил в нос. Напиток коллеги оценивают по достоинству.
   По палатке стучит дождь, но мне он не страшен. В палатке сухо, в спальнике тепло. Есть еще одно доступное мне удовольствие: с помощью МР3-плеера устраиваю себе концерты музыки. Звучат Бах или   любимый   мною Гайдн.  Особенно хорошо слушать музыку, когда гремит гром и сверкает молния.  Порой устраиваю концерты легкой музыки, но классика для сна в палатке подходит больше. В моей фонотеке есть несколько вариаций песни «Лили Марлен». Эта песня часто звучала в моем первом походе в Крым и потом, уже дома, она напоминала мне о лете, о горных тропах. Чувствуя, что засыпаю, выключаю плеер и безмятежно сплю до утра.
  Утро. Светит солнце.  Поют птицы.  Я выползаю из палатки одним из первых.  Есть еще одно неписанное правило: утром, когда твои товарищи смотрят последние сны, громко не разговаривать. Поэтому, замечая кого-то, не говоришь ему «доброе утро», а приветственно машешь рукой. Тебе отвечают и это радует. Солнце еще не обжигает, поэтому снимаю футболку и, слегка поеживаясь от утреннего холодка, принимаю солнечные ванны. А то никто не поверит, что ездил на курорт.  Через несколько часов станет жарко. День начинается. 

Чертова   лестница, Большой каньон и другое
Догадываюсь, что следует написать что-либо о достопримечательностях Крыма.  Для меня это непосильная задача, потому живая природа при любом описании лучше. Приезжайте и смотрите. Однако иначе мое повествование окажется неполным.
  Римляне по приглашению Генуэзской республики приехали в Тавриду для оказания посильной помощи. Чтобы перебрасывать войска из одной крепости в другую занялись постройкой дорог.      
  Римляне построили и довольно крутой спуск, именуемой «Чертовой лестницей».  Лестница, причудливо   петляя, спускается к подножию горы, где имеется автомобильная дорога.  Другой дороги через перевал не существовало, лишь крутые склоны гор.  Черт к строительству дороги отношения не имел, но его частенько поминают, спускаясь или поднимаясь по тропе. Понимаешь, что несколько столетий назад тропа выглядела значительно лучше, но годы и всякие подвижки гор   исказили ее первоначальный вид. В самом низу тропы она смотрится вполне достойно. Есть какие-то упоминания (не нашел), что А.С. Пушкин спускался по тропе во время нахождения в Крыму.  Иногда приходилось спускаться с помощью и ног, и рук. Интересно, а как Александр Сергеевич? Впрочем, есть сведения   о его хорошей спортивной форме.
   Пользовались этой лестницей и крымские партизаны, спускаясь с гор и нападая на германские военные автомобили. А затем также внезапно исчезали, поднимаясь вверх по этой лестнице.   
Большой каньон – это заповедная зона на территории   Крыма, что уже говорит о многом. Кажется, что природа   решилась собрать в одном месте свои щедрые красоты. По каньону протекает река, образуя озерца, в которых отражаются отвесные горы. В период вхождения Крыма в состав Украины, при входе в заказник сидели какие-то люди в форме и собирали деньги за посещение. Видимо, на ремонт каньона по рекомендации Остапа Бендера.   Теперь проход бесплатный, тропа размечена и можно довольно долго идти вдоль реки, несколько раз переходя ее по мосткам и камешкам.  На маршруте есть древний дуб с надписью «партизанская почта».  В годы войны в дубле дуба для партизан связники оставляли сообщения.  Туристам предлагается загадывать желания, записывать их на бумажках и прятать в дупле.  По-моему, дуб заслужил более уважительного отношения. Дуб древний- древний, он долго жил и, уверен, снисходительно относится к людям, просящим у него того, что он никак не может дать. Дуб на службе в почтовом ведомстве. В самом конце маршрута   по каньону неожиданно возникает кафе под открытым небом, где предлагается чай и выпечка. Я предпочитаю снять обувь и охладить ноги в ледяной воде. Есть любители купания и прыжков в воду с камней. И прекрасный вид на скалы.
Через перевал Инжир я приходил в Балаклаву. Эта бухта одна из самых живописных, в древние века в ней прятались всевозможные морские разбойники. Во времена А.И. Куприна, в начале двадцатого века, Балаклава рыбацкая деревня с невероятным колоритом от смеси людей разных национальностей. Читайте Куприна!   Сейчас город все в большей степени становится курортным и пропадает его очарование.  А еще обязательно посетите маленький музей, посвященный Крымской войне 1853-1855 годов. Уверяю, не пожалеете!  История совсем близко, можно потрогать рукой. 

