Расскажу о любви. Первый класс

"Расскажу о любви"
Повесть
Часть
"Первый класс"


Как всегда, едва мы вошли в квартиру с чемоданами, Николай Александрович послал меня в винно-водочный магазин за водкой, пивом, вином, ведь скоро придёт его сын.
Внук Максим пойдёт в этом году в первый класс и Николай Александрович, как хороший дедушка, приготовил пятьдесят тысяч на школьные принадлежности.

У кассы встречаю Ваню Казакова.
- Ванечка, здравствуй! Сто лет тебя не видела. Подожди, я сейчас расплачусь, поговорим.

С Ваней у нас дорожная дружба. Сейчас объясню. Мы никогда с ним не виделись, не встречались, кроме дороги на работу и с работы.

Наши дома стоят параллельно друг другу с двух сторон дороги по улице Красильникова.  Мы оба работаем на заводе, в заводоуправлении, но на разных этажах.

На работу и с работы идём одной дорогой и пока идём, разговариваем, смеёмся, общаемся. Потом не видимся целый день и только после окончания рабочего дня встречаемся на своей дороге.

Сейчас я на пенсии и живу в Хельсинки, приезжаю один раз в год. Он тоже на пенсии, но дороги наши разошлись.
Дорога есть, но мы уже по ней не ходим.

- Ваня, как я рада тебя видеть. Как у тебя дела?
- Привет! Я тоже рад тебя видеть. Дела, как у всех пенсионеров, с внуком занимаемся. Жена сильно болела, но всё обошлось. Вот внук в первый класс пойдёт в этом году.

Надо же, у моего мужа тоже внук в первый класс собирается. Чтобы ребёнка в школу собрать куча денег нужна.

- Да! Вот мы и помогаем дочке. Пенсия у меня семнадцать тысяч, да у жены двенадцать. Нам хватает. Ещё и дочери даём понемногу. Вот на школу пять тысяч дали. Представляешь себе - пять тысяч!

Ваня поднимает голову высоко, выпрямляется в плечах, становится выше ростом, всем своим телом показывает свою гордость, что они с женой смогли сэкономить и подарить внуку на школьные принадлежности пять тысяч.
Ваня стоит в такой позе долго. Чувствую, что ему тяжело держать спину ровно, но он ждёт моего одобрения.

- Молодцы! - говорю наконец и он опускает плечи, сутулится.  Ладно, пока, а то меня муж ждёт, к нам тоже сейчас его сын придёт с женой и с внуком. Мы тоже хотим им денег дать для первоклассника.

Мне становится не по себе. Хорошо, что я не сказала ему, что мы приготовили внуку Николая Александровича пятьдесят тысяч, а не пять. Вот как объяснить Николаю Александровичу, что если бы он не жил со мной в Финляндии, то он и пяти тысяч бы не дал своему внуку, потому что у него их, просто бы не было.

Друзья в его доме напивались и наедались. Он тратил деньги на них, сам ничего не ел. Я переживала, не понимала, почему он не ест. Накормить всех не просто на пенсию. Друзья не понимали, что у него деньги кончились. Будучи на высоких должностях, деньги у него были, а на пенсию жить, пить и угощать гостей в прежнем объёме не получается. Вот он и экономил на себе.

Но главную причину, я узнала девять лет спустя. У него запоры, сильные многодневные. Когда я это узнала, стала покупать ему кефир, ежедневное питьё кефира помогло, но стала развиваться болезнь Паркинсона, медленно, по настойчиво.

Пришла домой с полными сумками. Он в ванной. Сейчас придёт его сын с семьёй, надо что-то приготовить.
Нарезаю колбасу, сыр, чищу картошку. Ставлю варить и нагреваю сковородку для котлет.

Звонок в дверь. Николай Александрович выходит из ванны, открывает.
Сергей уже пьяненький, но на ногах ещё стоит. Входит его жена и мальчик.

После первой рюмки за приезд, я достаю деньги на школьные принадлежности внуку и даю их жене Сергея.
- Думаю, мама лучше позаботиться об этих деньгах.
- Да, спасибо!

Мальчик ушёл в комнату. Я за ним. Думаю, что Николай Александрович хочет поговорит с сыном и снохой без меня.

Сергей уже запьянел и разговаривает на повышенных тонах.
- Мать достала, говорит, чтобы ты переписал дом в деревне на меня и квартиру, гараж, а то Лидка всё заберёт. Я не буду тебе помогать, пока это не моё. Дрова брат привёз, сам пили. Меня там не увидишь.
- Он прав, - это уже голос снохи.

«Всё, - думаю, - против меня целая компания разворачивается. Получили деньги и не подумали, что это только благодаря мне он им в прошлом году привёз сто тысяч каждому: и старшему сыну сто тысяч, и младшему сто тысяч, а сегодня первокласснику пятьдесят тысяч.  Сами же жаловались, что отец ничем не помогал. Теперь помогает, а Лидка всё равно плохая. Благодаря мне, он получает две пенсии: русскую и финскую, которая больше русской в шесть раз, хотя он ни дня не работал в Финляндии, а живёт, как все в Европе в чистоте и в достатке, и детям привозит. Совести нет ни у кого»

Вспоминаю слова Вани Казакова:
- Представляешь, мы дали дочери пять тысяч на школьные принадлежности, сэкономили с пенсии.

Главное, помню его гордое лицо и выпрямленную спину. «Ваня, Ваня, если бы я тебе сказала, сколько получает мой муж в месяц, а спина его согнута и чем больше он даёт сыновьям денег, тем больше они с него требуют, а ещё ты говорил, что твоя дочь не хотела брать ваши пять тысяч, потому что понимает, что пенсия в России маленькая. Хорошая у тебя дочь, Ваня, мой дорожный друг! Нет больше нашей дороги, нет пятнадцати минут разговоров. Нет молодости. Нет прежнего счастья. Я всем говорила, что дети моего второго мужа ко мне хорошо относятся, поэтому не жалею на них денег. Не думаю, что вторая молодая жена Николая Александровича отдавала их семейные деньги его сыновьям, да ещё в таком количестве. Всю жизнь стараюсь быть доброй и справедливой, а в итоге меня предают и ненавидят, но как мне жить без Николая Александровича, если я остановлю это новое предательство.  Его бывшая жена, мать его сыновей пишет про меня, что я колдовством его забрала себе, а я думаю, что колдун он. Не могу без него прожить и дня. Запах его тела, красивое лицо даже в таком возрасте, его фирменный поцелуй всё такой же сладкий, как и в молодости, который был единственным, но навсегда приковал меня к нему. Если выбрать любовь, то надо терпеть ненависть его сыновей и бывших жён».

Сильный удар по столу на кухне, звон упавших на пол ложек прерывает мои размышления.

- Наливай и сделай так, как говорит мать. Мы твоя семья, а не Лидка.



К сожалению, продолжение следует.