Деревенский суп

В детстве я отличался какой-то особой нелюбовью к супам. Да и вообще детских дел в деревне имелось столько, что было не до еды. А как же? Залезть на дерево и смастерить там лежанку из досок надо? Надо. Обследовать интересную канаву с головастиками надо? Обязательно! Убежать на реку, несмотря на категорический запрет, надо? Непременно!
И, скажите, пожалуйста, кому тут посреди этой прорвы важных дел и событий нужна какая-то еда? Схватишь из буфета кусок хлеба и кусочек колбасы, и айда на весь день за деревню. Ищут тебя, кличут… Да куда там? Ищи ветра в поле!

В «походное пропитание» деревенского ребенка входит буквально все – от захваченного из сундука куска сала, до лесных ягод и стыренных в чужих садах слив и яблок. Главное, конечно, не попасться при этом.
Но в обед все же притащишься домой, грязный с ног до головы, весь в цыпках и в репейнике. Отругают тебя (не без этого), отмоют с причитаниями, рубашку порванную поменяют, шорты заштопают, и усадят за стол.

В разное время года и супы в доме варились разные. И чаще всего в печи. Летом супы холодные – холодники. Тут вам и щавелевый с яйцом и сметаной деревенской, густой и желтоватой, как крем. Тут вам и свекольный, где всякая зелень, или из ботвинья. Тут вам и из крапивы – расчудесный супчик, если умелыми руками приготовлен. Хорошо в жару такие кушать.

С осени начинается время горячих супов. Тут кулинарная палитра куда богаче. Печь, как оказывается, все делает вкуснее и ярче. Во-первых, щи. Из свежей или кислой капустки. Осенью, если урожай удался, конечно, весь дом на ушах – все строгают капусту в бочки. Заготавливают кислую капусту на зиму. С морковкой, тмином и клюквой. А пока суть да дело, варят в чугунке мясо на кости. Туда же картошечку, морковку и свежую капустку. Упарится мясо в щах так, что во рту само тает!
Часто бабушка делала супы из разных круп. Святое дело! Из риса, их пшена, из перловки. Печь-кормилица всякому супу свой дымный аромат придавала. Жар в ней всеохватный, чугунок с супом словно обнимает жаром, готовит быстрее и качественней. Ты такого супа на газовой плите не сваришь, нет!

Особенное блюдо – затирка. Блюдо немудреное, но всегда поедаемое с большой охотой. Это когда в кипящее молоко бросают кусочки теста. Пара минут – и почти готово. Только сливочного масла добавить.

…И вот уже осень сменяется зимой, а супы становятся еще гуще, еще сытнее, еще ароматнее. Тут тебе и грибная лапша из сушеных боровиков – тех самых, что летом нанизывали на нитки и развешивали над печкой. Бабушка их сначала отварит, потом в бульон картошку, морковку, лук, лавровый лист – и тоненькую домашнюю лапшу, которую сама же и раскатала. Суп получается густым, с таким запахом, что даже я, вечный противник всяких супов, притихал и ждал свою порцию.

А еще был рыбный – из мелочи, что дед приносил с реки. Щуки, окуньки, плотвички… Все это в чугунке с крупой и луком. Косточки, конечно, попадались, но вкус – такой, что и не заметишь.

Зимой, когда за окном сугробы по пояс, бабушка варила гороховый суп с копченой грудинкой. Горох разваривался до кремовой нежности, а копченый запах стоял по всей хате - закачаешься!

И всегда одно и то же чудо: садишься за стол, еще не остывший после улицы, с красными руками и горящими ушами, а перед тобой – дымящаяся миска свежего супчика из печи. Бабушка молча кладет рядом ломоть черного хлеба, густо намазанный домашним маслом. И вот тут-то, под этим дымным, глубоким ароматом, вся моя детская нелюбовь к супам куда-то испарялась. Оставалась только тишина, стук ложки о край миски да тихое «ммм…», которое вырывалось само.
Говорят, сейчас можно купить любые крупы, любые грибы, любые специи. Можно поставить мультиварку, выставить режим и ждать сигнала. Но нет в этом печного жара, нет этого медленного, обволакивающего томления, нет бабушкиных рук, которые знали меру соли не по ложке, а по какому-то своему внутреннему чувству. И нет того ощущения, когда после целого дня беготни, после запрещенной реки и украденных яблок ты вдруг понимаешь: вот оно, настоящее счастье. Простое, горячее, в чугунке.

И сейчас, спустя годы, стоит только закрыть глаза – и снова слышу, как потрескивают в печи дрова, как бабушка снимает крышку, и весь дом наполняется запахом деревенского супа. Такого, какого больше нигде не попробуешь.