Разговоры у костра
Еще утром неизвестно, соберутся ли люди у костра вечером. Это очень непредсказуемо. После ужина туристы расползаются по палаткам, но через какое-то время, одевшись теплее, вновь   под кухонный навес. Завязываются   разговоры, а дальше неожиданно и разгорится вечерний костер.   Есть в живом огне магия, притягивающая людей. Бывает, что так и сидим мелкими группами, то молчим, то переговариваемся. Порой разговор становится общим. Темы появляются неожиданно.  Валентина   рассказывала о космосе, я о творчестве Баха, а то просто слушали музыку, у кого какие записи имелись.  Как-то обсуждали изменения в Крыму после воссоединения с Россией. К тому времени мы поездили по полуострову, пообщались с местными жителями. Возвращение в «родную гавань» для   крымчан   было и востребованным, и осознанным. Политика украинизации Крыма, проводимая Киевом, вызывала резкое отторжение людей, как городских, так и сельских. Правда, крымчане ожидали, что после воссоединения с Россией исчезнет безработица, и пенсии станут российскими. Безработица не исчезла, пенсии стали российским. Вот только цены подросли до российских, и очень заметно.
Разговор заметно оживлялся, если появлялись бутылки сухого вина. Это значит, что до базового лагеря часть пути ехали на   автобусах, и имелась остановка около магазина. Помнится, что как-то вошел в магазин скромных размеров, два окна и одна дверь. Спросил у продавщицы   о наличии   красного вина. А она осведомилась, вина какого завода и каких марок предпочитаете, и указала на боковую витрину, где самые разнообразные вина группировались по крымским заводам изготовителям. Прямо-таки богатейшая коллекция. Я ответил, что предпочитаю «сухое мерло   Инкерманского завода» и услышал в ответ, что «достойный выбор». Приятно было и продавщице (вино имелось в наличие) и мне. Почувствовал себя знатоком.  От   2 до 4 бутылок сухого вина на человек 20 совсем немного, но это достойное завершение ужина. Продышавшись от городского смога, лучше воспринимаешь вкус и аромат вина. Тем более, что далеко не каждый день. Повар Александр (он прежде всего бард!») играет сам на гитаре и охотно предоставляет ее другим, чтобы послушать, кто на что способен. Звучали туристские песни. Одна женщина исполняла эстрадную классику на английском, высокий класс! 
Мне же более всего нравилось, когда кто-то рассказывал о своих поездках, об увиденном.  Понемногу люди начинали расходиться, становилось заметно прохладно. Влад и я частенько задерживаемся, потому что у меня к нему давняя и устойчивая симпатия. Ему за 60 лет, но интерес к жизни у него прямо-таки юношеский.   У него и дети, и внуки, а он совсем не чувствует своего возраста. Есть с кого брать пример.

Ложка дегтя
Порой, когда   рассказываю   о крымских путешествиях и вижу, что собеседник начинает планировать свое участие следующим летом, то обязательно сообщаю о   негативном. Согласитесь, если рассказывать, то о хорошем и плохом. Правда требует уважительного отношения к себе.
  Тот самый коллектив, с которым легко идти по тропе, приятно беседовать у костра, может и не сложиться. Крымские туры – коммерческое предприятие, поэтому никому не отказывают. Численность группы порой переваливает за 40 человек. Формально группу делят на две части, привлекают еще двух инструкторов. Все равно идем по одному маршруту. Группа превращается в табор, появляются всевозможные очереди – на прием пищи, на перевозку в автобусах. Становится проблемой найти место для установки палатки, поляны в размерах не увеличиваются.
 Может случится и так, что собрались около 20 человек, а коллектива нет и быть не может.  Как-то   Люба заметила, «раньше в группах преобладали туристы, а теперь увеличивается количество клиентов». Клиентам коллектив не нужен, он заплатил за услугу и ему «обязаны». Клиенты торопятся занять лучшие места в автобусе, под кухонным навесом. Себе, любимому, в первую очередь, прочим по остаточному принципу.   Простой пример: Люба поставила свой мобильник на подзарядку, а когда подошла, то увидела, что кто-то бесцеремонно отключил ее телефон и поставил на подзарядку свой.  Ему нужнее.  О времена, о нравы!  Впрочем, ворчать не следует.
   В течение двух недель о горячей воде лучше не думать.  Руководители стремятся изыскать возможности, чтобы заказать в каком-то селе баню.  Если стоянка близи города, обязательно называют адреса бани или душевых павильонов.  Однажды мы несколько дней стояли на турбазе под Бахчисараем.   На турбазе имелись душевые кабинки и, по договоренности со смотрителем, наступил банный день. Первыми мылись женщины, а потом мужчины.  Под чуть теплой водой я намылился, а когда попытался смыть пену, то полилась откровенно холодная вода. Смотритель объяснил, что «всю горячую воду спустили женщины».  Вроде бы они и виноваты. Пену я смыл.
   Самый   неприятный момент связан с туалетом.  На каждой стоянке водители отрывают в укромном уголке яму и устанавливают на нее деревянную конструкцию, возводящую яму в туалет типа «сортир». Яма огораживается невысокими брезентовыми стенками, одна из которых служит дверью.   Когда туалет занят, очередная   голова торчит над этим сооружением и всем понятно, что надо подождать. Считается невежливым интересоваться у счастливчика, чем он занят. Все неудобства компенсируются радостью после покидания этого заведения.  Перед отъездом   водители разбирают конструкцию и закапывают яму. Внешний вид местности восстановлен.   

   
  Пора и честь знать
Известно, что ремонт нельзя завершить, его можно только прекратить. Вот и мое повествование   пора заканчивать. Кто   интересуется крымскими пещерами, прочитайте мой рассказ «В пещеру с гидом». Это произведение заняло достойное место в сокровищнице мировой литературы, уверен, что купить его невозможно. Можно было бы рассказать о крымских пещерных городах, о замках и башнях, о городках и поселках. Можно, но пора бы и завершать рассказ!

Хочется пожелать самому себе, чтобы крымские тропы тянулись для меня как можно дольше, чтобы не пропадало желание и хватало сил… Спасибо за внимание!
 


                2019 год