Вокруг невежественного трона

ПОЭМА В ТРЁХ ЧАСТЯХ
ФИЛОСОФ • ПОЛИТИК • ШУТ

«Трон не делает человека выше.
Он лишь увеличивает то, что в нём уже было».

ЧАСТЬ I. ПРЕДЕЛ МАСКИ
Глава 1. Мандат на чудо

ФИЛОСОФ: Вошёл артист на трон, приветствуем толпою,
ПОЛИТИК: Ему вручили мир, надежду и закон.
ФИЛОСОФ: И каждый видел свет, ведомый ворожбою,
ШУТ: Вложив свою судьбу в немыслимый поклон.

ПОЛИТИК: Он обещал покой для страждущей страны,
ФИЛОСОФ: И клялся: всякий вор предстанет пред судом.
ШУТ: Но миром стали лишь раскрашенные сны,
ПОЛИТИК: А суд уснул навек за золотым щитом.

ШУТ: Он сладкой лести гул считал своей отрадой,
ПОЛИТИК: И правду прятал двор под тёмное сукно.
ФИЛОСОФ: И всякий робкий спор казался им преградой,
ШУТ: А ложь лилась к нему, как старое вино.

Глава 2. Духовный Чернобыль

ПОЛИТИК: Он вырос в темноте, где каждый жест таился,
ШУТ: Где честь была ценой погнутого гроша.
ФИЛОСОФ: Где глас больной души с рожденья заглушился,
ШУТ: И в страхе трепетала актерская душа.

ФИЛОСОФ: В груди народных масс зрел медленный упадок,
ПОЛИТИК: И всякий светлый факт терял природный дар.
ФИЛОСОФ: То был не быстрый взрыв, а гибельный осадок,
ШУТ: Невидимый, но злой, съедающий пожар.

ФИЛОСОФ: Не каждый в бездну пал — об этом помнить надо,
ПОЛИТИК: Но торг благоволил к покорным вновь и вновь.
ФИЛОСОФ: Одни сомкнули рты, страшась чужого стада,
ШУТ: Другие продают и совесть, и любовь.

ЧАСТЬ II. ТЕАТР ВЛАСТИ
Глава 3. Пятничная страна

ШУТ: По пятницам толпа смеялась над вождями,
ПОЛИТИК: И страх на краткий миг казался невысок.
ШУТ: Владык смешили там, на сцене, за столами,
ФИЛОСОФ: Но этот жалкий смех свободы не сберёг.

ФИЛОСОФ: Не плоть и кровь, а миф, экраном порождённый,
ПОЛИТИК: От царства получил заветные ключи.
ШУТ: Кто даст ответ стране, во сне порабощённой,
ФИЛОСОФ: Когда угаснут вдруг иллюзии лучи?

ШУТ: Сатирик бил владык, пока он был свободным,
ПОЛИТИК: Но смех легко продать за прибыльный контракт.
ФИЛОСОФ: Он мнил себя творцом и рупором народным,
ШУТ: Подписывая сам предательский свой акт.

Глава 4. Кресло и кукловоды

ПОЛИТИК: Под сенью золотой собралась волчья стая,
ШУТ: Скрывая алчный нрав в тени благих речей.
ПОЛИТИК: И вместо нужных дел, страну распродавая,
ШУТ: Вход в царские врата сдавали для рвачей.

ПОЛИТИК: Он обещал ползти за миром на коленях,
ШУТ: Но кресло царское вросло в него насквозь.
ФИЛОСОФ: Искал спасения в чужих пустых веленьях,
ПОЛИТИК: И всё, что обещал, в итоге не сбылось.

ШУТ: На троне спит кумир, и слепнет с ним охрана,
ПОЛИТИК: Все шли к его ногам, как звери, до поры.
ФИЛОСОФ: На карте мира власть рисует дым тумана,
ШУТ: А в жизни каждый сам тянул свои шнуры.

ЧАСТЬ III. СУД НАД ТРОНОМ
Глава 5. Испытание правдой

ШУТ: Война зажгла свои софиты над державой,
ПОЛИТИК: За каждый меткий кадр хвалу творцам плели.
ФИЛОСОФ: Но кровь не может быть декоративной славой,
ШУТ: И яркий свет не спас всех тех, кто полегли.

ПОЛИТИК: Он правду гнал клеймом и мстительной расправой,
ШУТ: И окружил себя слепою свитой лиц.
ФИЛОСОФ: А ложь росла во тьме чудовищною лавой,
ШУТ: И трон давно стоял на пепле небылиц.

ФИЛОСОФ: В руинах он узрел забытый башмачок,
ПОЛИТИК: И мать, что без упрёка в горести молчала;
ФИЛОСОФ: К нему воззвал без слов распахнутый зрачок,
ШУТ: И вся его броня от ужаса кричала.

Глава 6. Катарсис и притча

ПОЛИТИК: Он снял с лица навек лукавую гримасу,
ФИЛОСОФ: И больше не искал невидимых врагов.
ПОЛИТИК: Впервые он узрел страдающую массу,
ШУТ: И выслушал не лесть, а тихий шёпот вдов.

ПОЛИТИК: «Артист сложил венец, не споря с приговором,
ФИЛОСОФ: И сам пошёл на суд без копий и щитов.
ПОЛИТИК: Он понял: власть во лжи становится позором»,
ШУТ: И настежь сам открыл врата без лишних слов.

ПОЛИТИК: Теперь его в пример приводят королям,
ФИЛОСОФ: Как повесть о слепом могуществе короны.
ПОЛИТИК: И говорят: «Не верьте лживым зеркалам,
ШУТ: Пока святая Правда не порушит троны!»

МАЛ 09.10.2026.